Цитаты из книг автора «Робин Шарма»

Простить того, кто тебя обидел, – это на самом деле поступок исключительно эгоистический, а вовсе не альтруистический. Когда ты отрешаешься от враждебности и ненависти, которые подспудно кипели в тебе, то делаешь это для себя, а вовсе не для обидчика. Как я учу на своих коучинговых программах

твое сознание искать новые возможности – возможности, которыми обязательно нужно пользоваться, чтобы обеспечить себе такую личную, профессиональную и духовную жизнь, какую ты хочешь. А третья причина, почему полезно ставить себе цели, состоит в том, что четко определенные цели толкают тебя на путь свершений. Они вдохновляют тебя действовать сообразно твоим приоритетам – и ты будешь делать так, чтобы в твоей жизни что-то происходило, а не ждать, пока сам собой представится подходящий случай (такое бывает редко).

Если ты приучишься ставить перед собой четкие цели, то заложишь основу для верных, умных решений. Если точно знаешь, куда идешь, гораздо легче отбирать именно те занятия, которые приблизят тебя к результату. А когда ты записываешь цели, яснее становятся твои намерения (а первый шаг к тому, чтобы понять, о чем ты мечтаешь, – сформулировать это). Как заметил как-то романист Сол Беллоу: «Планы и цели избавляют жизнь от тревог». Если ты ставишь себе цели, то поступки, которые ты совершаешь, будут основаны на миссии всей твоей жизни, а не на сиюминутном настроении. Вторая причина, по которой полезно ставить себе цели, состоит в том, что это не позволяет упускать возможности. Этот прием практически магнитом тянет

воображение идет впереди знания»

тот, кто ропщет, просто не понимает, что у каждого человека – своя дорога.

«Имейте терпение, памятуя о том, что в Вашем сердце еще не все решено, и полюбите даже Ваши сомнения.

смотрителе маяка. Масла, чтобы зажигать фонарь и показывать проходящим судам путь вдоль скалистого берега, у него было в обрез. Как-то вечером один сосед зашел взять у него в долг немного драгоценного масла, чтобы осветить свой дом, и смотритель был вынужден поделиться с ним. На другой день зашел путник и попросил немного масла для своего фонаря, чтобы продолжать путь, и смотритель уступил его уговорам и поделился и с ним. На следующую ночь смотрителя разбудила мать семейства – она постучала в дверь и со слезами попросила немного масла, чтобы осветить дом и накормить детей. Смотритель снова уступил. Вскоре у него вообще не осталось масла, и маяк погас. Много кораблей разбилось о скалы, много людей погибло, а все потому, что смотритель маяка забыл о главном. Он пренебрегал своим долгом и дорого за это заплатил. Если ты всего несколько минут в день будешь посвящать одиночеству, то не забудешь о главных приоритетах и не будешь размениваться по мелочам, чем так грешат многие из нас.

«Если человек не шагает в ногу со своими спутниками, может быть, это оттого, что ему слышны звуки иного марша? Пусть же он шагает под ту музыку, какая ему слышится, хотя бы и замедленную, хотя бы

приступе кашля – и перестал дышать. А второй даже не стал звать врача. Наутро того, кто так радовал друга описаниями прекрасных видов, объявили мертвым и выкатили из палаты. Второй тут же попросил, чтобы его положили у окна, и дежурная медсестра перекатила туда его койку. Но когда он выглянул наружу, то содрогнулся: оказалось, что окно глядит на глухую кирпичную стену. Все эти чудесные истории его сопалатник просто выдумал – потому что из сострадания к другу хотел хоть немного скрасить ему это трудное время. Им двигала бескорыстная любовь.

Есть старая история о том, как однажды в больничную палату вкатили на каталке очередного пациента, а другой уже лежал на койке у окна. Они подружились, и тот, что у окна, смотрел наружу и часами развлекал своего прикованного к постели товарища живейшими описаниями внешнего мира. Он то рассказывал, какие прекрасные деревья в парке напротив и как пляшут листья на ветру, то занимал приятеля детальными описаниями прохожих. Но шло время, и прикованный к постели больной стал огорчаться, что не может своими глазами наблюдать все эти чудеса. В конце концов, он невзлюбил товарища по несчастью – а потом и возненавидел. И вот однажды ночью больной у окна зашелся в жестоком