Глава 8.

- Прости, прости меня, - Стёпа уже в боксерах сел на корточки рядом и целовал мою руку. Косточку за косточкой.

Востряков царственно прошествовал в душ и относительно быстро сполоснулся.

- Стёпыч, одень ее в домашнее, у меня в комоде, и спускайтесь тоже вниз. Ночка будет веселой, видимо, - сообщил он уже о дальнейших планах на ночь.

Однако я была все-таки уверена, что это никак не относится к сексу.

Я правда не поняла, что означает «одень ее в домашнее», но … какая разница. Теперь уже.

- Жень, ты простила? Все хорошо? – парень заглядывал мне в лицо.

Я даже не понимала – а это что – вот так вот все просто? Ерунда какая-то. Просто надо быстренько все забыть и простить.

- Так с Настей было также? Это называется по согласию? – мне так не казалось, но слова вырвались сами.

- Жень нет, она правда эскортница. Дядя заказал ее, а потом решил, что не хочет. Позвал нас с Витьком, чтобы типа деньги не пропадали, она же уже приехала.

- А ей типа все равно было? Хоть двое, хоть сколько … - безучастно проговорила я озвученный им самим факт.

- Слушай, когда дядя заказывает, там включено вообще все и не только это, понимаешь? – стал зачем-то объяснять он мне.

- Не понимаю … разве я работаю в эскорте? – задала я следующий как будто логичный вопрос.

- Жень, ну прости, он думал о тебе с той самой ночи, понимаешь? У него такого вообще не бывает. Вообще. Я не знаю, что его так заклинило. Но его заклинило. Пожалуйста, не сопротивляйся больше, ладно? – стал уговаривать меня он.

Хотя я и сидела в теплой ванне, но меня передернуло. Как я могла не подумать об этом – меня никто еще никуда не отпускает!

- Стёп, пожалуйста, ты можешь меня выпустить? – стала опять просить я.

- Котеночка, ну ты что? Ну все же в порядке, тебе будет хорошо, я обещаю, я постараюсь, - уговаривал он меня.

Оказывается, просто я расстроена, что он недостаточно старался? Правда? Он правда так думает? Или он просто говорит все подряд?

- Ты что, правда не понимаешь? – смотря на пену, спросила я.

- Все хорошо, не волнуйся, главное не сопротивляйся, чтобы он никого не позвал, хорошо? – опять перешел на свою тему Стёпа.

Меня опять передернуло. Неужели он правда бы так сделал, если бы я отказалась идти сама в душ? А Стёпа бы тоже участвовал? И говорил потом «прости»?

- Давай оденемся и пойдем вниз, хорошо? – предложил он, - я сейчас все принесу.

Я подумала, что он принесет мне мою одежду, но оказалось …

Что нет. Он мне принес махровую пижамку темно зеленого цвета, мягкую, моего размера … Это что вообще? Это как?

- Дядя купил для тебя, - смущенно объяснил он.

- Что? – до меня все больше доходило, что мое здесь присутствие, мягко говоря, совсем не случайно. Это не было спонтанно. Просто может подтолкнуло события то, что сейчас вот это все происходит с подставным делом.

- Жень, он просто помешался на тебе, - объяснял мне Стёпа.

Это оказывается называется «помешался».

Мы спустились опять в гостиную, где снова был кальян и Востряков с Виктором активно обсуждали план действий.

Оказалось, что подставил Дениса его же начальник безопасности. Они предположили, что на него скорее всего надавили и достаточно резко, иначе бы он вряд ли пошел против своего босса.

Степа, завернув меня в плед, усадил рядом с собой, приобняв сзади и прижав к себе. Меня почему-то это успокаивало. Хотя он же тоже …

И все равно – успокаивало.

Выяснилось, что Николай, начальник безопасности, когда-то очень давно служил во Французском Легионе, и как-то кто-то вытянул информацию, которая могла послужить к реальному сроку за военные преступления.

Как бы понятно, что он выполнял приказ, но видимо это могло уже теперь не иметь значения.

- Вить, завтра днем поговорим с ним, пусть будет здесь, днем это не будет подозрительно, - решил в итоге Востряков.

Меня поразило, что он все-таки … старается найти наиболее экологичный вариант решения ситуации.

Он настоял, чтобы я шла спать в его спальню на его кровать. У меня не было сил сопротивляться. И я уснула в итоге между ним и Стёпой, которого он оставил с нами на кровати. И меня опять это успокоило. Как будто Стёпа мог меня защитить.

Утро, вернее уже даже день, когда я открыла глаза, принесло понимание того, что уже со мной случилось.

- Котеночка, ты проснулась, - Стёпа стоял у окна, но как только увидел, что я проснулась, тут же нырнул ко мне под одеяло. И начал гладить. Успокаивать.

За моей спиной зашевелился Востряков, и его рука легла мне на бедро. Я замерла.

- Кошечка, - буквально промурлыкал он, - я так круто выспался, ты самое лучшее снотворное за последние годы, - сообщил он мне, прижимаясь по спины.

Я почувствовала его стояк у своей спины:

- Не трогай меня пожалуйста, - попросила я. А на глаза предательски наворачивались слезы.

- Дядь, дядь … - стал пытаться что-то сказать Стёпа.

- Ну что такое кошечка, я просто, утренний стояк, я тебя не трогаю, - стал уговаривать меня Денис, тихонечко целуя шею.

+++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++

Когда тем же днем Андрей говорил с отцом по поводу того, что у его босса возможно серьезные проблемы, он спросил про Женю. Просто что-то почувствовал.

И услышал то, что заставило его буквально похолодеть. Женя не выйдет на работу и теперь, возможно, никогда. И об этом оказывается отцу сообщил Степан.

- Что это значит пап?

- Да я толком не понял, но в общем, может так и лучше, - озабоченно ответил прокурор. На самом деле его сейчас беспокоило, что он будет делать с этим делом. Возвращать, что делать? А если это его как-то коснется. То, что это какая-то афера и подстава было очевидно. Но вот чем ему это грозит, он пока не понимал.

- Пап, где она, дома? – сдерживая дикое волнение, спросил сын.

- Да я не знаю, какая разница? – девушка Женя его сейчас волновала меньше всего, в отличие от его сына.

- Что происходит, где она? – дикая догадка пронзила и парализовала мозг.

- Да я не знаю, ты о другом должен думать, там что-то явно закручивается. Востряков такого не прощает, - быстро начал говорить прокурор.

- Ладно, пап, пока, - сын рассоединился, не давая тому возможности что-то еще сказать.

Ему нравилась Женя. С ней было легко. Она привлекала его своей прямолинейностью. Но он не решался сделать шаг. Она работает у его отца. Он сам работает на человека, который ее так дико оскорбил. Все это как-то удерживало его от того, чтобы просто наконец пригласить девушку провести время вместе.

Он тут же набрал ее номер. Один раз, второй, третий. Телефон молчал.