Цитаты из книг автора «Робин Слоун»

иногда дисциплина – самая честная форма доброты.

Этот культ, похоже, придуман специально для того, чтобы облапошивать стариков-книголюбов – сайентология для образованных пенсионеров.

Такого архитектурного стиля, как в Сан-Франциско, не встретишь больше ни в одном другом городе страны, и даже если ты тут живешь, до конца привыкнуть к странности этих видов невозможно: высокие и узкие дома, с окнами, похожими на глаза и зубы, и финтифлюшками, как на свадебном торте. А на фоне этого всего парит, если смотришь в верном направлении, ржавый призрак моста Золотые Ворота.

Выбирает миниатюрную «e» и подносит к глазам. – Самая используемая буква алфавита, – произносит он, поворачивая литеру и рассматривая со всех сторон.

В моих глазах Пенумбра балансирует на грани между обаятельно чудаковатым стариком и опасно чудаковатым стариком.

Ага, и если кто-то его украл, это добрый знак. Кража – одна из лучших судеб, которые могут выпасть предмету. Краденое в обороте. Его не засасывает земля.

После этого книга поблекнет, как меркнут в памяти все прочитанные книги. Но, надеюсь, вот это вам запомнится.

У нас появились новые возможности – непривычные способности, к которым мы еще не привыкли. Горная цепь – послание Олдрага, Великого змея. Жизнь должна быть открытым городом, где можно странствовать множеством самых разных путей.

– Природа бессмертия загадочна, – продолжает он таким тихим голосом, что нам приходится склоняться к нему. – Но все, что я знаю о чтении и писательстве, подсказывает мне: бессмертие существует. Я его чувствую в этих полках, да и в других.

На обложке тонкими серебряными буквами выведено: MANVTIVS. – Вот этот том, – говорит Пенумбра. – Это codex vitae Альда Мануция. Нигде, кроме этой библиотеки, его нет.