Цитаты из книг автора «Салли Руни»

них это было тогда самой важной вещью в мире. В повседневной жизни их заставляли тщательно скрывать свои чувства, загонять их внутрь и не давать им много места, поэтому даже такие малозначительные события приобретали безумную, устрашающую значимость. По ходу футбольных матчей допускалось касаться друг друга и даже плакать.

Гол был первый, до конца матча еще оставалось двадцать минут. Но для

учебы не думать, чем платить за

квартиру. Вдруг оказалось, что можно провести полдня в Вене, глядя на «Аллегорию живописи» Вермеера, снаружи жарко, но он, если захочет, может потом купить дешевый стакан холодного пива. Как будто бы то, что он всю жизнь считал раскрашенным задником сцены, внезапно обрело реальность: реальные иностранные города, знаменитые произведения искусства, подземные поезда, остатки Берлинской стены. Да, деньги – это та субстанция, которая придает миру реальность. И есть в этом нечто извращенное и сексуальное.

Стипендия открыла бездну новых возможностей. Жилье оплачено, учеба тоже, каждый день – бесплатный ужин. Именно поэтому он и смог провести половину лета в путешествии по Европе, тратя деньги с беспечностью богатого человека. Он объяснял это – вернее, пытался объяснить в письмах к Марианне. Для нее стипендия была способом поднять самооценку, счастливым подтверждением того, в чем сама она и так никогда не сомневалась: что она – человек выдающийся. Коннелл никогда не мог решить, верно ли то же самое в отношении его, не смог и поныне. Для него стипендия означала гигантскую перемену в материальном положении, словно огромный круизный лайнер вдруг явился неведомо откуда – и вдруг оказалось, что он, если захочет, сможет бесплатно учиться в аспирантуре, бесплатно жить в Дублине и до конца

Иногда ему кажется, что они с Марианной похожи на фигуристов: по ходу беседы они импровизируют так виртуозно, с такой синхронностью, что им и самим удивительно. Она грациозно взмывает в воздух, а он каждый раз умудряется ее поймать

и это – лучшее, что им для себя удалось придумать? Да им от этого и радости-то никакой.

На самом деле, если взглянуть, как живут мужчины, то пожалеть их хочется, говорит Марианна. Все общество у них под контролем,

Все равно в нем есть нечто, чего нет в ней, он живет внутренней жизнью, в которую не впускает никого другого

Она вспоминает слова Коннелла: люди куда более постижимы, чем им кажется