Собеседование. Вторник.

Девушка внимательно смотрела на меня. Взгляд у неё был тяжёлый. Мне очень хотелось отвернуться, но дурная привычка идти всему наперекор не оставляла выбора. Я уставился ей между глаз, создавая видимость ответного взгляда.

– Аллергия есть? – спросила она наконец, снова утыкаясь в моё резюме.

– Да, – ответил я, внутренне облегчённо выдыхая.

– На что?

– На разное.

– Развёрнутый ответ, – хмыкнула она.

– У меня таблетки есть, проблем не будет.

– На шерсть животных? – она вскинула тонкие брови.

– Не было никогда, – ответил я. – А что?

– Ну, там есть кот…

– Вы так и не сказали мне ни единого слова о предстоящей работе.

– Это приют.

– Для животных?

– Нет, – рассмеялась девушка-кадровик. – Для людей.

– Приют? Для людей? Неожиданно. Если честно, я в этой сфере никогда не был занят. Расскажите мне подробнее о том, в чём именно будет заключаться моя работа.

– Вы будете смотрителем приюта, – эйчарка натянуто улыбнулась.

– Я не понимаю, почему Вы мне предлагаете такую работу? В описании вакансии говорится совершенно о другом. Никаких упоминаний о приюте. Вы ничего не перепутали? Я приехал на собеседование на должность начальника…

– Не спешите, – она резко перебила меня. – Мы, действительно, хотели рассмотреть Вашу кандидатуру на указанную должность, но сейчас у нас возникла острая необходимость как можно быстрее найти смотрителя.

– Предположим, – смягчился я.

– Шесть дней в неделю Вам необходимо будет находиться в приюте, а в воскресенье – выходной. На месте Вас обеспечат всем. Причём, бесплатно. Транспорт с личным водителем, еда, одежда. Своя комната и кабинет. Вы можете заниматься всем, чем хотите. В свободное время, конечно же. Обязанности у Вас простые: жить в приюте и иногда разбирать конфликтные ситуации, если они будут. Зарплата гораздо выше, чем на первоначальную вакансию, – девушка вытащила из блока квадратный листик белой бумаги, что-то написала на нём, затем протянула его мне с ехидной улыбкой. – Вам же нужны деньги?

– А Вам, можно подумать, ненужны, – огрызнулся я.

Она поджала губы и положила листок передо мной, трижды постучав по нему ногтями. Сумма была неожиданной.

– Это зарплата в месяц? – с надеждой поинтересовался я, прикидывая, что могу сделать с такими деньгами.

– Это за первые двенадцать дней работы. Потом будете получать в два раза больше каждые две недели, – девушка снова вперилась в меня взглядом. – Возьмётесь?

Я никогда не был жадным до денег человеком, но с давних пор являлся заядлым ролевиком. Самое главное, что меня интересовало в таких играх, – опыт. Много опыта. Чем больше, тем лучше. Подобный подход отражался и на моей реальной жизни. Или наоборот. Подход к жизни отражался в играх. Не знаю. Тем не менее, зачастую я пахал за небольшие деньги ради получения новых навыков. Опыт моей практической работы по специальности был внушительным. К слову говоря, мне, действительно, было чем похвастаться. А когда у меня появилась возможность получить и развить новые умения и заработать опыт, я отказываться не стал. Тем более, что к работе по профилю я постепенно охладевал, а вот что-то новое могло немного взбодрить. Это всё конечно было замечательно. Но, врать не буду: один миллион рублей в месяц за работу смотрителем на дороге не валяется! Вы представьте только! Один миллион! Память подкидывала мне истории о необычных и высокооплачиваемых работах, вроде смотрителя маяка на райском острове, и тому подобное. Я даже немного возненавидел себя за такую жадность, но ответил девушке кивком. Моё согласие было искренним и очень меркантильным. Шесть дней вдали от дома, разве это страшно? Сумма в двести пятьдесят тысяч рублей за первые две недели работы – просто подарок! Комната, кабинет, авто с водителем, куча всего – всё бесплатно! Звучит заманчиво. Очень заманчиво! Единственное, что меня удивляло, так это моё же собственное спокойствие и уверенность в нормальности происходящего. Внутренняя чуйка, редко подводившая меня, молчала и не подавала признаков жизни, то ли обалдевшая от привалившего счастья, то ли очумевшая от такого поворота событий. Для меня это было важно.

– Я готов согласиться, – признался я и, не изменяя своей давней привычке, продолжил. – Хочу узнать больше об этой работе, ознакомиться с правилами, с догово́ром, c инструкциями.

Девушка облегчённо выдохнула.

– Максим, вы мой спаситель! Вы не представляете, как меня выручите! Всё, что угодно! Спрашивайте.

– Кхм, – смутился я от её реакции. – Где работать? Кто в приюте?

– Ну, – замялась моя собеседница. – Это приют для девушек.

– Та-а-ак, – улыбнулся я, но, заметив искривлённую ответную улыбочку эйчарки, постарался изобразить серьёзное выражение лица.

– Сразу предупреждаю, что интимные контакты не приветствуются! – неожиданно сказала она. – С подопечными. Да и девушки Вам вряд ли понравятся.

– Вот не надо всех под одну гребёнку, – ответил я ей. – Интим на работе мне мало интересен. Приют для девушек, говорите, которые мне не понравятся? Ну и ладно. От работы отвлекаться не буду. А какие же, интересно знать, конфликтные ситуации мне придётся решать, находясь на рабочем месте шесть дней в неделю?

– Девушки непростые. Из очень сложных семей, скажем так. Как правило, мы ведём их практически с детства, поэтому для нас они и воспитанники и подопечные, независимо от возраста. Но те, которые приедут – долгое время жили одни. Они между собой худо-бедно ладят, но к стороннему коллективу ещё не привыкли. Вы должны стать для них отцом, братом и лучшим другом. Надеюсь, Вы постараетесь и поможете им адаптироваться. Воспитанницы могут приставать по мелочам, иногда капризничать, а могут и совершенно Вас игнорировать. К каждой желательно найти свой подход. При необходимости успокоить, утешить, просто поговорить, но только при необходимости. Контакты вне рабочего времени не являются обязательными. Если подопечные потребуют Вашего отдельного внимания, то всё всегда можно согласовать. Коллектив дружелюбный.

– Ага, – снова улыбнулся я. – Если подопечная сломает ноготь, то нужно её успокоить, а если у неё все хорошо, то можно игнорировать? А отдельное внимание – это что? Сказка на ночь?

– Примерно так, – эйчарка прищурилась. – Странные примеры у Вас. Ещё вопросы?

– Допустим. Они хотя бы совершеннолетние?

– Естественно, – собеседница наморщила носик, отчего показалась немного милее, чем до этого.

Вообще она даже ничего. Хорошенькая.

– Это успокаивает, – заявил я.

– Не так всё плохо. В основном, они спокойные. Сам приют в очень красивом месте и далеко от города. На территории трёхэтажный дом, спортивная площадка, фонтан, бассейн, летний домик, три парковочных места. Одно из них станет Вашим. Можете считать, что живёте в загородном доме, – она оживилась, и на экране её смартфона замелькали фотографии. – Как-то так… Только уже всё достроено.

– Выглядит интересно, – согласился я. – Даже красиво.

– Да, – оживилась девушка. – Там здорово!

Собеседница казалась мне немного странной. Крашеная блондиночка, длинные распущенные волосы, светло-серые глаза. Тощая, какая-то вся такая воздушная, с тонкими и угловатыми чертами. Голос приятный, но в нём чувствовалась смесь стервозности с чем-то ещё, пока не понятным мне. В тёмно-сером деловом костюме в вертикальную полоску, белой блузе, да ещё и с этой родинкой под правым уголком губ она была похожа на классическую директрису. Ну, такую, знаете ли, с богатеньким муженьком, решившим «подарить» жёнушке бизнес, чтобы она не скучала. Эйчарка была как картинка. Словно персонаж проходного сериальчика, который, как правило, ставят фоном. Или анимехи в жанре «гаремника». Да, я был одинок. Так сложились обстоятельства, но кому это интересно?

Девушка явно нервничала. Мне хотелось надеяться именно на это, иначе оставался только вариант с отъявленной «истеричкой». За то время, пока я находился в кабинете, настроение эйчарки постоянно менялось. Хотя, нет. Оно скакало, как артериальное давление у гипертоника. Иногда мне казалось, что она вот-вот начнёт кричать, иногда казалось, что вот-вот разревётся. Ближе к концу нашей беседы вроде бы её состояние выровнялось.

Сейчас она перегнулась через весь стол, почти распласталась на нём и, сосредоточенно закусив верхнюю губу, показывала мне моё потенциальное рабочее место. Вот это я понимаю – агитация! Всем агитациям агитация! От волос девушки странно пахло. Этот запах настойчиво щекотал ноздри и вызывал у меня невольное отторжение. Я сжал руку в кулак, сунул себе под нос, будто хотел покашлять, и надавил боковой поверхностью указательного пальца чуть выше верхней губы.

– Угу, я вижу, – пробубнил я. – Мне нравится. Испытательный срок?

– Зачем? – удивилась блондинка, закусывая теперь нижнюю губу. – Вы приняты «без».

– А если я не оправдаю ваших надежд или мне не понравится работа?

– Вам понравится, – томно ответила она, прищурившись, как кошка, греющаяся на солнце.

Может, её в кафе пригласить, подумал я, но внезапно почувствовал себя нехорошо. Я резко встал – запах становился невыносим. В самом центре мозга разорвался яркий оранжевый шар, и меня повело. Я ухватился за спинку стула, на котором сидел мгновение назад, и улыбнулся.

– Могу я ознакомиться с догово́ром и должностной инструкцией?

Чёрт знает что… Не надо было так резко подниматься. Голова разболелась. На секунду мне показалось, что в помещении ещё кто-то есть. Бред какой-то…

Девушка грациозно вернулась в своё кресло и, криво улыбаясь, небрежно положила на стол красную файловую папку. Развернувшись в сторону окна, она склонила голову к левому плечу и снова посмотрела на меня своим тяжёлым взглядом.

– Ваша кандидатура мне очень нравится, – она словно ощерилась и тут же рассмеялась. – Сегодня вторник. У Вас время до пятницы. Сообщите мне о своём решении, пожалуйста, Максим Сергеевич.

– Конечно, – согласился я, забирая папку. – До свидания.

– Пока, – она снова закусила верхнюю губу и помахала мне одними лишь пальцами.

Очнулся я только за рулём своего автомобиля, всё ещё находясь на парковке делового центра. Это было немного пугающе. Встреча была занятной. Интересная вакансия и великолепная зарплата! Только эйчарка показалась малость странной, да ещё и эта её странная привычка – так часто кусать губы… Помотав головой, будто спросонья, я поехал к себе домой.

* * *

Переодевшись в домашнее, я повесил костюм на вешалку и убрал в гардероб. Услышал, как щёлкнул чайник, вскипятивший воду. Я насыпал себе пару ложек сублимированного кофе, плеснул кипятка, немного молока, кинул три куска сахара и отправился на балкон. По небу плыли серые тучи, и я надеялся, что начнётся дождь. Я всегда любил дождь. После тридцати его чаще всего ненавидишь: голова болит, сонливость и прочее, – но кофе и сигарета на балконе во время дождя… М-м-м! Это непередаваемо! Хоть и вредно.