Цитаты из книг автора «Рольф Добелли»

В Европе и США команды показывают существенно лучшие результаты, только если составлены из разных специалистов. Это разумно, поскольку в таких группах легко определяется, кто именно отвечает за каждое достижение.Социальная леность приводит к интересным последствиям. В коллективе снижаются не только наши личные усилия, но и уровень ответственности. Никто не хочет оказаться виноватым в плохих результатах. Самый яркий, поразительный пример — поведение нацистов на Нюрнбергском процессе. Что-то похожее, хотя и менее впечатляющее, происходит в любом наблюдательном совете или группе менеджеров, управляющих компанией. Все стараются спрятаться, уйти от ответственности — утверждая, что решение принималось коллективно. Для этого явления тоже есть специальный термин: диффузия ответственности.И в силу тех же причин группа людей принимает более рискованное решение, чем могли бы принять ее участники поодиночке. Это явление называется сдвигом к риску: нарастание неосторожности и готовности к риску. Уже доказано, что при «группомыслии», обсуждении в группе принимаются такие решения, на которые чуть ли не каждый участник в одиночку и для себя не пошел бы.

В 1913 году французский инженер Максимилиан Рингелманн исследовал, как работают лошади. И вот что он выяснил: если в коляску или телегу запряжена пара лошадей, их совместная тягловая сила не возрастает вдвое по сравнению с силой одной лошади. Ошарашенный таким результатом, он распространил свое исследование на людей. Он просил мужчин перетягивать канат и измерял силу, которую прилагал каждый участник эксперимента. В среднем тестируемые — если они участвовали в игре по двое — выкладывались на 93% своих возможностей; когда они тащили канат по трое, уже на 85%, а если по восемь человек — всего на 49% собственных возможностей.Таким результатам никто, кроме психологов, не удивился. В науке этот феномен называется социальной леностью (social loafing

Нелепая ошибка — и человек погибает. Что только не приводило людей к немедленному исключению из игры «в театре Жизни»: неосторожность на охоте, воспаленное сухожилие, изгнание из привычного круга. Люди, проявлявшие неосмотрительность или слишком любившие рисковать, умирали, не передав свои гены следующим поколениям. Осторожные и осмотрительные выживали. Мы с вами — их потомки.

Так обманываются не только другие, но и мы с вами. Например, те, кто редко болеет, считают себя бессмертными. А один мой знакомый CEO много кварталов подряд обеспечивал своей компании повышение доходов, и теперь он уверен, что все его решения безошибочны. Его сотрудники и акционеры вполне с ним согласны.

Оба примера — со случаем в Монте-Карло и с уровнем интеллекта школьников — демонстрируют одно и то же: люди верят в некую выравнивающую силу Судьбы. Это и есть ошибка игрока (gambler’s fallacy). Но в том-то и дело, что при независимых, отдельных событиях нет никакой балансирующей, выравнивающей силы. Шарик, которым играют в рулетку, не помнит, сколько раз он уже ложился на черное поле.

Маркус — худощавый мужчина в очках, он любит слушать Моцарта. Что вероятнее: 1) Маркус — водитель грузовика из Германии; или 2) Маркус — профессор литературоведения из Франкфурта. Большинство выбирает ответ 2. Но это ошибка. В Германии в 10 тысяч раз больше водителей грузовиков, чем во Франкфурте профессоров литературоведения. По этой причине гораздо более вероятно, что Маркус водит грузовик — даже если он любит музыку Моцарта. Почему мы так ошибаемся? Некоторые детали привлекают наше внимание и уводят от простой статистики. Наука называет эту ментальную ошибку игнорированием основ (базового уровня, base-rate neglect).

В науке такой феномен называется реактансом, реактивным сопротивлением. У нас отнимают вариант выбора, и в ответ возникает реакция: именно это, недоступное, начинает казаться нам особенно привлекательным. Своего рода упрямство. В психологии это еще называют эффектом Ромео и Джульетты: любовь двух юных героев в трагедии Шекспира была столь сильна и отчаянна, потому что оказалась запретной. И это обостренное желание вовсе не обязательно так романтично. Например, в США на школьных вечеринках ребята обычно напиваются до потери сознания — просто из-за того, что гражданам до 21 года употребление алкоголя запрещено законом.

Rara sunt cara — говорили древние римляне. «Редкости ценны». Уловка дефицита стара как мир. Та подруга с тремя детьми занимается продажей земельных участков. Когда ей на удочку попадается клиент, который долго сомневается и никак не может принять решение, она звонит ему и сообщает: «Один врач из Лондона вчера осматривал этот участок. Он очень заинтересовался.

При этом почти всегда эти средства разумнее было бы вложить в другие дела — ради снижения других рисков. Такую ошибку в принятии решений называют смещением нулевого риска (или ошибкой нулевого риска, zero-risk bias).

Поскольку на уровне интуиции мы не чувствуем разницы, приходится считать. Когда вероятность известна — как в лотерее, — это легко. Но в обычной жизни бывает трудно оценивать риски — и тем не менее ясно: ни один из путей не ведет нас в обход всех возможных рискованных ситуаций