Разрешите вы уйдете?

На утреннюю оперативку в Отделе все гостившие вчера у Алекса явились вовремя и в приличном виде. Молодые здоровые организмы еще позволяли оттянуться вечером без утренних мучений, но сам я чувствовал, что мне все тяжелее даются бессонные ночи. Наверно уже пора переходить на манную кашу, кофе без кофеина и безалкогольное пиво. Тьфу-тьфу. Придет же такая глупость в голову, в шаге от резиновой женщины тормознулся.

Хотя немного остепениться и попробовать иногда включать голову, мне точно не помешает. Слишком у меня насыщенная жизнь в последнее время. Куча разных событий и все паршивые. Такими темпами можно нарваться на неприятности по службе, да и дома надоели постоянные скандалы. Кому понравится, что вторая половина приходит домой в лучшем случае только поспать и то не каждый день?

Сына давно толком не видел. Наверно месяц прошел, как мы с ним уток в парке кормили. Вижу пацана, только спящим, но у него вроде все нормально и в школе, и в секциях. А вот с женой дела обстоят гораздо хуже. Мы уже оба поняли, что нужно разводиться. Так будет лучше для всех, даже для сына. Улыбающийся воскресный папа, наверняка полезнее для детской психики, чем злющая ежедневная мама.

Уверен, что жена, так же как я, в душе уже смирилась с мыслью о предстоящем расставании со мной, но тоже тянула время. Мы оба ждали какого-то дополнительного толчка, чтобы, наконец, сказать вслух, что наш брак прогнил и мы друг другу совсем чужие люди.

Ребята на работе, как бы между дел, иногда говорят, чтобы я получше присмотрелся к жизни супружницы. Наверное, что-то знают о ней такое, о чем должен знать и я, но не хочу вникать. Что я они могут мне сказать? Что у жены кто-то есть? Так, я и так об этом догадываюсь. Ну буду я знать точно, со стопроцентной уверенностью, и что это даст? Что я ей могу предъявить? Что много лет не уделяю ей внимания, а она, молодая, здоровая и, возможно, даже красивая женщина, захотела мужского внимания?

Мне кажется, что жена тоже все знает обо мне. И про Ольгу, и про другие увлечения, которые у меня были раньше. Да и свой очередной роман, она, наверно, не очень-то и скрывает. Скорее всего, если я даже просто спрошу, есть ли кто у нее, то жена откровенно расскажет. Выложит все как есть. Может, из вредности, а может, чтобы попросить у меня помощи, разобраться по старой дружбе в нашей непутевой жизни.

Так, уже было однажды. Жена, замахнув рюмаху для храбрости, усадила меня за стол и рассказала, что она катится куда-то в пропасть. За ней ухаживает мужчина, он ей тоже нравится, меня никогда нет дома, и она не знает, как выбраться из этой ситуации. Я завис, не понимая, что делать с такой информацией. Увидев мою растерянность, жена сказала, что я единственный близкий человек, с кем она может обсудить ту задницу, в которой очутилась. Понятия не имею, в тот момент жене действительно нужна была помощь или она просто хотела привлечь к себе внимание. Какая теперь разница? Не помню, что я тогда ответил, но больше жена таких разговоров не заводила.

Мы и так знаем, что нам давно пора разбегаться. Если начинать разборки, то всплывет столько дерьма, что это точно станет точкой невозврата к прежней, привычной жизни. Надо будет срочно решать кучу бытовых проблем и думать, как жить дальше, а мне этого очень не хочется. Не сейчас, попозже. Вот разгребу завалы на работе и сразу займусь. Понимаю, что веду себя как трус и лентяй, но не могу пока по-другому. Да, конечно, могу, но не хочу, вот и тяну кота за главный заработок ветеринара.

Даже в те редкие дни, когда ночую дома, я уже давно сплю на кухонном диванчике. В первый раз я на нем оказался после очередной ссоры с женой из-за того, что задерживаюсь на работе. Мой довод о ненормированном рабочем дне, жена легко побила доводом об очень даже нормированной зарплате. Истина в нашем споре так и не родилась, ибо дебаты сразу перешли в ругань.

Правда, тогда я уже через день вернулся в супружескую кровать, и мы как следует оторвались в честь этого. Будто зелёные молодожены, полночи занимались примирительным сексом и обещали больше не ругаться, но слово не сдержали оба. Работа по-прежнему занимала почти все мое время, и диван стал появляться в моей жизни все чаще, а постель с женой - все реже. Пока не стало понятно, что возвращаться в общую кровать, основу супружеской жизни, в общем-то, еще молодых людей, вообще бессмысленно.

Сегодня проснулся рано, пока домашние еще спали. Стараясь не шуметь, принял душ, взял из комода чистое белье, которое жена стирала и аккуратно складывала туда наверно чисто по привычке. В сотый раз твердо решил поговорить с ней за жизнь сегодня же вечером, хотя голос совести в глубине души твердил, что, мол, опять струсишь и припрешься домой, когда жена с ребенком будут спать.

Потихоньку защелкнул замок входной двери и с облегчением выдохнул в подъезде, довольный, что никого не разбудил, и никто на меня с утра не наехал. Почему-то, мне кажется, это последняя хорошая новость на сегодня. Собрался с духом и, как с одной каторги на другую каторгу, поехал на работу.

Оперативка прошла, как обычно: Полкан раздал всем люлей, согласно штатному расписанию и занимаемой должности, а потом отправил по рабочим местам бороться на вверенном участке с распоясавшимися преступниками.

Для беспощадного искоренения криминала мне требуется допинг, а дешевый растворимый кофе, который я литрами пью, особенно по утрам, закончился. Убедил себя, что это нормальный повод, и, позвонив по внутреннему телефону, напросился на чай к Ленке. Братан прекрасно понимала, что я просто хочу пройти мимо кабинета Ольги, и пробурчала: «Как вы меня достали. Сахар возьми, у меня нет».

Ольга деловито стучала по клавиатуре, без видимых неприятных последствий вчерашнего скандала. Я очень медленно, не сводя с Ольги глаз, прошел возле открытой двери, но она меня не заметила или не захотела заметить.

Ленка, свежая, энергичная, в тщательно выглаженной форме, с косой целомудренно уложенной венком вокруг головы, тоже не лучилась радостью от моего лицезрения.

– Увидел свою принцессу?

– Да.

– Убедился, что жива-здорова? Может тогда без чая обойдешься и пойдешь работать?

– Не будь такой вредной, Лен. Наливай, пять минут посижу с тобой и пойду арбайтен. – Знаю, что Братан на службе ерундой не болтает и просто так рассиживать в своем кабинете не даст.

Лена хороший работник. Она, как и Ольга, из семьи служивых людей. Разница в том, что отец Ольги еще служит на высокой должности, а папаша Братана ушел в бизнес, и его соратники восприняли это плохо. Не знаю в чем там дело, но слышал, что он кого-то подвел своим уходом и зеленый свет светофора ему не светит. Красный тоже не горит. Всегда желтый. В отличие от других бывших коллег, которые ушли по-хорошему, ему на помощь не придут, но и козни строить не будут, как тем, кого из органов выперли позорно.

На Лене ситуация с отцом, конечно, тоже отражается. Ну а как иначе? Мир профессионалов тесен в любой сфере. Все друг друга знают, помнят, как ушел Ленкин батя и поэтому ей надо быть в разы лучше других девчонок из Отдела. Братану надо прям постараться, чтобы услышать доброе слово или получить поощрение от руководства.

Но Ленок не сдается, и я уверен, что скоро ее карьера попрет. У братана все есть для этого: и мозги, и характер. Красивая внешность, чтобы там не говорили, тоже плюс в любом деле, так что нормально все будет со службой у моей подруги.

– Лен, а что там по Альбине Маратовне и ее мужу?

– Нормально все по ней. Криминал. Убийство. В крови Эдуарда Сафина химия, от которой он и двинул кони. Мне кажется, что если бы Альбина не была твоей бывшей преподавательницей, ты давно бы ее закрыл.

– Ну, преподавала она не только мне. И у нас в Отделе, и у прокурорских половина у нее училась. Как и у ее покойного мужа, кстати. Сафины были аспирантами чуть постарше нас, но уже преподавали. Альбина старалась, давала что-то, спрашивала с нас, а Эдик болт на все положил. Ему лишь бы принесли бутылку коньяка и больше не дергали. Если ты, конечно, не симпатичная девочка. Девчонок Эдик приглашал на индивидуальные занятия в гостиницу, а если те не приходили, то мог напакостить. Придирками на парах задолбать или вообще на экзамене завалить. Козлина, короче, был тот еще. Как его Альбина столько лет терпела?

– Любовь зла, а некоторые козлы, не будем показывать на них пальцем, этим пользуются. У тебя все? Дохлебал свой чай? Вали, давай, мне работать надо.

– Ладно, позовешь еще меня поплакаться, я тоже занят буду и пакетик заварки зажму.

– Прям испугал. Я что-то не помню, чтобы я плакалась. Из нас двоих ты слабое звено с тонкой душевной организацией. Блин, и за что тебя бабы любят? – Ленка сделала вид, что задумалась, а я сделал вид, будто обиделся.

– Ладно, не прикидывайся тут брошенкой с вагоном детей и тележкой кредитов. Я тебя тоже люблю, по-братски, то есть сестрински, конечно, но люблю. Сама не знаю за что. Такова трагическая судьба у нас, умных и роскошных женщин – любить вопреки всему, а главное, здравому смыслу. Но если ты прямо сейчас не свалишь из моего кабинета, то я пойду к Ольге и скажу, что ты ее зовешь, чтобы сделать предложение руки и сердца.

– Да ухожу уже. Не свирепствуй. Что за химия в крови трупа?

– Тебе формулу сказать? Очень умный стал?

– Не надо мне формулу. Просто скажи, что это за хрень? Типа чего: тормазуха или белизна, и где ее можно взять.

– Медикамент это. Выдается по рецепту, и мне почему-то кажется, что покойному это лекарство прописали, надо проверить. Вводится внутривенно. То ли дозировку нарушили, то ли еще что, но сработало летально. Чем шарахаться по кабинетам, лучше вызови на допрос лечащего врача, узнай, что он назначал, и запроси аптеки: кто получал лекарство, когда, в каком количестве. Короче, лучше меня знаешь, что надо делать в таких случаях. И по-братски прошу, не подходи к Ольге сегодня. Дай девчонке немного в себя прийти и подумать о жизни. Не дави на нее.

– Я и не давлю.

– Давишь. Она как тебя видит, так обо всем забывает и начинает делать глупости. Ладно, когда ты фигню творишь. К этому все привыкли, да и не жалко тебя. Жену твою жалко, ребенка, а тебя нет. Не пропадешь, как говорится: оно не тонет. А Ольга легко может жизнь сломать. У нее, кроме мужа, мужиков-то до тебя не было. Можно сказать, девственница еще, а тут сразу такие праблы. Все, разрешите вы уже уйдете?

– Разрешаю. Пошел я.