Цитаты из книг автора «Ромена Августова»

Ребенок с синдромом Дауна такой способностью не обладает. Он не в состоянии самостоятельно выстроить какую-то систему в звучащей вокруг него речи. Ребенка с синдромом Дауна мы обучаем говорить приблизительно так, как учат иностранному языку взрослого человека. Мы начинаем с малого, переходя ко все более сложному, и переход этот должен быть очень последовательным и постепенным.

Дети с синдромом Дауна не выделяют структурных ячеек речи. Она звучит для них как сплошной речевой поток, в который ребенок не вслушивается и смысл которого он не в состоянии осознанно воспринять. Если, проходя с ребенком по улице, мать говорит: «Вот машина едет», то для малыша с синдромом Дауна это звучит как «вотмашинаедет». Он и в отдельно-то взятом слове не слышит толком составляющих его звуков и слогов, где же ему разобраться в структуре длинной фразы?! Что-то он, конечно, понимает, но что именно?

Поскольку овладение даже элементарными навыками разговорной речи задерживается, то надолго отодвигается следующий очень важный этап – развитие логического мышления, способности к обобщениям, более глубокому пониманию действительности

Научиться говорить можно только разговаривая.

Каким бы прекрасным ни был инструмент – будь это даже бесценный Страдивари, – для того чтобы скрипка зазвучала, ребенок должен учиться на ней играть. И поначалу это будут неуверенные, хриплые, дрожащие, режущие слух звуки. Сколько бы ни натирал ученик свой смычок канифолью, это мало что меняет. Заниматься нужно!

том, что должны быть отлажены не отдельные элементы, а их взаимодействие в этой системе.

Развитие и организация мельчайших групп мускулов его пальцев, кисти, предплечья и плеча происходит только таким образом – в непосредственном сращивании с инструментом. «C’est en forgeant qu’on devient forgeron» – «только если куешь, становишься кузнецом». Тот, кто хочет научиться шить, запасается иголкой, ниткой и куском полотна – и принимается за работу, желающий играть на скрипке в одной руке держит смычок, в другой скрипку – и тоже приступает к делу.

он ощущение клавиатуры, а соответственно, и ощущение звука.

Но ведь пианист развивает свой аппарат – пальцы – не барабаня ими по стене или доске, а в процессе игры на фортепиано. Он не наращивает себе мускулы молотобойца. Только в соприкосновении с клавишами фортепиано вырабатывает

ка с синдромом Дауна к поставленным перед ним чересчур сложным задачам рассчитывать не приходится, так же как мы не можем рассчитывать на его готовность совершать активные волевые усилия.