Лазурные глаза плывут в толпу…

Лазурные глаза плывут в толпу,
Ищут тебя и медленно тускнеют,
И лишь басы разгонят тишину,
Что крепко так внутри твердеет.

Всё больше отдаю себя толпе.
Софиты блещут и глаза сверкают,
Но не искра подарит этот блеск,
А слёзы, что внутри метают.

Срываю голос, но пою для всех.
Кругом любовь, овации и счастье.
Простите мне такой ужасный блеф,
Но одиночество внутри сильней оваций.

Вина и мяса слышен запах сытый…

Вина и мяса слышен запах сытый,
А на дороге – кости мертвецов…
И, кажется, что действия напрасны,
Ведь знаем дружно, что умрём.

Вишнёвый сок течёт по венам,
Пока бежишь от злобной плоти,
Укрытие, что защищали пеной,
Давно не кажется спокойным.

Не знаем, кто же рядом бродит
И ищем виноватого в врагах,
Но не успеем выпить чай фруктовый,
Ведь самый ближний облачит нас в прах.

Мысль уходит, я её ловлю…

Мысль уходит, я её ловлю,
Сердце пропускает по удару.
Так давно держусь я за перо,
Так давно себя не ощущаю.

Липну мокрым телом к пелине,
Под ногами рыхлая подушка,
Я стараюсь и барахтаюсь на дне,
Лишь бы снова не попасть в ловушку.

Неприметная примета

Чёрный кот не спешит домой
И число не нарушит погоду.
Завывает морской прибой,
Помогает собраться в дорогу.

И уже я просыпала соль,
И надела навыворот майку,
И сожрала не глупая моль,
Мою новогоднюю парку.

Не зациклю на этом свой день!
Своё яркое настроение,
А под пальмою падает тень.
Вот такое сегодня везение.

Пред глазами мелькают картины…

Пред глазами мелькают картины,
Сквозь столетья в музеях порхать.
Собираю последние силы:
Я привык сам себя оживлять.

Но всплакну, поддаваясь чувствам,
Подперев тонкий образ рукою:
Ближе всего был к искусству,
Лишь когда целовался с тобою.

Едешь пыльною дорогой…

Едешь пыльною дорогой,
Ветер волосы колышет,
Платье вьётся у порога,
Степь пуста, совсем не дышит.

Кемпинг, гости и народы.
Путешествия – мечта!
Едешь в доме на колёсах,
Не мешает суета.

Вечер – песни на гитаре,
Утро – чай из свежих трав.
День проходит, как в пожаре!
Сказку быстро осознав.

Глеб Габбазов

Об авторе

Глеб Габбазов (род. 26.09.2007) – писатель, поэт, музыкант, общественный деятель.

На данный момент проживает в городе Краснотурьинске. В прозе работает в «тёмных жанрах», такие как хоррор, мистика, нуар. Иногда экспериментирует и с другими жанрами (детектив, фэнтези, социальная проза). В поэзии работает, в основном, в японских жанрах (хайку, танка), а также может написать стихотворение практически любого жанра, как того потребуют душа и сердце. Автор четырёх официально изданных книг: сборника рассказов «Глубокой ночью» (2023), сборника стихотворений «Фантазм» (2024), сборника работ в японских жанрах «Белые блики луны» (2024) и сборника рассказов «В старом доме» (2024). Стихотворения и хайку публиковались в сборниках от издательств «Рифмоград» и «Рипли-Букс», рассказы в журналах «Футарк» и «Уральский следопыт». Один из основателей и член общества писателей и поэтов Северного Урала «Перо Урала», член поэтического клуба «Харизма» города Краснотурьинска. Активный волонтёр, начинающий журналист и историк, краевед-любитель. Любит играть на гитаре и банджо, слушать рок, а ещё обожает ёжиков. Жизненный девиз писателя: «Время действовать и творить!»

Лунный свет

Ночь легла на землю,
Лунный свет залил крыши домов
Луна, огромный шар белоснежный
Светит деревне легко

И сидит одинокий художник
На крыше одного из домов
Рисует луну наш художник
Очарованный светом её.

День вина и роз

Сегодня розовый рассвет
Сегодня день благополучный
И я влюблён, мой самоцвет
И птичьи песенки созвучней

Сегодня день вина и роз
И полдень для меня счастливый
Не будет этих страшных гроз
Не будет этот день дождливый

Я был и буду человеком
Пережившим бурю гроз
И буду плыть по всем я рекам
Сегодня день вина и роз.

Уральская провинция

На Урале, среди лесов и полей
Есть городок, мой родной
Летом потеплей, зимой похолодней
Я ощущаю там покой.

Там дома серые, но родные
Там река Турья течёт,
Там застряли нулевые
Тебя душа назад там отнесёт.

Уральская провинция, она такая
Красивая, родная, в духе девяностых
Любой, там проживая
Вернётся в места дней своих свободных.

Утренняя баллада

Ночь прошла, настал рассвет
И живое всё проснулось
Лес лучами весь согрет
И берёзка покачнулась.

В чаще родничок шуршит
И проснулись пастухи
Сколько тайн наш лес хранит
И запели петухи.

Речка под мостом шумит
Рыбаки уж тут как тут
Солнце ясное горит
Это утренний уют.

Октябрьские думы

Октябрь холодом окутал,
Деревья лысеют давно
Все мысли за раз запутал
Но мне уже всё равно.

Выхожу на балкон я ночной
Сигарета потухла давно
Серый двор стал внезапно чужой,
Что-то грустное в нём рождено.

Почему же рушится всё, что считали мечтой?
Смысла теперь уже лишено,
А разум порос жёлтой травой
И даже в квартире стало темно.

Седые панельки стоят полосой
Взгляни в любое окно
Тусклый свет, тишина и покой,
Ведь всё уже решено.

К чему пришли мы с тобой,
Ведь всё искажено!
Что мы сделали с нашей мечтой?
Так ведь быть не должно…

Теперь лишь дым от сигар, да где-то бой
Ведь всё утверждено!
Покидаю балкон свой родной
До завтра, панельки, до завтра, окно…

Крыша

Ночь, городские огни
Падает звезда
Глазами своими блесни
Я не отдам тебя никогда

На крыше высоток
Будем за ночью смотреть
Ты милее всех красоток
Дай мне это пропеть

Ночью, на звёздной крыше
Взгляд на тебя устремлю
И скажу тебе так, по тише:
«Я тебя люблю!»

Стоны панелек

Лить дождь за окном перестал
Холод и сырость пробрали
Я так ужасно устал!
Мы не жили, мы умирали.

О нет, я же не маргинал!
И панельки стояли, молчали
Кто-то тихо и мерно дышал,
Голоса всё какие-то звали.

Каждый день у окна тосковал,
Всё глядя в серые дали
Тихо что-то в дневник записал,
Как же меня все достали!

Серость и грязь у неба хлебал
А высотки всё затмевали
Помню тот день, когда я пропал,
А панельки же всё стонали…

Токийские ночи

Старые и новые высотки,
Огни светящихся домов и фонарей
Но в некоторых уголках тьмы нотки
И не видно неоновых огней.

Это огромный город
Здесь рассказ свой ты закончи
В Токио, в переулках оспорят
Это токийские ночи.

Гигантские дороги, дома
Волшебные цвета и телевышки
Стоят заводы дымя
Токийские ночные вспышки.

Млечный путь

Ночь накрыла нашу землю
Красивый Млечный путь открыв
О звёзды, небо, я вам внемлю
И чувствую я свой порыв.

Возьми меня с собой, о Млечный путь!
Вырви из оболочки земной
Хочу я на галактику взглянуть
Я ощущаю в ней покой

О Млечный путь, куда же ты!
С тобой хочу я в бесконечность,
Устал от всякой клеветы,
Нырну в кристальную я вечность.

Волшебная ночь

Волшебная ночь!
Тишина в лесу,
Мысли – прочь,
В позднем часу

Журчит ручеёк,
Светит луна
Летит мотылёк,
Ночь честна

Скоро рассвет,
Солнце восходит
Я согрет,
Ночь уходит…

Туман и роса

Вот новый рассвет,
Дымка тумана слегка
Легла на росу

Иван-чай

Выйду я в поле
Туманной летней ночью
Иван-чай цветёт

Ночь, озеро, грусть

Снова я ночью
Гуляю вдоль озера
Тихий ветерок
Обдувает грустный лик,
Песенки сверчков

Холодное вино

Лето, жара, и веселье!

Пью вино, отмечаю неизвестные праздники!

А вечерами, на закате, выхожу к мостику у озера. И нас четверо… А вино сладкое!

Кончилось лето, нас теперь трое, закаты стали алыми, а на озере перестали петь цикады…

Осень, я пью вино, но оно безвкусно, а нас всего двое!

Зима. Я один. Но почему? Вино ли причина всего? Озеро замёрзло. Холодно… Холодно…

Холод и зима,

Вино вдруг стало горьким;

Я теперь один

Прогулка Павла I

Одним летним вечерочком, прогуливался наследник Павел Петрович со своим другом, князем Куракиным по набережной Невы. Вечер был чудный: красивый, жёлтый закат, тёплый ветерок, практически никого нет, тишина.

Они беседовали с Куракиным обо всём: о политике, о деньгах, об истории, географии, даже о еде. Павел и Куракин шли, цокая своими сапогами, и в один момент Павел увидел странного человека, завёрнутого в чёрный плащ. Он неподвижно стоял и смотрел в их сторону.

– У меня-то, недавно вот что было… – начал Куракин.

Остальное Павел прослушал, его внимание сейчас было на том странном человеке. Вдруг заговорщик? Или вор? Они прошли мимо этого человека, и тот медленно увязался за ними. Павел посмотрел на него. Сердце заколотилось, на спине выступил холодный пот.

– С нами идёт кто-то. – сказал Павел Куракину. В его голосе слышался страх.

Куракин осмотрелся.

– Павел Петрович, вы чего? Никого нет.

Павел отчётливо видел этого человека. И он шёл с ними.

– Ну как это нет?

Вдруг странный человек коснулся плеча Павла. Наследник вздрогнул.

– Павел! Бедный Павел! Я тот, кто принимает в тебе участие… – проговорил человек странным голосом.

После он вышел вперёд.

– Вот! – указал Павел на таинственного незнакомца.

Но Куракин никого не видел.

Такими темпами они дошли до пустой площади, находящейся между зданиями Адмиралтейства и Сената. Странный человек указал на центр площади.

– Прощай, Павел. Вскоре ты снова увидишь меня здесь… – произнёс он и снял капюшон. Павел с ужасом понял, что это Пётр I.