Цитаты из книг автора «Сара Джио»

что каждый год любви требует одного месяца выздоровления.

счастливые невесты. Им, как правило, все равно, каким будет ее платье или какие платья выбрать для подружек невесты. Они просто счастливы оттого, что выходят замуж за человека, которого любят. – Продавщица покачала головой. – Но большинство людей женятся не по любви. Они женятся ради идеи любви.

Я, наверное, раз сто говорила Эллиоту, что мечтаю о большой квартире в центре и с видом на залив. Я бы выкрасила стены в розово-сиреневый цвет, а шторы сделала бы кремовыми, с изящными подхватами, как в журналах.

Сара Джио Утреннее сияние Посвящается Анне и всем одиноким женщинам с разбитым сердцем. После дождливого дня всегда появляется солнце. Попытайся найти свой собственный путь в жизни. Sarah Jio Morning Glory Copyright © Sarah Jio, 2013 © Бологова В., перевод на русский язык, 2016 © Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Э», 2016 Предисловие автора Сейчас, когда я пишу эти строки, я сижу в своем плавучем домике на озере Юнион в Сиэтле и смотрю в окно. Пасмурно. Дождь льет как из ведра. Он стучит по водной глади, по крыше, и дождевые струи от порывов ветра бьются о стекло. Я очень люблю бывать здесь, на озере. Из окна видны плавающие утки, моторка и каяк, отважно бросающий вызов непогоде. В моей душе царят покой и гармония. Когда я только начала этот роман, я плохо себе представляла его фабулу. Знала только, что обязательно должен присутствовать этот плавучий домик у берегов озера Юнион в Сиэтле. Я родилась в Сиэтле и всегда была поклонницей этих плавучих домиков (конечно же, на мое пристрастие подействовал трогательный фильм «Неспящие в Сиэтле», который придал этим странным сооружениям еще большее очарование). Много лет назад, будучи еще совсем молодой журналисткой, я написала статью об особом стиле жизни в плавучих домиках. С тех пор я никогда не забывала свое самое первое сильное впечатление от знакомства с этими уникальными строениями. Женщина, которая любезно пригласила меня в свой дом (открыв дверь с большим отверстием внизу для уток), рассказала мне о жизни на озере, о том, как плавно покачиваются домики на волнах от порывов ветра, о волшебной способности озера успокаивать и убаюкивать. Но больше всего мне запомнился рассказ о том, как дружно, словно одна большая семья, живут здесь люди, как соседи в случае необходимости помогают друг другу и умеют хранить чужие тайны, как самые верные и преданные друзья. Полагаю, что эта история началась именно в тот день, когда я впервые шагнула внутрь маленького плавучего домика. С тех пор мне безумно хотелось самой жить в таком домике на озере. Но моя семья увеличивалась, и мы с мужем решили, что растить троих сыновей в крошечном плавучем домике не лучшая идея. (Только представьте себе трех сорванцов, играющих на маленьком причале!) Поэтому мы отложили нашу мечту до лучших времен. По крайней мере, до сентября 2012 года. Мой муж знал, что я начала писать о плавучем домике в своем романе, и, пока я лелеяла мечты снять такой домик на выходные для более глубокого изучения

Седые волосы, разделенные косым пробором, падали на лоб, как у Эрнеста Хемингуэя на фотографиях в музее в Ки-Уэст, придавая ему довольно лихой моложавый вид и своеобразную привлекательность.

«Моя дорогая девочка, – читает она слова, написанные еще в 1947 году, – я хочу быть рядом с тобой, когда тебе грустно и одиноко, когда мир кажется серым и несправедливым, чтобы ободрить и утешить тебя. А если меня не будет поблизости, взгляни на луну и вспомни, как сильно я люблю тебя. Твой папа».

большая любовь выдерживает испытание временем, расстоянием и страданиями. Даже когда кажется, что все потеряно, настоящая любовь продолжает жить. Теперь я точно это знаю;

Нельзя, чтобы другие загоняли нас в тупик своими решениями.

их частью. Даже если слова их не вызывают у нас ничего, кроме отторжения, мы все-таки начинаем сомневаться. Мы можем даже отказаться от собственной правоты, чтобы доказать правоту близких.

Мы с особой остротой воспринимаем суждения близких, даже если в чем-то и не согласны с ними. Все потому, что мы их любим – или, если говорить в целом, считаем себя