Пять

– Джесс, мы сгорим в аду! – Анабелла взглянула на экран, где было написано, что заявка одобрена.

– Не мы делали эти фотографии и не мы отправляли их непонятно кому, – жестко ответила Джессика. – Она сама во всем виновата.

– Может, еще можно как-то все отменить и оставить ее в покое? – Анабелла посмотрела на подруг. – Она достаточно настрадалась.

– Нет. Мне давно хотелось посмотреть, как это происходит, – сообщила Джессика. – О них ходит столько слухов, историй… Пора бы узнать побольше. Может, они пригласят нас в их сообщество.

– Я совсем ничего не знаю о них, – смущенно произнесла Кетрин, рисуя кровь, стекающую из пасти симпатичного вампира. – Может, расскажете хоть немного? Гугл мне не помог, они хорошо шифруются.

– Ты что, из деревни приехала, или этот год в отключке провела? – Джесс поморщилась.

Анабелла потянулась к очкам с прозрачными стеклами, надела их и собрала волосы в учительский пучок.

– Садитесь и слушайте, мои хорошие. Год назад в нашем городе случился невероятный скандал. – Анабелла посмотрела на подруг, те заинтересованно молчали. – Дочь мэра, Айрис, напилась на вечеринке и потеряла над собой контроль. Она снимала одежду, целовалась и грязно приставала ко всем парням. Никто не удивился, когда она оказалась с одним из них в джакузи, а их секс сняли на камеру и разместили в одной из городских групп.

– Да. То видео до сих пор гуляет в сети, – перебила ее Джессика.

– Ужас. Я бы умерла после такого, – шокированно произнесла Кетрин.

– Полная жесть случилась дальше, история не закончилась. Через пару дней после этого Айрис исчезла, а на ее странице появилось фото, где она сидит у стены в грязном подвале, с размазанным макияжем и заклеенным ртом. Ниже была ссылка на трансляцию, которая начиналась поздно ночью. Пост за пару часов набрал тысячи репостов, весь город запасся попкорном и стал ждать начало. Многие подумали, что это шутка, очередное шоу от дочери мэра, она же постоянно устраивала костюмированные вечеринки и жуткие розыгрыши. У нее отлично получалось привлечь к себе внимание.

Анабелла перевела дух и выпила немного воды.

– Я помню это видео. Подвал, Айрис в разорванном нижнем белье сидит на коленях, а вокруг нее какие-то люди в маскарадных костюмах, – воспользовавшись паузой, Джессика продолжила рассказ. – Они потащили ее наверх, в конюшню, и заставили ползать на коленях и убирать за лошадьми.

– Причем голыми руками. Неизвестные требовали извиниться за поведение на вечеринке, признаться в том, что она шлюха, и поклясться больше никогда не вести себя так. Они требовали следовать заповедям, но Айрис молчала, видимо, она была в глубоком шоке, – Анабелла решила вернуть себе роль рассказчика. – Они обливали ее водой, хлестали кнутом, плевали в лицо, били, и наконец она сказала все, что они хотели. Дальше перед камерой появился человек в маске клоуна и капюшоне. Он механическим голосом сообщил, что они – «Нормальное общество», те, кто выступает против развращения и будет вести борьбу за чистоту нации. Они против подростков, которые употребляют запрещенные вещества, делают полуголые фото, матерятся и ведут «взрослую жизнь». Дальше они оставили ссылку на чат, куда можно скидывать имена тех, кто особенно отличился и кого нужно наказать. Трансляция закончилась, найти ее в сети не смогли. Вскоре Айрис вышла где-то на окраине города и оказалась в больнице. Она ничего не сказала о группировке и просто молчала. Зацепок для полиции оказалось мало, они так никого не нашли.

– Это все? – с надеждой спросила Кетрин.

– Нет. После этого их жертвами стали еще четыре девушки из разных школ и один парень. Их заставляли пить что-то ужасное, показывали их прегрешения и жестоко избивали. Эти трансляции собирают огромное количество просмотров, мне кажется, их смотрит весь город и окрестности. А недавно они устроили конкурс на идеи наказаний. Самые интересные они будут использовать во время эфира. В сети стали появляться группы, где можно следить за анонсами новых трансляций, но их постоянно удаляют. А еще много подражателей, которые ходят по паркам, отбирают алкоголь и делают вылазки в укромные места для парочек.

– И что, полицейские за столько времени никого не нашли? – задумчиво спросила Кетрин.

– А как? – Анабелла с вызовом посмотрела на подруг. – Трансляция после завершения становится недоступной, запись видео блокируется. Почти все герои трансляций исчезли из города, больше о них никто не слышал. Но, судя по технической стороне вопроса и некоторым фактам, «Нормальное общество» состоит из подростков. Они носят маски и не оставляют следов. Полиция города бессильна. Мэр пытается найти их по своим каналам, но тоже без результатов.

– Жесть. Давайте попробуем отозвать заявку? – Кетрин с тревогой посмотрела на подруг.

– Нет. Да и не факт, что очередь дойдет до Хлое. В городе и без нее много тех, кто не особо следует заповедям. – Джессика посмотрела в окно и поправила занавеску.

– Согласна. – Анабелла одобрительно закивала.

– Ну раз так, давайте закроем тему, выберем фильм на вечер и закажем пиццу, – Джессика подвела итог дискуссии.

– Только не с морепродуктами. Иначе меня стошнит, – прохрипела Кетрин, изображая рвотный рефлекс.

Шесть

«Кажется, теперь все в порядке», – вытерев стол, подумала я. Через пару минут придет Селенис, и она не должна понять, какой бардак обычно творится у меня дома.

Началась вторая неделя после происшествия, но, как ни странно, было спокойно. Я даже стала забывать о случившемся. В школу я с тех пор не ходила. Я рассказала своему лечащему врачу историю про головные боли, скачущую температуру и потемнение в глазах. Он отправил на анализы и дал справку, что ближайшую неделю в школе меня можно не ждать. Наверное, стоит пойти учиться на актрису и покорить весь мир своей игрой. Но пока хватит и врача.

Из социальных сетей исчезли мои фотографии и посты со ссылками. Как я поняла, этим занималась моя новая подруга. Она сообщала администраторам и владельцам сайтов, что я несовершеннолетняя, и за распространение такого контента их ждет уголовное преследование.

Хотя это всего лишь временная мера. Ведь теперь эти фото у кого-то остались, и они еще всплывут. Вспомнить хотя бы Бейонсе: она потратила кучу времени, чтобы избавиться от жутковатых фото в интернете. У ее адвоката получилось, суд постановил удалить все снимки. Увы, они до сих пор находятся на первых строчках поисковых запросов.

Звонок в дверь отвлек меня от мыслей.

– Хлое, классно выглядишь! – с улыбкой сказала Селенис, заходя в дом.

– Ты тоже, подруга, – улыбнулась я и приглашающим жестом указала на кухню. Мы прошли по узкому коридору, смеясь и толкаясь. Мы пытались опередить друг дружку, но почти одновременно оказались на кухне.

Проверив холодильник, я торжественно произнесла:

– В меню свежая итальянская пицца из заморозки, ананасовый сок и пирожные на десерт. Претензии ресторан не принимает, потому что больше ничего нет.

Селенис прыснула и сообщила, что она не против пиццы.

– Тогда иди помогать. Тут тебе не ресторан высокой кухни, – рассмеялась я, показав на длинные узкие стаканы и пакет сока.

– Я уже поняла. – Потянувшись за стаканами, Селенис посмотрела на меня. Она была одета в серую толстовку, синие джинсы из массмаркета. Интересно, как она оказалась в элитной школе, если у неё нет богатых родителей и нарядов от модных дизайнеров?

Обсуждая еду, погоду, косметику, модные тренды, зарубежные поездки и мир на грани экологической катастрофы, мы отодвигали сложные темы на потом. Достав пиццу из духовки, мы разместились на диване гостиной и попробовали ее.

– Вкусно. Почти как из доставки, – откусывая новый кусок, произнесла Селенис.

– Да. Но в два раза дешевле, я взяла ее по акции. Мой секрет в том, что я ставлю в духовку жаропрочную емкость с водой. Тогда пицца получается мягкой, а вкус раскрывается по полной, – поделившись секретом, я решила перевести тему на более интересную. – А как ты оказалась в этой школе?

– Все просто. Выиграла стипендию на обучение. А ты?

– Мамин начальник входит в попечительский совет и помогает деньгами школе. Он предложил бесплатное обучение, и мы не стали возражать.

– Круто. По-моему, он и организовал программу со стипендиями. Кем работает твоя мама? Тоже занимается бизнесом?

– Дизайнер. Делает проекты домов и реализует их. А твоя?

– Она репортер в местной газете. Любит криминальную хронику, но пишет почти половину рубрик, включая новости и моду.

– Везет. Я бы тоже хотела писать для журнала, а потом стать писательницей.

– Я спрошу у мамы. Может, им нужен стажер. Я однажды опубликовала статью. Это не так сложно, как кажется.

– Это будет чудесно! – Предложение Селенис казалось именно тем, что я ждала долгое время. Я смогу написать статью, попасть в местную редакцию и получить реальный опыт. Как круто! Но внезапно радость исчезла. Я вспомнила про ситуацию с фотографиями.

– Как там в школе? – устало произнесла я.

– Ты знаешь, нормально. Классная переживает за твое здоровье и итоговые оценки. Про фотки и остальное никто из учителей не знает, – пожав плечами ответила Селенис.

– Это хорошо. Иначе они бы созвали учительский совет, выставили мои фото и начали учить жизни.

– Да. Я когда увидела их, не поверила, что это ты. Ты выглядишь такой скромницей, а там просто уф-ф-ф! – с восторгом сообщила Селенис.

– Перестань! Я стараюсь забыть как про фото, так и про то, что это вообще было в моей жизни.

– Ладно. Но меня мучает один вопрос. – Покраснев, Селенис испытующе посмотрела на меня.

– Да, говори. Не надо стесняться.

– Зачем ты вообще их сделала?

Ее вопрос заставил меня замолчать и задуматься. Перед глазами возник образ Криса, его снимки и теплые сообщения.

– Я сама не знаю, как это получилось. Мне написал красивый парень, я ему понравилась… Он первым отправил свои голые фото… Смотри. – Я открыла на смартфоне снимки Криса и показала их Селенис. Она стала полностью красной, мне даже показалось, что она вот-вот упадет в обморок.

– Мне он очень понравился, вот я и захотела быть особенной. Узнать, смогу ли я влюбить, сделать так, чтобы он хотел меня.

– Но он не выглядит настоящим. – Селенис недоверчиво смотрела на фото Криса. – Слишком красивый, как фотомодель. Прости, но мне кажется, это Джессика решила разыграть тебя.

– Ты думаешь, я не могла понравиться такому парню? Серьезно? – Неожиданно слезы потекли по щекам, и через минуту я уже рыдала на плече Селенис.

– Конечно, могла. Ты красотка! Не расстраивайся, – сказала она, гладя меня по волосам и прижимая к себе. – Просто не нужно быть такой доверчивой.

– Я влюбилась, – пробормотала я.

– В фотографии? – Ослабив объятия и отстранившись, Селенис посмотрела на меня, видимо, проверяя на адекватность.

– Нет, в парня. Это просто дурацкая случайность, что фото попали к Джессике.

– Может, этот Кристофер и есть Джессика? – Она протянула стакан с водой, чтобы я могла успокоиться. – Такие поступки вполне в ее стиле.

– Не хочу даже думать о таком. Для этого нужно быть ненормальной.

– А она такая и есть.

Мы обе засмеялись, и это была бы неплохое завершение нашего непростого разговора, но мы не закончили.

– Что ты будешь делать дальше? – Селенис поняла, что разговаривать про Кристофера я не хочу, и перевела тему.

– Надо идти в школу. Иначе возникнут вопросы, начнут расспрашивать всех, звонить маме – и эта история снова поднимется.

– Да. Если что, я поддержу. Ты не одна. – Она накрыла мою ладонь своей и крепко сжала ее в знак поддержки.

– Спасибо. – В ответ я потянулась к ней и обняла. – Я так рада, что ты есть…

– Это тебе спасибо.

Селенис словно случайно коснулась губами моей щеки, и затем я почувствовала поцелуй. «Этого не может быть!» – пронеслось в моей голове.

Мой второй поцелуй в жизни!

Но не с принцем, не с симпатичным парнем из дома напротив. И даже не с Кристофером!

– СЕЛЕНИ-И-И-И-ИС! – заорала я, оттолкнула и ошарашенно уставилась на нее. – Я не лесбиянка! Ты сошла с ума?!

– Прости. Я тоже.

Ее лицо превратилось в красный шар. Мое, наверное, выглядело примерно так же.

– Но тогда зачем? – Я не могла понять, это было так странно.

– Это само получилось. Не знаю. Прости. – Она снова потянулась ко мне, чтобы обнять, но я решила не дожидаться этого и, вскочив с дивана, обежала стол.

– Давай держаться на расстоянии. Раз ты не можешь контролировать себя.

– Ладно. – Селенис пожала плечами.

– Тебе нравятся девушки? А иначе почему ты решила меня засосать?

– Очень смешно. Нет, это получилось как-то случайно.

– Забей. Но в следующий раз выбери кого-то другого.

– Договорились. – Селенис изобразила жестом стирание памяти.

А вот как мне забыть поцелуй, я не знала. И за что мне это все?

– Я возвращаюсь после выходных в школу, надеюсь, уже все забыли про меня, мои фото и Кристофера.

– Да. Наверное. Скоро выпускной бал. Джессика ждет приглашения, так что ей не до тебя.

– Но мы еще в 10 классе. Какой выпускной?

– Для нас – никакого. Но Джесс с подругами помогают в организации церемонии, к тому же, они нравятся выпускникам. Их могут пригласить, каждому хочется прийти с симпатичной девчонкой.

– Классно. Значит, проблем у меня не будет. – Посмотрев на время, я замолчала.

Селенис тоже притихла. Я внимательно изучала стрелки часов, пытаясь намекнуть, что ей пора.

– Ладно, я пойду. А то еще уроки делать, – сказала Селенис, видимо, распознав мой сигнал.

– Да. А мне надо побыть одной и разобраться в себе, – с энтузиазмом произнесла я и стала собирать тарелки со стола.

– Только не обижайся на меня. – Селенис посмотрела на меня глазами кота из мульта. Из-за увеличивающих стекол ее очков получилось очень похоже.

– Я все забыла. Но больше никаких обнимашек! – рассмеялась я.

– Ладно. До встречи в школе!

– Да, напиши, как дойдешь. – Я помахала ей. Через пару минут хлопнула дверь, я осталась одна.

Совсем скоро я вернусь в школу.