Тот же день. Вечер.
Высокий молодой парень в длинном пальто, с металлическим чемоданчиком и с красными глазами зашел в помещение, наклоняя голову, потому что дверной проем был низковат. Закрыл за собой дверь.
Это был подвал под пятиэтажным жилым домом, обустроенный под жилую комнату. Квадратное помещение три на три с невысоким потолком и без отделки. Слева от выхода вдоль стены расположились металлические стеллажи, на которых стояли контейнеры – самодельные террариумы для рептилий. Шесть террариумов со змеями. Самых разных морфов. И восемь террариумов с пауками-птицеедами.
На противоположной стене висело оружие – холодное оружие разной формы. Рядом стоял холодильник. Под потолком проходили трубы отопления и канализации. У стены посередине стоял стол – длинный верстак. Над ним висели всякие приклеенные листы и стикеры, вырезки из газет и маленькие листовки, в основном про здешнего маньяка. У двери стояло зеркало. Парень снял с себя верхнюю одежду и повесил на крючок. Снял парик с черными волосами. Поставил чемоданчик на стол и открыл его: в нем лежала сложенная коса. Ее длинная металлическая рукоять складывалась вчетверо. Еще там хранились нож, веревка, резиновые медицинские перчатки и маска для лица.
Он вытащил оттуда тетрадку. Это была школьная тетрадь для домашнего задания по биологии. На обложке было написано имя, фамилия и отчество, а также класс учащегося. Он пробежался взглядом по содержанию, побродив по комнате. Подошел к зеркалу и увидел на своем лице синяк. Он рассвирепел от злости, и его лицо покраснело. Он сжал ладонь с тетрадкой в кулак, а другой рукой ударил по зеркалу. Осколки разлетелись по комнате.
– Я… тебя… уничтожу, – прорычал он в полный голос, вспоминая события, что произошли сегодня днем. – Меня уделал какой-то пацан! Школьник! Тихо, тихо, давай успокоимся, мы и так ходим по лезвию ножа каждый день. Нельзя, чтобы все было похерено из-за какого-то случайного свидетеля. Да, он случайно там оказался. Он от кого-то убегал и перепрыгнул через забор. Но ты совершил ошибку. Сделай ты это ночью, было бы меньше риска наткнуться на школьника. Сам виноват. Хорошо, что я успел спрятать тело. Эти придурки никогда не догадаются… И все из-за той вонючей шавки… Ну ладно, ладно, не все так критично, он не видел моего лица и опознать не сможет. Но все же его надо убрать. Просто из принципа.
Он развернул тетрадку, посмотрел на заголовок. Ухмыльнулся.
– Чисто из принципа тебя прикончу.
Он потер левый глаз, красные линзы создавали небольшой дискомфорт.
– Надо снять линзы…
Кабинет опера. Поздний вечер.
Криминалист зашел в кабинет без стука. Опер сидел враскорячку за столом, закинув руки за голову, а ноги на стол. Криминалист не был ему другом, но они давно были знакомы. Александр считал себя порядочным и серьезным человеком. И с кем попало не дружил, например, с типами вроде криминалиста.
«Типичный подонок, умеющий работать только локтями», – так опера иногда описывали в отделении. Самоуверенный и гордый. Но он соответствовал своему статусу. Криминалиста звали Андрей, и он был его полной противоположностью. Ехидная лиса или гуляка – так описывали Андрея. Любит деньги и клубы. Ему чужды правила жизни и порядочности, чести и достоинства. Никогда не умел держать язык за зубами и часто трепался. Этим он и отталкивал от себя.
У криминалиста была и такая черта, как фамильярность. Он всегда вел себя так, будто он со всеми на короткой ноге. Как будто он со всеми дружил. Он имел какой-то небольшой бизнес на стороне и выглядел богаче, чем обычный госслужащий. Дорогие часы, золотой перстень. Модная одежда и, конечно же, хвастовство – особо раздражающая черта характера. И взяли его на эту должность по знакомству.
– Здоров! Вижу, у тебя много работы последнее время, – начал криминалист, широко улыбаясь.
Он занес отчет о вскрытии трупа мужчины, которого обнаружили утром, и положил ему на стол. Опер просил его побыстрее составить отчет, чтобы доложить шефу.
– Больше бумажной волокиты. – Опер взял отчет и пробежался по нему глазами. – Что думаешь по сегодняшнему телу?
– Я думаю, что по почерку убийства это он. Две глубокие смертельные раны с двух сторон. Он ударил двумя руками, скорее всего длинные кинжалы или что-то вроде того. Ну и сила удара: глубокие проникновенные порезы длинным лезвием пробили оба легких с двух сторон. Надо уметь так бить, он, наверное, много тренировался, – ответил криминалист, встав перед столом.
– Значит, это мой клиент.
– Да, скорее всего, – сказал криминалист и подошел к детективной доске. – Я слышал, там парень объявился, который твоего маньяка вырубил.
– Ага, Джеки Чан прям, – фыркнул опер. – Кстати, твой напарник что-нибудь нашел на том складе?
– Нет. Он взял образцы остатков кровяных подтеков на асфальте, но определить, сколько именно крови пролилось и кому она принадлежит, не получится.
– Скажи ему, чтобы поторопился. Мне кажется, там что-то было.
–Твой подопечный осмотрел же все, нет? На территории склада ничего не нашли – ни трупа, ни больших подтеков крови. Или вообще что-либо намекающее на это.
– Там пытались смыть кровь и самого охранника так и не нашли.
– Ну мало ли что могло произойти. Значит, ты веришь пацану?
– Нет, я ему не верю. Да и шеф не поверит. Но если найдем труп… и почерк совпадет… то это зацепка.
– Какая зацепка? Пацан? Он сможет его опознать?
– Нет, наверное. Маньяк был в маске и шапке, но этот пацан – единственный свидетель, который видел его вблизи. Хотя, пока не нашли труп, я не стал составлять фоторобот. Но самое интересное, что если это он, то он убил днем. Хотя обычно он всегда убивал ночью.
– М-да… не густо, завтра шеф будет опять орать, – добавил криминалист.
– Слушай, а где уборщик? – спросил опер.
– Он ушел еще до обеда, отпросился, по-моему. Я видел, как он заходил к шефу, – ответил криминалист, не отрываясь от просмотра детективной доски. – Зачем он тебе?
– Да у него губка для обуви была, он давал мне ее всегда, – ответил опер, пытаясь почистить туфли влажной салфеткой.
– Ладно, надо идти домой, завтра тяжелый день, – сказал опер.
Он поднялся, подошел к вешалке, на которой висела куртка, и оделся.
– Ты не против, что я с ней встречаюсь? – с серьезным видом спросил криминалист.
Криминалист встал перед ним, расставив ноги и засунув руки в карманы брюк. Немного подняв подбородок вверх. Опер понял, что это был не вопрос.
«Видимо, для этого он и зашел ко мне», – подумал он.
Речь шла о девушке, которая работала в полицейском участке бухгалтером. Опер встречался с ней почти год, и у них были вполне серьезные отношения. Но неожиданно для опера все закончилось. После обычной бытовой ссоры, каких раньше было много, она просто заявила, что они больше не будут вместе. При этом сделала это в сообщении по телефону. Собрала вещи и уехала. Прекратила с ним любое общение и даже начала избегать встреч с ним. Ушла, ничего не объяснив. Опер пару раз пытался поговорить с ней, но видел лишь отвращение в ее глазах и потому решил отпустить. Он не хотел выглядеть каким-то слюнтяем, который бегал бы за той, кто его бросила. Это было ниже его достоинства. Потом он пару раз видел, как она уезжает с криминалистом с работы. И до него доходили слухи, что криминалист с ней спит, причем уже давно. Но у опера было одно негласное правило – сжигать мосты за собой. Если его бросали, то он принципиально выбрасывал эту женщину из своей жизни. Без права на прощение. Поэтому принял ситуацию и просто притворился, будто ее и не существовало вовсе.
– Нет, мне все равно, – сказал опер, поправляя воротник на куртке.
Они уставились друг на друга, как два ковбоя на дуэли, которые вот-вот выстрелят. Встретились взглядами. Опер посмотрел на него исподлобья с презрением. В этот момент он не скрывал отвращения, которое выдавало его лицо.
– Вот и славненько. – Криминалист с улыбкой вытащил руки и потер их.
– Ты типа разрешения у меня хотел спросить? – ответил опер почти в грубом тоне, застегивая молнию на манжетах кожаной куртки.
– Просто хотел уточнить. – Криминалист сделал невинное лицо.
Он уже повернулся чтобы уйти, но опер не смог сдержаться, и эта фраза вырвалась из его уст:
– Тебе не мешал тот факт, что я с ней встречаюсь, когда вы начали трахаться?
Криминалист, замерев на мгновение, повернул голову к оперу и, широко раскрыв глаза, посмотрел на него.
– Нет, не мешал, и что с того?
Опер схватил его левой рукой за шиворот и сжал в кулак правую. Его лицо выдавало намерение ударить.
– Ого, стой-стой, я не хочу конфликта, – сказал криминалист, попятившись назад на два шага и разведя руки в стороны. Со все той же ехидной улыбкой. – Я просто ввел тебя в курс дела. Не злись, ты еще найдешь кого-нибудь. – Криминалист щелкнул пальцами и, показав указательным на опера, развернулся и вышел из кабинета.
– Гребаный недоносок, – выругался вполголоса опер.
На следующий день. Утро.
Лев не мог уснуть всю ночь, прокручивая события, произошедшие днем, задремал только под утро.
Психиатр после того, как узнала, что он попал в полицию, пришла к ним домой, и ему разрешили не идти в школу.
И вот теперь Лев сидел перед ней в своей комнате.
Она умела слушать. И выслушала его долгий рассказ обо всем, что произошло. Это было больше похоже на исповедь, но всегда работало. После разговора чувствуешь, будто спадает часть груза.
Психиатра звали Мария Сергеевна Яркина. Она была худенькой миниатюрной женщиной за тридцать, чуть выше его ростом. Лев считал ее симпатичной. Он не знал ее как человека, но за столько сеансов выяснил, что женщина была разведена и не имела детей.
Она успокоила мальчика и сказала, что позвонит директору и решит вопрос с теми задирами, что пытались побить его. По сравнению с остальными происшествиями, это были мелочи. Еще она предложила ему вести дневник, чтобы понять, из-за чего были перепады настроения и что могло вызвать видения. Было оговорено и его сотрудничество с полицией, а учитывая, что он находится на учете в ПДН, психиатр должна быть в курсе всех мероприятий. Поэтому она сказала, что свяжется с оперуполномоченным.
После долгого общения они решили, что из-за пережитого стресса Лев несколько дней не будет ходить в школу. Учителя будут давать домашние задания его тете, и он поучится дома. Когда ситуация в школе утихнет, его, скорее всего, переведут в другой класс или даже в другую школу.
После обеда он вышел на улицу прогуляться. Он просто бродил по городу, смотрел на людей и вглядывался в их лица. Он размышлял о том, что за короткий отрезок времени его обычный уклад жизни изменился, ситуация с маньяком его пугала, но ситуация со школой радовала. Те парни создавали ему много проблем. Постоянная жизнь в страхе ему давно надоела. Если его переведут в другую школу, это будет очень хорошо.
Пройдя несколько районов, он заметил кофейню. Он был там однажды – покупал кофе в зернах для тети. Решил зайти снова и выпить чашечку кофе.
Тематическая обстановка была в стиле лофт. Высокие потолки, отделка под кирпич. Деревянные и черные тона отделки в сочетании с необычными винтажными светильниками, которые были развешаны над каждым столиком, придавали особую атмосферу. И там стояла пара стеллажей с книгами разной тематики и комиксами. Они были больше похожи на декорацию.
Лев подошел к стойке. Бариста – молодая красивая девушка лет двадцати с крашеными волосами красного цвета – внешностью была похожа на азиатку.
Лев взял себе капучино с корицей. Он занял место на двоих у панорамного окна. Обратив внимание на книжную полку, он несколько минут разглядывал названия и выбрал одну. Ему больше нравились фантастика, ужастики и триллеры, но сейчас он выбрал старый криминальный роман. Бестселлер восьмидесятых годов неизвестного ему автора. Он сел за столик, попивая кофе через трубочку, и начал читать.
Большие панорамные окна выходили на центральную улицу, где вдоль тротуара располагалось много магазинчиков и каждый из них освещался разными цветами. Вечером это выглядело особенно красиво. Ночью город живет своей жизнью. До этого Лев, чтобы скоротать время и побыть наедине с самим собой, ходил в городскую библиотеку, там тоже была своя атмосфера, но там было скучно. Плюс библиотеки в том, что туда не ходят задиры и те, кто не любит читать. Тихое местечко. Но кофейня ему сразу понравилась тем, что сюда заходили разные люди, компании, красивые девушки. Он хотел встречаться, но был настолько не уверен в себе, что ему казалось это чем-то недосягаемым. Но ему иногда было приятно просто смотреть на людей. В этом месте он не чувствовал себя одиноким, хоть и не был знаком с этими людьми. Он просто ощущал себя частью этой суеты.
Время пролетело, наступил вечер. Лев просидел в кофейне около трех часов. Он читал книгу и в перерывах думал о том, что произошло. Он никак не мог выкинуть из головы тот инцидент с маньяком, пытался вспомнить, что там было. Вот он убегает, вот он перепрыгивает через забор. Он вспомнил, как посмотрел в глаза убийцы, бездонные и наполненные мраком и злостью, и потом этот голос.
О проекте
О подписке
Другие проекты