Все происходившее тогда станет вполне понятным, только если мы узнаем, что, начиная с пятой атлантической расы, развитие силы мышления имело еще и другое последствие. А именно, люди с некоторой стороны овладели знаниями и искусствами, не стоявшими в непосредственной связи с тем, что названный выше Ману должен был считать своей истинной задачей. Этим знаниям и искусствам первоначально не доставало религиозного характера. Они подошли к человеку так, что он не мог подумать ни о чем другом, как лишь о том, чтобы подчинить их своим корыстным целям и личным нуждам… [1]