Глава 25

– Рей!

При виде меня голос Эльмы сорвался на крик.

– О Древние… Рей, ты жива!

Держась за раненый бок, она сползла с кровати. Ноги совсем ее не держали. Перебинтованная нога подкашивалась и дрожала, а лицо Эльмы исказила гримаса боли, стоило ей пошевелиться.

– Рей… – прохныкала сестра, хватаясь за хлипкую прикроватную тумбу, чтобы не упасть.

Та чуть не перевернулась – заскрипела и опасно накренилась, роняя все, что на ней стояло: кружку, кувшин и чашу с отваром. Они разбились о серый дощатый пол, разлетаясь крупными глиняными осколками и обливая одежду Эльмы.

Я застыла в нерешительности. Мне безумно хотелось подбежать к сестре. Обнять ее, сказать, что все в порядке, но я сама была на грани того, чтобы свалиться на пол.

Отчаянно цепляясь за металлическую ручку двери, я осталась стоять, собирая силы, чтобы наконец приблизиться к той, кто была всей моей семьей.

– Эльма, – хрипло выдохнула я. – Я… Я сейчас. Сейчас…

– Рей… – наблюдая за моими неуклюжими движениями, сестра улыбнулась сквозь слезы. – Я бы и сама подошла, но эта тумбочка такая притягательная.

Ее голос сорвался.

– Не оторваться! – зажмурилась она, а я натянуто хохотнула.

Сейчас, когда я добралась до Эльмы и увидела ее лицо, увидела блестящие от слез глаза цвета изумруда и белые, точно окрашенные луной, волосы – словно бы увидела вместе с ней Эрму. А стоило опустить веки, чтобы избавиться от наваждения, тут же появилась Вайя.

«Потом, – обратилась я к своим призракам. – Подумаю о вас потом, сейчас я нужна Эльме».

Я шумно втянула воздух и так же громко выдохнула, избавляясь от груза на душе. Очистила разум и сконцентрировалась на своих ногах.

Первый шаг.

Второй…

Третий!

Позабыв о боли и слабости, я осторожно двинулась в другой конец комнаты вдоль стены хижины. Расстояние от двери до кровати, которое можно было преодолеть за четыре шага, превратилось в самое настоящее испытание. Но я таки дошаркала до сестры. И даже нашла в себе силы помочь ей вернуться в постель, а то Эльма никак не могла отцепиться от бедной тумбочки.

Змей обманул, когда сказал, что Эльме лучше, чем мне. Ни хрена ей не было лучше. Я хотя бы могла стоять, а она могла разве что лежать, на большее была неспособна. Ее раны даже до сих пор кровоточили. Стоило сестре напрячься, как сквозь серую льняную рубаху мгновенно проступило алое пятно.

– Тебе больно, – заметила я и, укрыв сестру одеялом, присела на край кровати. – Может, позвать Зориса? Он принесет еще отвара.

– Ага, и он выгонит тебя, – фыркнула сестра и попыталась локтями поправить подушки, чтобы взобраться на них и лучше меня видеть. – Зуб даю, он еще не разрешал тебе ходить.

Я виновато улыбнулась и помогла ей удобнее улечься.

– Спасибо, – облегченно выдохнула Эльма и дрожащим голосом призналась: – Рей, мне было страшно. Так страшно! Рей… Как никогда еще в жизни.

– Да, – хрипло откликнулась я. – Мне тоже, но все уже…

– Я не о битве, – перебила она и скользнула по мне изумрудным взглядом, чуть дольше задержавшись на раненой щеке. – О тебе. Я за тебя боялась.

Сердце екнуло.

– Эльма…

Я опустила голову, позволяя спутанным волосам спрятать мое лицо. Губы предательски задрожали, а сердце в груди перевернулось. Я тоже… Тоже все это время переживала за Эльму. А ночью, когда подумала, что ее убили, была готова уничтожить хоть две армии разрушителей. Потом их оживить и снова уничтожить.

– Я думала, что больше не увижу тебя, – тем временем продолжала сестра. – Зорис вел себя странно. Говорил, что ты в порядке, но стоило ему на меня посмотреть, как он морщил лоб, а в глазах у него появлялось сожаление. Рей, честно… Мне на мгновение показалось, что меня обманывают и тебя больше нет!

Она поймала мою ладонь и сжала ее.

– Как Вайи. И как… Как Эрмы!

При упоминании близнеца голос Эльмы надломился, а я с трудом заставила себя на нее посмотреть. Сестра кусала губы, отчаянно сдерживая слезы, которые редкими каплями уже текли по ее щекам.

– Я знала… Знала, демон побери, что когда-нибудь с нами такое произойдет! – сдавленно произнесла Эльма. – Всю нашу жизнь нас к этому готовили, но Рей! Я не могу с этим смириться! Мне плохо, мне больно, и я скучаю!

В конце ее голос почти сорвался на крик, но она смогла его понизить и, заикаясь, продолжить:

– И…и… И если бы…т-ты тоже…погибла. Я бы…я…

– Тише-тише, – наконец смогла выдавить я из себя хоть что-то. – Эльм, теперь все хорошо.

– Нет, Рей, – прохныкала она. – Ничего хорошего. Мы ловцы, и Вэлу придется нас…нас… Поступить по закону. Не понимаю! Зачем он вообще нас спас? Только все усложнил. Но даже так, лучше уж погибнуть от его руки, чем от разрушителей или того хуже – асигнаторов, – отвернулась она к стене, а ее слезы громко закапали на подушку.

Я виновато потупилась. В отличие от Эрмы, Эльма не знала о предложении Змея присоединиться к асигнаторам. Как не знала и о том, что я согласилась. А еще она не знала о словах Змея, что благодаря уникальному дару ее пощадят. Сестра до сих пор верила, будто мы продолжали находиться под гильотиной беспощадного правосудия, как дезертиры и предатели.

– Нет, Эльм, – обреченно выдохнула я. – Все на самом деле закончилось.

И, вспомнив об армии разрушителей за стеной, поправилась:

– Почти все.

Мне было страшно признаваться человеку, который терпеть не мог асигнаторов, в том, что теперь я сама в их рядах.

«Кусок льда у них, а не сердце, – так отзывалась о них Эльма. – А вместо души – металлическая стружка от сточенных мечей. Ведь только таким людям по силам выполнять то, что им поручают».

Поэтому я решила начать издалека.

– Нам еще предстоит повоевать, но асигнаторы сказали, что твой дар ценен и тебя оставят в живых. Вэл, наверное, еще не успел тебе об этом рассказать.

– К-как оставят в живых? – опешила Эльма.

– Так и оставят, – пожала я плечами. – Ты им нужна.

– Истин меня побери! – выругалась сестра. – Наверняка он хотел об этом рассказать! А я…

Она вымученно поморщилась и простонала.

– Выгнала его и сказала больше не появляться.

Я покачала головой:

– Чтобы потом было проще тебя добить?

– Д-да… – всхлипнула она и опять закусила губу.

Я тихо и печально рассмеялась:

– Ты поразительная. Где-то сдержанная и гениальная, а где-то до безобразия нелогичная и импульсивная!

– Достаточно, что Эрма серьезная и ответственная, – попыталась оправдаться Эльма и смутилась, когда поняла, что заговорила о сестре как о живой. – Была… И будь я такой же, нас двоих мир бы не выдержал.

Ее голос опустился до шепота, а я с грустью улыбнулась:

– Это точно. Иногда мне казалось, будто Эрма, а не Вайя, была самой старшей из нас.

– Мне тоже.

Мы замолчали и, наверное, обе с теплотой в душе вспомнили наших сестер. Насколько все мы были разными и как друг друга дополняли. Словно корни, ствол, ветви и листья одного дерева. Корни – Вайя, ствол – Эрма, а ветви и листья – Эльма и я. Но теперь, когда исчезли корни и ствол, мы с сестрой словно остались сохнуть и увядать на холодной земле.

– Погоди, Рей, – опомнившись, напряглась сестра. – Ты сказала, что мой дар полезный и меня оставят в живых. Но как же ты? Что будет с тобой?

Я ласково погладила ее похолодевшие пальцы, когда она с силой вцепилась в мою ладонь.

– Со мной тоже все будет хорошо. Змей… – начала я и выдохнула.

Как же тяжело признаться, что совсем скоро я тоже исчезну из жизни Эльмы.

– Змей? – повторила она, а я еще раз вздохнула и произнесла:

– Да, Змей. Он асигнатор и предложил мне стать его ученицей.

– Ученицей? – сжала в ответ мою ладонь Эльма. – И ты… Ты согласилась? Немедленно скажи, что ты согласилась!

– Да, – удивилась я ее реакции и не стала медлить с ответом. – Я согласилась.

Сестра мгновенно обмякла и, прикрыв глаза, облегченно произнесла:

– Слава Древним! Эрма, Вайя… С Рей все будет в порядке.

– Эрма знала о предложении Змея присоединиться к асигнаторам, – решила поделиться я. – Она сильно ругалась, когда узнала, что я отказывалась.

– И как ты тогда согласилась? – поинтересовалась Эльма.

Я криво улыбнулась:

– Скажем так: Змей был достаточно убедительным. Эльма…

Я придвинулась ближе, а она открыла глаза.

– Совсем скоро я уйду, – помрачнела я. – Может, через день или два.

– И нам придется попрощаться, – поняла все сестра.

«К сожалению, да», – пронеслось в моей голове, но произнести вслух я не решилась.

Согласиться – значило признать то, что мы больше никогда не увидимся. А я не была к этому готова и хотела сохранить призрачную надежду, что когда-нибудь нам еще повезет встретиться.

– Может, асигнаторы не так уж плохи, – понимающе улыбнулась Эльма. – Например, этот Змей.

– Змей хороший? – воскликнула я. – Да он!..

И прикусила язык, осознав, что опять выпустила эмоции из-под контроля.

– Он? – приподняла светлую бровь сестра.

– Гад он! Причем редкостный. Слишком заносчивый, не в меру наглый, покомандовать любит и…

Я опять резко замолчала, а сестра вдруг рассмеялась:

– Надо же! Ушам не верю. Наша малышка Рей впервые на кого-то жалуется! Слышала бы это…

Она осеклась. Наверное, хотела упомянуть Вайю, но передумала и продолжила:

– Раньше ты не обращала внимания ни на кого из стражей, даже после самой дерзкой выходки! Могла, конечно, стукнуть пару раз, но многословности я не замечала. А тут! На моей памяти это первый мужчина, который… кхм… получил от тебя столь подробную характеристику.

– Я просто не могу смириться с мыслью, что мне в наставники достался самый несносный из всех асигнаторов, – сдалась я.

– А много ли ты повидала асигнаторов?

– Двоих точно! – с гордым видом показала я два пальца, чем вновь вызвала заливистый хохот Эльмы.

– Ну ты даешь! – утерла она рукавом слезы. – Всего лишь двоих, а выводы у тебя, будто ты знакома со всеми представителями ранга.

– Смейся-смейся, – обиженно надулась я. – Когда с ним познакомишься, еще припомнишь мои слова.

– Не злись, Рей, – выдохнула сестра. – Я не пытаюсь оправдать Змея в твоих глазах. Просто прошу быть терпимее.

– Я не злюсь, а волнуюсь. Мы с ним совершенно разные и постоянно ругаемся.

– Все люди разные, но земля под ногами у всех одна. Вот и к твоему наставнику наверняка найдется путь, – заметила Эльма. – И запомни, Рей, какими бы разными вы ни были, главное – терпение.

Я обреченно застонала и опустилась на кровать, прижавшись щекой к накрытому одеялом бедру сестры. Эльма принялась гладить меня по волосам, а я блаженно прикрыла глаза, наслаждаясь ее лаской. Возможно, последней в моей жизни.

– Не бойся, – будто прочла мои мысли сестра. – Ты не останешься одна. Кто-то обязательно будет рядом.

Я кивнула, хоть и не была с ней согласна. Мои чувства к Вайе, Эльме и Эрме были особенными и всепоглощающими, поэтому вряд ли в моем сердце найдется место для других людей.

– Прости меня, Эльм, – тихо произнесла я, чувствуя жжение подступающих слез.

Сестра не стала спрашивать, за что я попросила прощение. Да я и сама не совсем понимала. То ли за то, что не смогла спасти Эрму. То ли за то, что вынуждена бежать из поселения и оставить Эльму одну. Ее рука на мгновение замерла, перестав поглаживать мои волосы, но потом продолжила.

– И ты меня, – так же тихо произнесла сестра.

И пусть я не понимала, за что просила прощение Эльма, эти простые слова вдруг показались мне правильными и вместе с тем необходимыми. Наверное, именно так и прощаются душами.

Не желая показывать своих слез, я зарылась лицом в складки одеяла и впервые за долгое время позволила себе побыть слабой – ребенком, которого заставили резко повзрослеть и шагнуть в новую, беспощадную жизнь.

– Надо бы извиниться перед Вэлом, – заметила Эльма после недолгого молчания. – За то, что не дослушала его и выставила вон.

– Обязательно, – промямлила я и пошевелилась, удобнее устраиваясь у нее в ногах.

Тело затекло от неудобной позы, но уходить к себе в хижину на свободную постель совсем не хотелось. Здесь было так уютно и хорошо. А еще пахло сестрой, навевая воспоминания о доме.

«Еще немного побуду и пойду», – подумала я, слушая тихий рассказ сестры, как все это время Вэл ее поддерживал и помогал. Однако мягкий и родной голос настолько меня успокоил, что вскоре я перестала даже пытаться ей что-то отвечать, а потом и вовсе провалилась в сон.

Самозабвенная темнота и желанный покой окутали меня со всех сторон. И я с удовольствием в нем плавала, пока вдруг не ощутила, как ускользает тепло сестры и как кто-то поднял меня на руки.

– …позже обсудим план, – уловил обрывок фразы мой сонный разум.

– Хорошо, – ответила Эльма. – Только это будет непросто.

– Да, – согласился с ней… Змей? – Но мы должны попытаться.

Он удобнее меня перехватил, делая это удивительно осторожно, будто боялся потревожить. А я решила не расстраивать своего наставника, поэтому глаза не открыла. Ладно-ладно, чего уж лукавить… Я попросту побоялась его гнева. Змей все-таки не разрешал мне покидать хижины, поэтому имел право злиться. А тут притворюсь спящей – он повременит меня ругать, а на утро и вовсе перегорит и успокоится.

Древние… Это так по-детски, но вдруг сработает?

– Еще увидимся, – бросил он Эльме, и я почувствовала, как прохладный ночной ветер коснулся моих щек.

– Обещайте! – вдруг окликнула его сестра. – Пожалуйста, обещайте, что позаботитесь о ней.