Цитаты из книг автора «Роман Злотников»

Ну, всякие там «Теории разбитых окон», стэнфордский тюремный эксперимент, «Вселенная-25» .

Делай что должно – и пусть случится чему суждено.

в этот момент очень чётко и пронзительно дошло, что именно имел в виду немецкий поэт, прозаик и драматург Ганс Йост, когда сказал: «Когда я слышу слово «культура» – я хватаюсь за пистолет!» Он просто очень долго жил и работал в среде вот таких людей со «светлыми лицами»… А ещё нечто подобное Алекс слышал от одного мудрого человека в отношении слова «свобода». Тот сказал: «Когда я слышу слово «свобода», то в первую очередь хватаюсь за карман! Потому что это означает, что меня точно собираются ограбить!»

Это же так просто – объяви режим преступным, и всё! О какой измене и предательстве тогда можно говорить? Наоборот, любая измена или предательство «преступного режима» – это подвиг, которому просто обязаны рукоплескать все честные и порядочные люди. Вне зависимости от последующих результатов… Причём никаких «Dura lex sed lex» в принципе не нужно. Главное – внутреннее ощущение. Вот ощутил я внутри себя, что режим преступный, – и бац, теперь могу лгать, красть, предавать и изворачиваться как угодно! Бли-и-ин… а выжила бы вообще страна в том сорок первом, если бы существенная часть «совести нации» и всяких там «людей со светлыми лицами» в тот момент, когда Ленинград оказался в блокаде, а немецкие мотоциклисты шныряли по окраинам Химок, начали вопить насчёт того, что эти большевики просрали всё, что только могли, и что военные СССР показали себя куда бездарнее царских генералов. Те-то ведь, несмотря на всю свою «бездарность», не допустили врага ажно до окраин обеих столиц… А ведь начали бы! Никак не удержались. Это ведь какое-нибудь «тупое совковое быдло»

в его изначальной реальности все члены Совета главных конструкторов, которые и создали советский космос, отсидели. Все! Даже глава Совета – Королёв. И, похоже, во многом потому-то для них и не было слова «невозможно». Всех обогнали. Американцев, с их экономикой, составлявшей на тот момент более половины всего ВВП планеты, немцев, которые начали заниматься этим ещё с довоенных времён и к сорок пятому обогнали всех остальных едва ли не на поколение, всех! И первую в мире атомную электростанцию тоже сделали. И первый атомный ледокол. А вот когда к «рулю» стали уже «непоротые», так всё и покатилось по наклонной…

Да уж, будущее оказалось… странным. И счастья там точно было ничуть не больше, чем в настоящем. Да как бы даже и не меньше. Потому что счастье – это эмоция, чувство, ощущение, а они иррациональны по своей сути. Эмоции же там, в будущем, у большинства людей отчего-то были в основном негативные. И этого он первое время просто не мог понять. Потому что будущее было невероятно, немыслимо, ошеломляюще богато и обустроено. И это богатство чувствовалось буквально во всём. А как иначе, скажите мне, оценивать те же никелированные краны в туалетах? Или хромированные ручки дверей и бамперы большегрузных автомобилей? Ведь Иосиф Виссарионович ясно помнил времена, когда тот же Серго распределял эти металлы среди предприятий советской промышленности едва ли не по килограммам. В лучшем случае по тоннам. Как важнейшее стратегическое сырье! Или личный достаток? Он вырос среди людей, дети которых носили по наследству от старшего к младшим единственную рубашку, годами чиня её и наставляя заплатки, так что уже третий-четвёртый ребёнок вполне мог щеголять рукавами, сделанными из ткани, ни по цвету, ни по фактуре, а то и по материалу не совпадающей с той, из которой была сшита рубашка. Они месяцами питались пустой бобовой похлёбкой, потому что денег на то, чтобы купить мяса или фруктов, даже в сезон, когда они стоили копейки, просто не было… Он ведь почему так любил шашлык? Потому что в детстве шашлык был для него несбыточной мечтой, чем-то волшебным, небесной амброзией, ибо семья сапожника-алкоголика и работницы-подёнщицы могла позволить себе мясо дай бог несколько раз в год. Небольшой кусочек. Дешёвый. С костями и жилами. Из которого точно не получится нормального шашлыка. Так что он всё равно шёл в похлебку. И тогда они ели мясную похлебку. Вы только вслушайтесь в это волшебное словосочетание – мясная похлёбка! Это же волшебная еда!!! Так что ребёнком он жутко завидовал тем людям, проходя мимо двора которых он чувствовал незабываемый, волшебный, пьянящий запах запечённого на углях мяса. Это люди могли есть ! А мусор? Тысячелетиями человечество пользовалось всем, что оно способно было произвести, до упора, до крайнего предела, до кусочков и черепков! Ту же одежду вынашивали до того момента, когда

Ибо все поднятые в этих модных фильмах/книгах/статьях проблемы, причём эдак очень патетически поднятые, с надрывом и истерикой, казались ему полной чушью, которая стала проблемой только потому, что главным героям этих произведений никто не объяснил, что такое быть взрослым. И что взрослость наступает не с того момента, как «писька выросла» и до её обладателей дошло, что её теперь можно использовать не только на пописать, но и как-то ещё, а с того, когда ты научился честно решать проблемы. Свои и тех, кто тебе близок. Разные проблемы – финансовые, жилищные, в общении, в реализации. Одинок? Подружись. Заведи семью. Нарожай детей. Никому не нужен и не интересен? Так найди какое-нибудь дело, в котором ты станешь мастером. Мастерство всегда интересно и престижно! То есть способов решения проблем и выхода из вроде как замкнутого круга – до фига и больше! Недаром говорят, что даже если тебя сожрали – у тебя всё равно есть как минимум два выхода… Не можешь? Значит, ты говно, застывшее в развитии на уровне подростка пубертатного периода, а не страдающий и непонятый гений или, ещё хлеще, – «целый мир». Потому что не научился делать то, что делает человека взрослым. И вообще, все проблемы «маленьких» людей состоят в том, что они «маленькие». Именно поэтому они и мечутся в каком-нибудь замкнутом круге. Стань «большим» – и ты этот круг просто перешагнёшь! Раз – и всё!.. Да, это сложно, тяжело и больно. Расти над собой-то. Но иного способа нет… Вот только всем этим «современным гениям» отчего-то было неинтересно писать/снимать не только о реальных героях (по-гречески – ήρωας), то есть если восходить к изначальному значению этого греческого слова – людях, ставших полубогами, поскольку они сумели подняться

Хотя в общем и целом Сталин совершенно не напоминал тот образ, который сложился у парня, когда он читал о нём там, в своей ныне уже несуществующей изначальной реальности. Ну не было в нём никакой кровожадности, вроде как присущей «исконному бандиту и налётчику и психически больному параноику», который испытывал непередаваемое удовольствие от мучений людей. Жёсткость – да, была. Причём временами переходящая в жестокость. И человеком, строго соблюдающим христианские заповеди, лидера Советской страны тоже назвать язык не повернулся бы. Но где их таких найти-то? Эвон, того же Островского почитайте: какие типажи описывает в своих пьесах – уникумы! Пост соблюдают, деньги нищим сотнями раздают, а чуть копни – уроды ещё те… Да что там Островский – Драйзер, Диккенс, Джек Лондон, Хемингуэй. Какого классика ни возьми – такие гады во власти описаны, что мама не горюй! Ан нет, нам, блин, все эти писатели не указ, наши правители точно всех уродистее и страшнее. Потому что и страна у нас говно, и люди ещё хуже. Да сами посмотрите – они даже сегодня, когда им «люди со светлыми лицами» всё по десять раз разжевали и в рот положили, всё равно, уроды такие, за Путина голосуют…

Нет, он теперь был полностью согласен, что долг должен присутствовать в жизни каждого человека… Потому что «я просто живу» это же не для человека! Лопух вон или там таракан тоже вполне себе «просто живут». И что? Они – тоже «людь»? Но отвергнуть ради этого любовь, детей, своё право на счастье и жизнь – это всё-таки перебор. Не война же…

В жизни-то, чтобы стать кем-то могущественным или хотя бы значимым, нужны не столько знания или даже мозги (хотя они отнюдь не помешают), сколько, в первую очередь, особенный склад характера – воля, упорство, умение рисковать и не сдаваться при неудачах, харизма и так далее.