Цитаты из книг автора «Салли Руни»

Статус ее официального бойфренда обеспечил ему надежное место в обществе, перевел его в число приемлемых людей с понятным положением, чье молчание по ходу общей беседы воспринимают как задумчи

ногда ему кажется, что они с Марианной похожи на фигуристов: по ходу беседы они импровизируют так виртуозно, с такой синхронностью, что им и самим удивительно. Она грациозно взмывает в воздух, а он каждый раз умудряется ее поймать, сам не понимая как. Мысль о том, что до сна они, скорее всего, еще раз сольются воедино, делает разговор даже более приятным, а еще ему ка

. Иногда ему кажется, что они с Марианной похожи на фигуристов: по ходу беседы они импровизируют так виртуозно, с такой синхронностью, что им и самим удивительно. Она грациозно взмывает в воздух, а он каждый раз умудряется ее поймать, сам

Иногда ему кажется, что они с Марианной похожи на фигуристов: по ходу беседы они импровизируют так виртуозно, с такой синхронностью, что им и самим удивительно. Она грациозно взмывает в воздух, а он каждый раз умудряется ее поймать, сам не понимая как. Мысль о том, что до сна они, скорее всего, еще раз сольются воедино, делает разговор даже более приятным, а еще ему кажется, что откровенность их бесед, в которых они то и дело переходят от общего к частному, обостряет ощущения от секса

Она никогда не верила, что ее кто-то полюбит.

Она пытается быть хорошим человеком. Но в глубине души знает, что она человек плохой – испорченный, изломанный, и все ее старания вести себя правильно: формировать правильные взгляды, говорить правильные вещи – лишь попытки спрятать то, что схоронено внутри, прикрыть испорченность своей натуры.

вроде бы такое было по силам, а теперь она знает, что она совсем не могущественная, что она будет до самой смерти жить в мире, где обижают невинных, и даже в самом лучшем случае помочь сможет лишь нескольким отдельным людям.

Марианне тогда захотелось сделать что-то значительное, остановить любое насилие сильных против слабых – она вспомнила, что несколько лет назад чувствовала себя такой умной, молодой и могущественной, что ей

Литература – в том виде, в котором она предстает на таких встречах, – служит чем угодно, только не способом сопротивления.

. Даже если сам писатель – человек хороший, даже если его книга содержит какие-то откровения, по сути, все книги подаются как статусные символы, а все писатели так или иначе участвуют в этом представлении.