Цитаты из книг автора «Роберт Уилсон»

Дикие приматы, как и другие позвоночные, заявляют свои права на физические территории. Домашние приматы (люди) заявляют свои права на ментальные территории – идеологии и религии

Придавая большое значение выбору, Сартр также заявлял, что человека нельзя называть гомосексуалистом (вором, святым, антисемитом и т. д.), не ссылаясь на конкретные случаи. «У Мэри в прошлом году была лесбийская связь», «В пятницу Джон стащил шоколадку», «Робин трижды подал монетку нищему», «Ивлин что-то сказала против своих квартирных хозяев-евреев два года назад» – все это, согласно Сартру, правомерные высказывания. Но приписывать этим людям какую-то «сущность» уже неправомерно. Только после смерти человека, утверждал Сартр, мы можем с определенностью сказать: «Она была лесбиянкой», «Он был вором», «Он был милосердным», «Она была антисемиткой» и т. д. Пока остается жизнь и выбор, у людей нет никакой «сущности» и каждый может неожиданно измениться. (Ницше, подобно Будде, зашел еще дальше, утверждая, что у нас даже нет «эго», то есть единого неизменного сущностного «я»

Так как нейропептиды проникают практически во все жидкости организма (кровь, лимфу, цереброспинальную жидкость и т. д.), а также в промежутки между нейронами, нейропептидная система действует медленнее, но более холистично, чем центральная нервная система.

мышечного расслабления, чтобы перевести пациента из состояния, когда доминирует симпатическая нервная система, в состояние, когда доминирует парасимпатическая. Но поскольку дипломированные правительственные бюрократы осудили его идеи и сожгли его книги, все вы «знаете», что «на самом деле» он был чокнутым, не так ли?)

Когда нейропептиды покидают мозг и начинают вести себя в организме как гормоны, они взаимодействуют со всеми важными системами, в том числе с иммунной. Таким образом, повышенная активность нейропептидов повышает сопротивляемость организма болезням,

В таком случае по-настоящему большой выброс нейропептидов будет субъективно восприниматься как «новое рождение», или «видение всего мира», или трансцендирование того, что казалось непреодолимым ограничением. Чтобы объяснить это, многие прибегают к религиозным метафорам вроде «на меня низошел Святой Дух» и т. п. Блейк говорит о видении «бесконечности в песчинке».

Уилсон напоминает нам, что те люди, которые лучше всего реагируют на «плацебо», обычно также чаще других демонстрируют то, что психолог Карл Юнг назвал «синхронистичностью», – осознанное восприятие личностно значимых совпадений. Это

науки, которые задействуют экзистенциалистские и операционалистские методы.

Эта книга не подтверждает абстрактных догм ни материализма, ни мистицизма; она старается ограничиться простым материалом «реальной жизни», который исследуют экзистенциализм, операционализм и те

операционализм и копенгагенизм