– Ебаться? – с улыбкой спросила явно мулатка, которая была, как и блондинка, ближе к перегородкам, но справа от меня, – Думаю, нам ещё и предстоит за это побороться, – и она не только убрала руки от груди, но, сидя на краю лежака, закинула левую ногу на лежак и раскрыла моему взгляду вид на свою пизду.

– Этого нам не избежать, – улыбнулась блондинка и тоже убрала руки от груди, но из-за того, что она сидела несколько иначе, я не мог видеть её пах так, как у мулатки.

Раздалось шипение, и из стены вынырнули столики с кашей и ложками.

– Извиняюсь, но сперва надо поесть! – опомнилась мулатка и передвинулась к столику.

Я почувствовал, что тоже голоден, и пересел на противоположный от изголовья край. Брюнетка, пизду которой я увидел первой, с опаской пересела ближе к моему лежаку. Как понимаю, наши порции на столиках примерно метр на метр выскакивали около подножья наших лежаков. От криков, воплей и истерик некоторых сокамерниц у меня спал стояк, а чувство голода окончательно погасило его.

Я съел свою порцию каши в числе первых. В этот раз каша дополнялась напитком типа жидкого киселя, и я пил его не спеша, начиная осматриваться. Две девушки в одном со мной ряду сидели спиной ко мне, я сидел боком к десяти девушкам, пять девушек сидели ко мне боком и спиной, а пять – боком и лицом. Я обратил внимание, что у всех причёски в некотором беспорядке. Впрочем, после сна это вполне ожидаемо.

– Ну, теперь можно и познакомиться, – сказала блондинка, закончив со своей порцией и развернувшись к нам, – С кого начнём?

– С тебя! – буркнула её соседка, лежак которой был ближе ко мне.

– Хорошо, – пожала плечами Блондинка, волнующе качнув титьками и ничуть не смущаясь своей наготы, – Предлагаю не только называть своё имя, но страну, регион или штат и город или иной населённый пункт. Меня зовут Саманта Макдауэлл. До похищения жила в США, во Флориде, в городе Тампа. Предпочитаю имя Сэм. Дата рождения – второе мая 1976-го года.

– Ана Беатрис Кордейру, Бразилия, штат Амазонас, город Манаус, – представилась мулатка, сидевшая напротив Сэм, – Предпочитаю имя Ана. Дата рождения – пятнадцатое декабря 1974-го года.

– Юлия Владимировна Соколова, Россия, Удмуртия, Ижевск, – я невольно оглянулся на неё, но был разочарован – она была из числа малолеток с рыжими волосами, – Предпочитаю имя Юля. Дата рождения – пятое июня 1976-го…

– Я б тебе и пятнадцать лет не дала! – не сдержала удивления Сэм.

– Такая, уж, удалась, – проворчала Юля.

– Рина Пател, Пакистан, провинция Пенджаб, город Лахор, – представилась следующая, – Имя – Рина. Дата рождения – седьмое февраля 1980-го…

– Шу Ду, Китайская народная республика, провинция Цзянсу, город Нанкин, – представилась китаянка, как и Юля, с внешностью подростка. Даже ещё младше на вид, – Не буду обижаться и на Шу. Дата рождения – первое ноября 1966-го…

Теперь возмутились уже многие.

– Ханна Рёмер, Федеративная Республика Германия, Бавария, Фатерштеттен, пригород Мюнхена, – представилась та, пизду которой я увидел, едва проснувшись, – Называйте меня Ханна. Дата рождения – девятнадцатое июня 1974-го года.

– Сергей Юрьевич Ковшов, Россия, Пермская область, – представился я, – Можете называть меня Серёгой, – и я невольно посмотрел на резко обернувшихся в мою сторону девушек – в мою сторону резко развернулись не только Юля, но и ещё три девушки, – Дата рождения – второе мая 1976-го года, – и с улыбкой посмотрел на Сэм. Остальные тоже посмотрели на неё – наши дни рождения совпадали.

– И где конкретнее? – спросила следующая после меня девушка.

– Между Пермью и Екатеринбургом, – ответил я уклончиво.

– Галина Ивановна Романюк, Казахстан, село Фёдоровка Фёдоровского района Кустанайской области, – представилась она, – Можете называть меня Галей. Дата рождения – двадцать пятое августа 1977-го года.

– Кар Ю, Мьянма, округ Иравади, город Бассейн, – представилась следующая, – Называйте Кар. Дата рождения – четвёртое апреля 1980-го.

Теперь у нас было обратное удивление – Кар выглядела несколько старше.

– Анастасия Сергеевна Морозова, Россия, Пермь, – с улыбкой представилась следующая и, запрыгнув на свою лежанку, широко расставила ноги, – Предпочитаю имя Настя. Не обижусь на Асю и Настеньку, – это она произнесла уже с нежностью, которую явно адресовала мне, – Родилась одиннадцатого января 1981-го года…

– Извини, подвинься! – возмутилась Сэм, – Я и Ана – первые! – Настя не выглядела на этот возраст, – И ты громче всех визжала, когда увидела голого Сергея!

– Ты по возрасту едва ли будешь участвовать в этом! – добавила Шу, – Тебе ж нет даже восемнадцати лет!

– Посмотрим! – улыбнулась Настя, – Думаю, Серёжу привлечёт моя девственность и неопытность. К тому же, у нас в законе есть так называемый «возраст согласия». Это шестнадцать лет. На момент похищения мне уже было шестнадцать лет, и я согласна…

Остальным нечего было ответить, и все невольно посмотрели на следующую девушку.

– Вера Павловна Попова, Россия, Башкортостан, Уфа, – представилась несколько полноватая татарка, как я сперва отметил её для себя, – Вера. Родилась восьмого сентября 1978-го года.

– Рахма Хан, Индия, Раджастан, город Джайпур, – представилась следующая, – Рахма. Родилась одиннадцатого мая 1979-го года.

– Бьянка Гарсия, Куба, Гавана, – представилась последняя девушка, – Бьянка. Родилась восьмого мая 1975-го года. Замужем, есть трое детей. Младшей дочке едва исполнился месяц.

– Не замужем, детей нет, – с улыбкой сказала Сэм, – Жениха тоже нет. Прежний оказался наркоманом и вовремя устроил себе передоз.

– Не замужем, был парень, но расстались, – сказала Ана, и её глазки забегали, – В личном плане уже месяца два свободна. Хочется трахаться так, что готова показать мастер-класс всем присутствующим.

– Боюсь, что в ближайшую неделю мы все это покажем друг другу, – сказала с улыбкой Сэм, – Я тоже сейчас готова показать такой мастер-класс.

– Не замужем, детей нет, училась в университете, постоянного парня не было уже полтора месяца, – сказала Юля, и её глазки тоже забегали.

– Работала в маленьком магазинчике, – вмешалась Сэм, предупредив признание следующей Шу.

– В разводе, детей нет, работала за сущие гроши на швейной фабрике от рассвета до заката и больше, – призналась Шу, – Кажется, эти инопланетные похитители вытащили меня в момент самоубийства – от нищей и беспросветной жизни бросилась с моста в реку.

– Замужем, детей нет, мужа ненавижу, не работала, сидела дома, – с ненавистью ответила Рина, – Родители в традициях Пакистана в шестнадцать лет выдали меня за старика, у которого уже есть две жены, которые достали меня своими нотациями. Тоже собиралась убить себя.

– Замужем, но дело идёт к разводу, – сказала Ханна, – Домохозяйка. Была перспектива идти на низкоквалифицированную работу или даже проституткой, – она покосилась на Настю, – Уже было несколько опытов.

– Не женат, детей нет, временно безработный, – признался я и невольно покраснел.

– Не бойся, мы тут, кажется, все потенциальные самоубийцы! – с грустной улыбкой сказала Настя.

– Даже почти состоявшиеся, – сказала Шу, – Последнее, что я помню: я перелажу через перила моста, и меня ослепляет яркий свет.

– Не замужем, детей нет, студентка с перспективой отчисления, – с грустной улыбкой сказала Галя, так как я промолчал, – Из-за бесконечных долгов по предметам и денежных долгов многим знакомым пошла на панель. В день похищения пришло окончательное решение покончить с собой. Я родом из Фёдоровки, однако училась в педуниверситете на филолога в Кустанае. На момент похищения уже забила на учёбу и жила у родителей, которые пилили меня – требовали, чтобы я продолжала обучение. Только педагогика и филология – это не моё! К тому же, не хотелось возвращаться в Кустанай, где я уже отметилась в качестве проститутки.

– Дочь нищих рыбаков и в перспективе такая же нищенка, – сказала Кар, – Из-за возраста ещё не успела выйти замуж, однако на момент похищения уже не была девочкой – какие-то мерзавцы изнасиловали, подловив в порту. Перспектива – портовая проститутка. От стыда и будущего позора хотела утопиться.

– Ну, мне точно ни дети, ни муж пока не светили, однако из-за излишне строгих и ебанутых родителей тоже были мысли покончить с собой, – уже не так весело, как перед этим, сказала Настя, – Папа – военный, а мама – учительница. Хотели сделать из меня военную – чуть ли не с пелёнок готовили к военной службе: усиленная физподготовка, спортшкола, секции боевых единоборств и прочая лабуда. Ещё и завышенные требования от мамы по части русского языка, истории и обществознания, которые я ненавидела. Училась в одиннадцатом классе и мечтала побыстрее свалить от родителей…

– Не замужем, детей нет, студентка педа, но по направлению «учитель математики», – сказала Вера, – Желание учить детей было безмерным, но перспективы учительства и жизни в нищете совсем не устраивали. Запуталась со всеми взаимоотношениями. Тоже была проституткой, но попала под «крышу», из-под которой вырваться никаких перспектив не было. Похищена во время поиска промоины или полыньи на Белой.

– Примерно также, как у Рины, – сказала Рахма, – Выдана замуж в пятнадцать лет за относительно богатого старика, но без лишних жён. Родила от него двух детей, которые умерли, прожив годик и три месяца соответственно. Уже полгода не было полноценной близости.

– Как думаете, сколько уже дней мы тут? – спросила Настя.

– Не меньше недели, – ответила Сэм, – Я сперва была в другой каюте, где нас было шестьдесят человек.

– И тоже без одежды? – спросила Настя с улыбкой.

– Первый день или даже меньше – в одежде, – ответила Сэм, – После похищения я очнулась в камере, где нас было лишь трое. Мы едва успели познакомиться, привести себя в порядок, как вылез обед. Мы были голодны и всё съели. Кажется, нам в ту кашу подмешали какого-то снотворного – через полчаса всех нас сморил сон. Потом была камера-казарма, где прошло не меньше недели.

– Ну, я считаю, было несколько больше времени, – с сомнением сказала Настя, – Начало было почти такое же, хотя отличалось количеством. Нас в первой камере было, как и здесь, тринадцать человек. Все мы были почти одного возраста. Потом у меня была камера на сотню человек, и разброс по возрасту чуть возрос – были девочки, которым едва исполнилось четырнадцать лет, но самой старшей было без нескольких дней семнадцать. Думаю, мы провели там дней десять.

В наступившей тишине друг за другом с шипением пропали столики с нашим обедом. Я ожидал, что нас опять усыпят, однако сонливости не было. Опять возникло желание, и появился стояк. Теперь мне явно подмешали что-то вроде мифической Виагры.

– Блин, кажется, мне что-то подмешали! – проворчал я.

– Ты уверен? – спросила Сэм с усмешкой.

– А дюжина голых девчат перед тобой тут не при делах? – спросила Настя провокационно, и раскрыла моему взгляду свою промежность ещё больше. Ещё и пальчиками развела, открывая вход во влагалище. Я в первый раз отчётливо увидел настоящую девственность.

– Настя, как так можно? – возмутился я, явно краснея.

Прочитать ей мораль не позволила сорвавшаяся с места Сэм: она соскочила со своего лежака и кинулась ко мне. Остальные тоже приподнялись, готовые сорваться с места, но Сэм загородила от меня всех, подбежав ко мне и прижав к своей шикарной груди. Остальные возмутились, но Сэм была настойчивой и просто повалила меня на мой лежак, а потом буквально запрыгнула на мой член, и тут же вскрикнула от боли. Я тоже почувствовал преодоление какой-то преграды, которая пропала, и я увидел на члене кровь. Кажется, Сэм была девственницей.

– Ты врала о том, что у тебя были парни?! – возмутился я.

– Ничуть! – морщась, ответила она, – Кажется, с этим языком нам не только прочистили мозги, но и всем девчатам восстановили девственность! Продолжаем!..

Под действием неведомой инопланетной Виагры мне пришлось продолжать до тех пор, пока в нашей камере не закончились девственницы. На втором или даже третьем круге после очередного семяизвержения я почувствовал, что член начал опадать. Я лежал на своём лежаке, а девчата сменялись на моём члене.

– Девчата, я всё! – признался я, когда Сэм, которая уже была на мне в третий раз, попыталась сползти с меня, но я решил не отпускать её.

– Спасибо, Серёжа! – сказала, кажется, Настя, – Я третьего такого подхода уже не вынесу!

– Кое-кто из нас уже спит, – хихикнув, сказала Юля.

– Я бы поспала по-настоящему, но свет мешает, – сказала Галя, – И он не выключится, пока Сэм не вернётся на своё место: тут освещение работает только тогда, когда все лежат на своих изголовьях…

Внезапно свет потух.

– Кажется, не факт, – ответила Настя, – Можно и пожелать этого…

– Ничего подобного! – вяло возразила Сэм, – Нужно, чтобы все лежали головой на изголовьях. Я и Серёжа лежим головами на одном изголовье.

Пока Галя объясняла, Сэм сползла с меня, и мы с некоторым трудом улеглись на узком, шириной метр, лежаке. Лежали и обнимали друг друга. Сэм поцеловала меня и сказала:

– Давайте поспим!

– Не возражаем, – ответили почти все…

Для меня началась весёлая жизнь, о которой я мечтал в сексуальных мечтах: все двенадцать девчат были готовы трахаться в любое время. Неведомые надзиратели подмешивали мне какую-то неведомую Виагру так, что я был готов трахать своих девчат практически в любое время. Да и девчатам явно тоже что-то подмешивали из этого же рода – они тоже были готовы трахаться в любое время. После семяизвержения проходило едва ли пять-десять минут, как я опять был готов трахать следующую девушку. И при этом держался от получаса до полутора часов, доводя трёх-пяти девушек до полуобморочного состояния. Правда, через полчаса после пробуждения нам устраивали мойку: кровати исчезали в стене, а на нас лился поток тёплой воды. Для девушек за ширмами туалетов появились зеркала и расчёски. По моим внутренним часам так прошло около недели. За эту неделю я каждую свою сокамерницу выебал не меньше тридцати раз. Если после первого раза они ещё пытались как-то проявлять ревность и даже плакали, то через субъективные трое суток стали весёлыми, а на пятые сутки даже устраивали для меня и прочих лесбийские шоу. Мы даже боялись представить себе, что нас могут разлучить. И через условную неделю это произошло.

Я уснул в этот раз в одиночестве, с трудом добравшись до своего лежака от лежака Насти. Стоило мне прилечь на свой лежак, как свет потух.

– Спим! – с облегчением сказала Ханна, – После сна я буду первой!

– Как скажешь, – ответила Сэм из противоположного от меня угла, и я начал погружаться в сон…