Часть вторая

7

После ужина я быстренько собрала рюкзак в дорогу. Я знала, что мы отправляемся в леса Фиар-Стрит, но никак не могла решить, что мне может понадобиться. Поэтому просто кинула в рюкзак расческу, зубную щетку, свитер и сменную пару джинсов.

Солнце почти зашло, окрасив небо за окном в чудесный фиалковый оттенок. Занавески трепетали на теплом ветру. Я и сама трепетала. Ведь мне еще не приходилось делать ничего подобного.

Напевая себе под нос, я запихнула в рюкзак серую толстовку – вдруг ночью похолодает? Потом долго возилась с молнией, пытаясь застегнуть набитый рюкзак, из-за чего не заметила стоявшую в дверях Софи.

Интересно, давно она за мной наблюдает?

– Ой, привет, – проговорила я. – В чем дело?

Она вошла в комнату, скрестив руки на груди. Ее голубые глаза изучали меня, словно пытались прочитать мысли.

– Куда ты на самом деле собралась? – спросила она.

Я сделала невинные глаза.

– Что? Ты о чем?

Софи подбоченилась.

– Ты сказала маме и папе, что заночуешь у Рейчел Мартин^[1], – сказала она. – Но я-то знаю, что она с родителями в отъезде.

На ее лице играла торжествующая злорадная улыбка. Словно она конкурс выиграла какой-нибудь.

– Отучись лезть в мои дела, – спокойно произнесла я.

Она вздрогнула, будто я пощечину ей отвесила. Софи постоянно со мной спорит. Мне кажется, она считает, что как младшая сестра обязана уметь настоять на своем. А может, хочет доказать, что ничем не хуже меня. Главное, она сначала затевает ссору, а потом сразу в кусты. И так всегда. Такая вот странная закономерность. Софи боится меня разозлить.

Взгляд ее потускнел, и она состроила, как обычно, обиженную мину, надув губки.

– Эмми, ты никогда никуда меня не приглашаешь, – заныла она.

Я нахмурилась. Ну вот, опять за свое.

– Это потому, что у меня нет парня, да?..

Я вздохнула.

– Это потому, Софи, что тебе надо научиться заводить своих друзей. Понимаешь? Жить своей жизнью. Мне с тобой хорошо, но…

– Нет, не хорошо.

– Ой все. Я имею полное право гулять со своими друзьями и своим парнем.

Ее рот распахнулся, подбородок задрожал. Она явно разозлилась. Но мне было наплевать. Закинув рюкзак на плечо, я протиснулась мимо нее и вышла из комнаты.

* * *

Я пересела на пассажирское кресло, пропуская Эдди за руль. Он был весел, смеялся, вспоминая свой первый день на кладбище домашних животных, подшучивал над этой ужасной работой. Я была рада видеть его таким. Обычно он слишком серьезный да к тому же погружен в семейные проблемы. Приятно слышать, как он смеется.

Эдди здорово подготовился к ночной вечеринке в лесу. На нем была бордово-белая толстовка с эмблемой Шейдисайдской школы, джинсы и бейсболка со словами «Вперед, „Кардиналы“!» над козырьком. Когда он в прошлый раз надевал эту кепку, я спросила его, что это за «Кардиналы». Он ответил, что понятия не имеет, а кепку нашел по дороге из школы, на тротуаре валялась.

Взвизгнув шинами, Эдди вырулил на Парк-Драйв и дал по газам. Никаких других машин поблизости не наблюдалось, но я все равно задумалась, не слишком ли он перевозбужден из-за предстоящего ночного приключения.

Я схватила его за запястье.

– Сбавь скорость.

– Мне не терпится доехать до леса. – Склонившись набок, он прижался губами к моей щеке.

– Эдди, пожалуйста! – взмолилась я, отпрянув. – Ты не следишь за дорогой. – Мне пришлось перекрикивать музыку. Эдди врубил «Металлику» на радиостанции из Пандоры, да так громко, что уши в трубочку сворачивались. Натурально.

Мимо проносились дома Норт-Хиллс, их окна мерцали оранжево-желтым светом на фоне меркнущего неба. Эдди выключил музыку.

– Давай сыграем в нашу игру, – предложил он.

– Я смотрю, ты в хорошем настроении, – заметила я. Эдди любит играть, только когда ему весело. – Ой! Ты пропустил знак «стоп».

– Так ведь нет никого. – Он сбросил скорость, чтобы вписаться в поворот на Улицу Страха. – Ну что, готова?

Игра Эдди называется «Ты умеешь хранить тайны?». На самом деле это даже не совсем игра. Правила очень простые: один из нас раскрывает самую сокровенную тайну, а другой обязуется никому ее не рассказывать.

По-моему, это весело. Хотя обычно Эдди не выносит такие игры. Пару месяцев назад, еще до того, как начали встречаться, мы были на вечеринке, и он наотрез отказался играть в «Правду или вызов». Просто взял и ушел, покачав головой.

Я тогда встречалась с его другом Дэнни Франклином. Он мне сказал:

– Эдди ненавидит рассказывать о себе. Предпочитает все держать внутри.

– Мне кажется, он просто застенчивый, – ответила я.

На это Дэнни только плечами пожал.

Старые дома вдоль Улицы Страха на тенистых лужайках были в основном погружены в темноту. Когда мы выехали на извилистую дорогу, ведущую к лесу, Эдди сбросил скорость.

– Я начну, – сказал он. – Вот моя тайна…

– Ты поступил учиться на космонавта, чтобы остаток дней провести на Марсе.

Он легонько шлепнул меня по руке.

– Не угадывай. Это не по правилам. – Его глаза блеснули в свете фар встречного автомобиля. – Но да, ты попала в самую точку. Это и есть моя тайна.

Я пихнула его локтем.

– Давай серьезно, какая у тебя тайна?

Его улыбка померкла.

– У меня нет прав. Их отобрали после той аварии на Ривер-Ридж.

Я вытаращилась на него с нескрываемым изумлением.

– Что, правда?

Он кивнул.

– Вот моя тайна. Теперь ты должна хранить ее.

За окном мелькали деревья, темневшие на фоне неба. Над ними серебрился месяц. Он как две капли воды походил на кулон, с которым я не расстаюсь. Его подарила мне двоюродная тетушка Марта.

– Какая твоя тайна? – спросил Эдди. – Не отлынивай.

– А я и не отлыниваю, – сказала я. – Я на луну засмотрелась.

– Эмми, ты можешь любоваться ей хоть всю ночь, только сначала назови свою тайну.

– Ну-у… – Я замялась. – Ты ведь знаешь, что я стараюсь не есть мясо? Так вот… Сейчас мне ужасно хочется слопать чизбургер.

Эдди засмеялся.

– Хороша тайна!

Но я внезапно пожалела о своей откровенности. «Мне снилось, что я волчица, – подумала я. – И вдруг у меня возникла сильная тяга к мясу».

На меня это совсем не похоже.

Эдди загнал машину в тупичок на опушке леса. Он заглушил мотор и погасил фары. Лесная чаща растаяла в густой чернильной темноте.

Лунный серп скрылся за тучами. По дороге я держала окно открытым, ощущая мягкий теплый ветерок, но здесь его как отрезало. Воздух застыл в гнетущем оцепенении.

Я поежилась. Вообще-то, я темноты не боюсь, но здесь она была какая-то особенно жуткая – казалось, мрак будет длиться вечно и никогда не рассеется. Я наклонилась к Эдди, и он обнял меня за плечи.

Он повернулся и притянул меня ближе. Я подняла лицо к нему, и он поцеловал меня. Нежным поцелуем, сперва робким, потом более настойчивым, более жадным. Долгим поцелуем, от которого у меня перехватило дыхание.

Я высвободилась и прижалась щекой к его щеке. Мы сидели так долго, не двигаясь, не разговаривая. Потом Эдди взял мое лицо в ладони (они были теплые-теплые) и поцеловал снова.

Взвизгнув, я отпрянула – салон залило ослепительным светом. Чей-то голос рявкнул в открытое окошко:

– Выходите из машины! Медленно! И руки держать на виду!

8

Моргая от яркого света, я так стиснула руку Эдди, что он вскрикнул. Вновь наступила темнота. Я выглянула в окно и увидела Дэнни Франклина, самодовольно лыбящегося во все тридцать два.

Он заглянул в машину и, не преставая ухмыляться, сообщил:

– Напугал я вас.

Рядом раздался смех. Мое зрение постепенно восстанавливалось. Рядом с Дэнни я увидела Келли Ньюман, его новую подружку, страшно довольную подобной шуточкой.

Дэнни открыл мне дверцу.

– Видела б ты свое лицо.

Распахнув водительскую дверь, Эдди выскочил из машины, сжимая кулаки.

– Я тебя пришибу! – пригрозил он полушутя.

Дэнни попятился, подняв руки.

– Ты же знаешь, я против насилия. Мир, дружба, жвачка!

Ага, конечно. Он мало того что шутник, так еще и отчаянный драчун. Редкостное сочетание: весельчак, который заводится с полуоборота. Над другими прикалываться он всегда рад, но сам не терпит оставаться в дураках.

Эдди говорит, это потому что он огненно-рыжий.

«Вот ему голову и припекает», – однажды предположил он. Мы дружно расхохотались. Не очень-то научное объяснение, зато веселое.

– Вы были поглощены делом. – Дэнни все не унимался. – Приберегите хоть что-нибудь на потом.

– Ладно, оставь их в покое. – Обняв Дэнни сзади, Келли оттащила его назад. – Ты такой же смешной, как резь в желудке.

Дэнни засмеялся.

– Ты это только что придумала?

Она закатила глаза.

– С кем поведешься.

– Выглядишь смешно, – буркнул Эдди.

Дэнни и в самом деле выглядит забавно. Ежик огненных волос, уши-лопухи, как у слоненка Дамбо, россыпь веснушек на щеках, маленький острый нос и близко посаженные карие глаза – эдакий сказочный эльф, не считая того, что в нашей компании он самый рослый.

А Келли я не слишком хорошо знаю. Она переехала в Шейдисайд в прошлом году. Она кажется очень милой, веселой, поэтому они с Дэнни отличная пара. Я не в обиде за то, что она увела его у меня. Мы с ним не особо ладили, и расставание принесло облегчение нам обоим.

Келли очень хорошенькая, с прямыми соломенно-светлыми волосами и кокетливой челкой, ярко-зелеными глазами, высокими скулами, как у модели, и теплой дружелюбной улыбкой. Сейчас на ней были черный атласный жакет поверх футболки и такого же цвета джинсы, подчеркивающие ладную фигурку.

Эдди с Дэнни понарошку боксировали перед машиной. Заглянув за плечо Келли, я увидела еще двух наших друзей возле внедорожника Дэнни. Райли Джефферс и Рокси Робинсон склонились над багажником, извлекая походное снаряжение.

– Эй, кто-нибудь, подсобите, – пробасил Райли. Он здоровенный, настоящий громила, сложен как футбольный полузащитник, на роли которого и находится в нашей команде «Тигров». По словам Эдди, Райли тренируется, сминая голыми руками банки из-под пива, которое очень любит пить на вечеринках. За это его вполне могли бы вышибить из команды, но он молодец, не палится.

В Шейдисайде пиво разрешено с восемнадцати лет, но я не знаю никого, кто бы соблюдал это правило. И теперь я наблюдала, как Райли выгружает из багажника ящик «Бада».

Вслед за Келли я направилась по траве к друзьям. Они уморительно смотрятся вместе, в первую очередь потому, что Рокси в два раза меньше. Я своими глазами видела, как Райли брал ее на руки и таскал повсюду.

Ей это нравится. Она зовет его «плюшевым мишкой», отчего нас всех тошнит. А Райли знай себе улыбается.

Рокси ничего, но, на мой взгляд, она слишком «няшная». Она смешно шепелявит. Не выговаривает букву «с», что звучит еще милее, ну прямо как в мультиках про Багза Банни. Собственно, она со своими торчащими зубками и большими карими глазами даже внешне смахивает на кролика.

Рокси обожает безделушки от «Хеллоу Китти» и не расстается с пластиковыми булавками, ожерельями и браслетами, которые побрякивают и прищелкивают на каждом шагу. Милота. Прям чересчур. У меня от одного вида всей этой бижутерии все чешется.

Но Рокси бывает действительно милой. Когда прошлой осенью «волчьи сны» вконец меня замучили, я попробовала излить душу Софи и в ответ услышала: «Ну подумаешь, несколько снов!» А на вечеринке у Дэнни я отвела Рокси в сторонку, рассказала о пугающих сновидениях, и она отнеслась с полным пониманием и сочувствием. Я была рада, что доверилась ей. Под всей этой пластиковой дребеденью и карамельной милотой скрывается золотое сердце.

Я полезла в багажник и выудила чехол с брезентовой палаткой. Она оказалась неожиданно тяжелой, и я уронила ее на землю, чуть не расплющив собственную ногу.

– Давай помогу. – Райли с легкостью поднял палатку и кинул к двум остальным. – Как тебе нравится наша затея?

Я покачала головой.

– Всегда мечтала провести ночь в этом лесу.

Рокси достала из багажника фонарь и поставила на землю.

– Твои родители в курсе?

Я помотала головой.

– Ты что! Они уверены, что я ночую у Рейчел Мартин.

– Я своим наплел, что иду в поход с командой, – сообщил Райли. – И они поверили. Они верят любому моему слову.

– Это потому что лицо у тебя честное, – вставил Дэнни. – Туповатое, но честное.

Мы дружно расхохотались. Райли никогда не обижается на шутки. Большой плюшевый мишка.

Келли покачала головой.

– Это Дэнни пришло в голову. Черта с два я бы сама пошла. Поход с ночевкой в леса Фиар-Стрит? Я, конечно, новенькая, но уже о них наслышана. Прям ужастик какой-то.

Дэнни демонически захохотал.

– Нас всех покрошит чувак в хоккейной маске!

Келли отвесила ему тумака.

– По-твоему, это смешно? Нет. – Она помрачнела. – Мы, наверное, чокнулись. Ночевать в лесу, пока вокруг рыщет бешеный волк?

Рокси обомлела.

– Волк? Серьезно? Что ты имеешь в виду?

– Ты не слышала новости? – вклинилась я. – Вчера ночью волк напал на собаку в Шейдисайдском парке. Хозяин вывел ее погулять, а волк выскочил из-за деревьев и разорвал ее на куски.

Глаза у нее стали как блюдца.

– Может, перенесем наш лагерь на мой задний двор…

– Ау-у-у-у-ууу!

От громкого волчьего воя я аж подскочила и обернулась. Ну конечно, это выл Дэнни. Я почувствовала себя дурой. Впрочем, я, по понятным причинам, боюсь волков, так что облапошить меня легко.

Дэнни снова завыл, его вопль эхом разлетелся среди деревьев. На этот раз никто не купился.