Женщина была в душе своей открыта духовным силам иного рода, а именно таким, которые больше обращались к элементу чувства души, нежели к духовному; мужчина же был подвластен тем, которые обращались к духовному. Итак, от мужчин исходило действие, которое было более природно-божественным, а от женщин – более душевно-божественным.