Отзывы на книги автора «Рудольф Распе»

Начать, видимо, следует с того, что для XVIII века, когда была написана книга - это новаторское произведение. Оно не предназначалось для детей, а под определение любого существующего на тот момент жанра не подходит. Понятия "роман в новеллах" тогда ещё не было.
Тем не менее, это роман в новеллах. В наши дни мы скорее воспринимаем это как сборник сказок, в основном благодаря советским мультфильмам, где отличная музыка и прекрасная озвучка.

Для того далёкого века герой-плут был любимым авторским приёмом. Безудержный враль, хвастун и выдумщик, барон тем не менее иногда в своих рассказах даёт и правдивую информацию, в том числе об исторических событиях - война с Турцией, например, но, конечно, везде подчёркивая свою первейшую роль.

Немало я пережил опасностей и рискованных приключений, но всё заканчивалось весьма удачно.

Многие эпизоды его приключений нам знакомы, но в книге есть и такие, которые не использованы ни в мультфильмах, ни в прекрасном "Том самом Мюнхаузене" Захарова. Все три версии, знакомые мне теперь, объединены главным:

Едва вы начнёте рассказывать, вами точно овладевает бес. Вы уноситесь за облака и говорите о таких вещах, которые не только не были, но и не могли быть.

А так ли ужасно быть просто мечтателем? Мне показалось, что пара пиключений барона могли вдохновить не меньшего мечтателя Жюля Верна. Я имею виду путешествие на Луну и под землю.

Всё рассказанное мной о чудесах, которые я наблюдал на Луне, может вызвать сомнение у читателя, но стоит ему только съездить туда, и он убедится в правдивости моих описаний.

Верн так и сделал - в своих мечтах? )))

Начать, видимо, следует с того, что для XVIII века, когда была написана книга - это новаторское произведение. Оно не предназначалось для детей, а под определение любого существующего на тот момент жанра не подходит. Понятия "роман в новеллах" тогда ещё не было.
Тем не менее, это роман в новеллах. В наши дни мы скорее воспринимаем это как сборник сказок, в основном благодаря советским мультфильмам, где отличная музыка и прекрасная озвучка.

Для того далёкого века герой-плут был любимым авторским приёмом. Безудержный враль, хвастун и выдумщик, барон тем не менее иногда в своих рассказах даёт и правдивую информацию, в том числе об исторических событиях - война с Турцией, например, но, конечно, везде подчёркивая свою первейшую роль.

Немало я пережил опасностей и рискованных приключений, но всё заканчивалось весьма удачно.

Многие эпизоды его приключений нам знакомы, но в книге есть и такие, которые не использованы ни в мультфильмах, ни в прекрасном "Том самом Мюнхаузене" Захарова. Все три версии, знакомые мне теперь, объединены главным:

Едва вы начнёте рассказывать, вами точно овладевает бес. Вы уноситесь за облака и говорите о таких вещах, которые не только не были, но и не могли быть.

А так ли ужасно быть просто мечтателем? Мне показалось, что пара пиключений барона могли вдохновить не меньшего мечтателя Жюля Верна. Я имею виду путешествие на Луну и под землю.

Всё рассказанное мной о чудесах, которые я наблюдал на Луне, может вызвать сомнение у читателя, но стоит ему только съездить туда, и он убедится в правдивости моих описаний.

Верн так и сделал - в своих мечтах? )))

Начать, видимо, следует с того, что для XVIII века, когда была написана книга - это новаторское произведение. Оно не предназначалось для детей, а под определение любого существующего на тот момент жанра не подходит. Понятия "роман в новеллах" тогда ещё не было.
Тем не менее, это роман в новеллах. В наши дни мы скорее воспринимаем это как сборник сказок, в основном благодаря советским мультфильмам, где отличная музыка и прекрасная озвучка.

Для того далёкого века герой-плут был любимым авторским приёмом. Безудержный враль, хвастун и выдумщик, барон тем не менее иногда в своих рассказах даёт и правдивую информацию, в том числе об исторических событиях - война с Турцией, например, но, конечно, везде подчёркивая свою первейшую роль.

Немало я пережил опасностей и рискованных приключений, но всё заканчивалось весьма удачно.

Многие эпизоды его приключений нам знакомы, но в книге есть и такие, которые не использованы ни в мультфильмах, ни в прекрасном "Том самом Мюнхаузене" Захарова. Все три версии, знакомые мне теперь, объединены главным:

Едва вы начнёте рассказывать, вами точно овладевает бес. Вы уноситесь за облака и говорите о таких вещах, которые не только не были, но и не могли быть.

А так ли ужасно быть просто мечтателем? Мне показалось, что пара пиключений барона могли вдохновить не меньшего мечтателя Жюля Верна. Я имею виду путешествие на Луну и под землю.

Всё рассказанное мной о чудесах, которые я наблюдал на Луне, может вызвать сомнение у читателя, но стоит ему только съездить туда, и он убедится в правдивости моих описаний.

Верн так и сделал - в своих мечтах? )))

Начать, видимо, следует с того, что для XVIII века, когда была написана книга - это новаторское произведение. Оно не предназначалось для детей, а под определение любого существующего на тот момент жанра не подходит. Понятия "роман в новеллах" тогда ещё не было.
Тем не менее, это роман в новеллах. В наши дни мы скорее воспринимаем это как сборник сказок, в основном благодаря советским мультфильмам, где отличная музыка и прекрасная озвучка.

Для того далёкого века герой-плут был любимым авторским приёмом. Безудержный враль, хвастун и выдумщик, барон тем не менее иногда в своих рассказах даёт и правдивую информацию, в том числе об исторических событиях - война с Турцией, например, но, конечно, везде подчёркивая свою первейшую роль.

Немало я пережил опасностей и рискованных приключений, но всё заканчивалось весьма удачно.

Многие эпизоды его приключений нам знакомы, но в книге есть и такие, которые не использованы ни в мультфильмах, ни в прекрасном "Том самом Мюнхаузене" Захарова. Все три версии, знакомые мне теперь, объединены главным:

Едва вы начнёте рассказывать, вами точно овладевает бес. Вы уноситесь за облака и говорите о таких вещах, которые не только не были, но и не могли быть.

А так ли ужасно быть просто мечтателем? Мне показалось, что пара пиключений барона могли вдохновить не меньшего мечтателя Жюля Верна. Я имею виду путешествие на Луну и под землю.

Всё рассказанное мной о чудесах, которые я наблюдал на Луне, может вызвать сомнение у читателя, но стоит ему только съездить туда, и он убедится в правдивости моих описаний.

Верн так и сделал - в своих мечтах? )))

Начать, видимо, следует с того, что для XVIII века, когда была написана книга - это новаторское произведение. Оно не предназначалось для детей, а под определение любого существующего на тот момент жанра не подходит. Понятия "роман в новеллах" тогда ещё не было.
Тем не менее, это роман в новеллах. В наши дни мы скорее воспринимаем это как сборник сказок, в основном благодаря советским мультфильмам, где отличная музыка и прекрасная озвучка.

Для того далёкого века герой-плут был любимым авторским приёмом. Безудержный враль, хвастун и выдумщик, барон тем не менее иногда в своих рассказах даёт и правдивую информацию, в том числе об исторических событиях - война с Турцией, например, но, конечно, везде подчёркивая свою первейшую роль.

Немало я пережил опасностей и рискованных приключений, но всё заканчивалось весьма удачно.

Многие эпизоды его приключений нам знакомы, но в книге есть и такие, которые не использованы ни в мультфильмах, ни в прекрасном "Том самом Мюнхаузене" Захарова. Все три версии, знакомые мне теперь, объединены главным:

Едва вы начнёте рассказывать, вами точно овладевает бес. Вы уноситесь за облака и говорите о таких вещах, которые не только не были, но и не могли быть.

А так ли ужасно быть просто мечтателем? Мне показалось, что пара пиключений барона могли вдохновить не меньшего мечтателя Жюля Верна. Я имею виду путешествие на Луну и под землю.

Всё рассказанное мной о чудесах, которые я наблюдал на Луне, может вызвать сомнение у читателя, но стоит ему только съездить туда, и он убедится в правдивости моих описаний.

Верн так и сделал - в своих мечтах? )))

Итак я продолжу выкладывать свои путанные мысли-восхищение книгами про Шерлока Холмса (вдруг кому интересно - рецензия на "Приключения Шерлока Холмса").

В этой книге 11 рассказов, не менее интересных, чем другие рассказы о великом сыщике. Читается быстро, с головой уходишь в сюжет, пытаясь опередить детектива и разгадать загадку преступления раньше него (ага, размечталась:Р). Меня больше всего заинтересовал последний рассказ из книги - "Последнее дело Холмса". Мда, название само по себе как-будто предупреждает. Я и раньше знала, что автор не особо жаловал своего персонажа, но после прочтения этого рассказа, я более детально ознакомилась с этим моментом жизни Артура Конана Дойля. (Кстати, интересный факт: первоначально в первой повести про мистера Холмса "Этюд в багровых тонах" предполагалось, что имена главных героев будут - Шеридан Хоуп и Ормонд Сэкер. 0_о. Я уже настолько привыкла к "Шерлок Холмс и Доктор Ватсон", что мне тяжело представить их под именами Шеридан и Ормонд. Возможно где-то в альтернативной вселенной и любят детектива Шеридана Хоупа и Доктора Ормонда)

Итак, "убийство" Шерлока. Было ли это чем-то типа пиар-хода с целью привлечь больше внимания? Точно нет. Внимания к Шерлоку Холмсу и так было хоть отбавляй, тысячи читателей (Википедия говорит, что даже королева Виктория была ярой поклонницей) были возмущенны этим рассказом. Они все как наркоманы "подсели" на рассказы о гениальном сыщике, хотелось больше и больше (и я могу их понять!).
Но можно понять и Артура Конан Дойля, ведь слава Шерлока Холмса затмевала его автора. Это как сейчас с актерами, вот стал кто-то действительно известным за одну определенную роль, и в других образах его уже очень тяжело воспринимать (как Дэниел Рэдклифф, например. Он хоть и снимается сейчас во многих других фильмах, но лично для меня (возможно, как и для некоторых других людей) он всегда останется Гарри Поттером).

Так и Артур Конан Дойль, он хотел получить признание как автор серьёзных романов (исторических), а стал автором книг о мистере Холмсе, чья

Необычайная популярность постепенно переросла в отрасль новой мифологии, центром которой по сей день остаётся квартира в Лондоне на Бейкер-стрит, 221B.

Ну и действительно, сейчас читатели в основном знают Артура Конан Дойля автором именно детективов о Шерлоке Холмсе, а не исторических романов. Вот он - настоящий конфликт автора и его произведения. Из-за того, что детективы были не совсем тем, чего он хотел, он стал тяготится собственным персонажем, тот ему надоел. По этой причине автор неудачно пытался "убить" Шерлока Холмса в рассказе "Последнее дело Холмса". Но к счастью для нас, многочисленных читателей, (не знаю, как там воспринимал это все сам автор, явно не особо позитивно) Арутр Конан Дойль продолжал создавать рассказ за рассказом (причем повесть "Собака Баскервилей" просто супер), скорее всего, под давлением многочисленных читателей и издателей.

Еще один интересующий меня вопрос, это профессор Мориарти. Он впервые появился (или нет? я, кажется, пока что ничего не пропустила) в том же рассказе "Последнее дело Холмса". Гениальный ум, подходящий соперник Шерлоку. Но, к сожалению, о нем так мало написано. Для меня пока что остается загадкой - погиб ли он на водопаде и появится ли этот хитроумный "паук" еще в каком-либо рассказе. Могу утешатся только тем, что в сериале от ВВС Мориарти действительно многовато:Р

Говорят, Джоан Роулинг интересовалась у своего редактора, как пишется "Рейхенбахский водопад"... (из интернета)

Второй сборник рассказов о Холмсе и Ватсоне, опубликованный впервые где-то в 1893 году. Одиннадцать рассказов, в оригинале The Memoirs of Sherlock Holmes, но у нас как-то прижилось название "Записки". Рассказы, как и в первом сборнике, неоднозначные и неоднородные; для Шерлокианы наибольшее значение имеют Случай с переводчиком, в котором впервые появляется Майкрофт Холмс (и упоминается клуб "Диоген"), и Последнее дело Холмса с Рейхенбахским водопадом, где возникает, как чертик из табакерки, профессор Мориарти (к слову, мне очень нравится эта серия в нашем сериале и "наш" Мориарти мне нравится больше остальных, хотя... Горбунов в "Бейкер-стрит, 221б" тоже очень неплох). Мориарти на данный момент является одним из главных персонажей пастишей, хотя (или именно потому что) Конан Дойл ничего толком о нем и не рассказал. Мориарти у Дойла - это рука судьбы, с помощью которой писатель надеялся избавиться от героя.
Мой любимый рассказ в этом сборнике - Обряд дома Месгрейвов, где нет расследования убийства, зато есть древняя тайна и поиски сокровища. Боюсь, у нас с Конан Дойлом одинаковый грешок - древние тайны нам милее психологии преступника. Интересны Желтое лицо, где Холмс капитально садится в лужу, и Горбун, в котором обыгрывается библейская история о Давиде и Вирсавии. Кстати, в этом рассказе Холмс произносит "Элементарно, Ватсон", за границей эта его фраза считается чуть ли не коронной. Приключения клерка напоминают Союз рыжих, правда, здесь клиент сам догадывается о подвохе, а Глория Скотт - Тайну Боскомбской долины, разве что без романтической линии. В общем, с одной стороны, чувствуется, что Конан Дойл устал от детективов, с другой стороны - руку он набил основательно, и нельзя сказать, что этот сборник по качеству хуже первого. К счастью, Рейхенбахский водопад не стал конечной точкой приключений Холмса и Ватсона, а только знаковой вехой.

После прочтения в детстве просто бредил этой книгой, долго не хотел отдавать ее хозяину, моему приятелю, у которого брал почитать и даже чуть не подрались из-за этого. Долгое время я находился под впечатлением этой книги. Еще с одним приятелем, используя сюжет рассказа о пляшущих человечках, изобрели свой код для переписки, и занимались этим на уроках.
Но в то время мы были неискушенными, наивными пацанами. Не было такого обилия книг детективного жанра, не было телевидения, интернета. Поэтому произведения Конан Дойля и производили на нас такое впечатление. Сейчас меня даже удивило, что эта книга по популярности ст оит на первом месте. Судя по своим внукам я никак не ожидал этого, они в большей степени были увлечены Фэнтази, и прочитали кое-что из Конан Дойля только под моим давлением. Скорее всего сейчас популярность этой книге придают ее художественные достоинства, простота и незатейливость повествования, удачные характеры героев.

"...Как-то вечером я недосчитался одной пчелы и тут же увидел, что на нее напали два медведя и уже готовы были растерзать бедняжку, чтобы воспользоваться собранным ею медом. Не имея при себе иного оружия, кроме серебряного топорика, служившего отличительным признаком султанских садовников и земледельцев, я запустил им в разбойников с единственной целью прогнать их. Пчела действительно вырвалась на волю, но зато, на мою беду, от слишком сильного размаха топорик взлетел ужасно высоко и вместо того, чтобы упасть обратно на землю, летел все выше и выше, пока наконец не свалился на Луну. Как же снять его оттуда? Где в целом мире добыть достаточно длинную лестницу, чтобы слазить за ним?
Вдруг мне вспомнилось, что турецкие бобы растут чрезвычайно быстро и достигают поразительной высоты. Не мешкая ни минуты, я поспешил посадить в землю такой боб, который в самом деле скорехонько вытянулся кверху и сам по себе заплелся вокруг нижнего рога Луны. Тогда я преспокойно полез по его стеблю и благополучно достиг ночного светила. Непросто было мне отыскать серебряный топорик в таком месте, где все предметы также блестят и отливают серебром! Наконец я нашел свою пропажу на куче мякины и соломы..." (а пчела, видимо, несла мёд в больших никелированных вёдрах, походу))...
Привел я этот большой отрывок целиком именно потому, что он наиболее характерно отражает весь тот безумный трэш, который имеется в этой книге, единственное -в отрывке этом нет того, очевидно, кажущегося рассказчику весёлым, множественного, жуткого физиологизма, рассыпанного по всему тексту, как например, сцены со скачущим (погоняемым кнутом) волком, оказавшемся в шкуре (и хомуте, соответственно) съедаемой им на ходу лошади, или пришпиленной к дубу чернобурой лисицы, распоров которую он кнутом заставил выпрыгнуть её из своей шкуры и т.д. и тп.
Не, ну с другой стороны, я вполне (почти) понимаю, что для кого-то всё это кажется весьма забавным и даже умилительным... Мне же просто, сказать по правде, стало жалко тратить время на все эти перверсии, но опять-таки: тем, кому нравится: вперед и с песней!)

"...Как-то вечером я недосчитался одной пчелы и тут же увидел, что на нее напали два медведя и уже готовы были растерзать бедняжку, чтобы воспользоваться собранным ею медом. Не имея при себе иного оружия, кроме серебряного топорика, служившего отличительным признаком султанских садовников и земледельцев, я запустил им в разбойников с единственной целью прогнать их. Пчела действительно вырвалась на волю, но зато, на мою беду, от слишком сильного размаха топорик взлетел ужасно высоко и вместо того, чтобы упасть обратно на землю, летел все выше и выше, пока наконец не свалился на Луну. Как же снять его оттуда? Где в целом мире добыть достаточно длинную лестницу, чтобы слазить за ним?
Вдруг мне вспомнилось, что турецкие бобы растут чрезвычайно быстро и достигают поразительной высоты. Не мешкая ни минуты, я поспешил посадить в землю такой боб, который в самом деле скорехонько вытянулся кверху и сам по себе заплелся вокруг нижнего рога Луны. Тогда я преспокойно полез по его стеблю и благополучно достиг ночного светила. Непросто было мне отыскать серебряный топорик в таком месте, где все предметы также блестят и отливают серебром! Наконец я нашел свою пропажу на куче мякины и соломы..." (а пчела, видимо, несла мёд в больших никелированных вёдрах, походу))...
Привел я этот большой отрывок целиком именно потому, что он наиболее характерно отражает весь тот безумный трэш, который имеется в этой книге, единственное -в отрывке этом нет того, очевидно, кажущегося рассказчику весёлым, множественного, жуткого физиологизма, рассыпанного по всему тексту, как например, сцены со скачущим (погоняемым кнутом) волком, оказавшемся в шкуре (и хомуте, соответственно) съедаемой им на ходу лошади, или пришпиленной к дубу чернобурой лисицы, распоров которую он кнутом заставил выпрыгнуть её из своей шкуры и т.д. и тп.
Не, ну с другой стороны, я вполне (почти) понимаю, что для кого-то всё это кажется весьма забавным и даже умилительным... Мне же просто, сказать по правде, стало жалко тратить время на все эти перверсии, но опять-таки: тем, кому нравится: вперед и с песней!)