– Мы называем это мужскими собственническими завихрениями, – сообщила Аэлина. – Можно назвать и фэйскими собственническими завихрениями придурочного свойства. Чуть длиннее, зато точнее.
Однако сама Элайна смотрела не на сестру, а на Ласэна. Казалось, она только сейчас его заметила. Темно-карие глаза встретились с парой других – с красно-коричневым и металлическим.
Яростные рыдания Несты продолжались. Ее пальцы все так же ощупывали изменившееся тело Элайны.
Ласэн встал. Руки у него висели как плети. Дрогнувшим голосом он прошептал Элайне:
– Ты – моя пара.
– Она – твоя пара, а не шпионка, – с упреком бросила мне Амрена. – Вытащи ее оттуда, и как можно скорее. – Да, она – моя пара. И одновременно – моя шпионка, – тихо сказал я своей ретивой заместительнице. – А еще – она верховная правительница Двора ночи.
– Ткань платья и твои движения не повредят узоров, – пояснил Ризанд и наклонился ко мне, его зубы блестели возле самой моей шеи. – Я точно помню, где находились мои руки. Но если тебя захочет потрогать кто-то другой, скажем какой-нибудь верховный правитель, любящий весеннюю пору, я сразу узнаю.