Цитаты из книг автора «Роберт Маккаммон»

Ты считаешь себя чертовски умным, да? – Осли затянулся и выпустил дым из ноздрей. – Прямо-таки умник из умников. Но ты далеко не так умен, как тебе кажется. – Я должен вам ответить, сэр, или вы хотите, чтобы я молчал? – Молчи. Стой там и слушай. Ты думаешь, что, перейдя под опеку судьи, ты сможешь мне как-то навредить, верно? Может, ты рассчитываешь обратить его внимание на некоторые из моих поступков?

Дисциплина мысли и контроль над действием – таковым отныне было жизненное кредо Мэтью Корбетта.

Мэтью задумался, понимая, что этот человек предложил нечто для него важное, как важен огонь для свечи: знания.

за всю свою жизнь Мэтью видел очень мало реальных свидетельств дел Божьих, зато частенько натыкался на деяния, к которым вполне мог приложить руку Дьявол. Петь хвалу Господу совсем не трудно, когда ты носишь чистую белую рубашку и ешь с фарфоровых тарелок, но гораздо труднее, когда ты лежишь на грязном тюфяке в спальне сиротского приюта и прислушиваешься к воплям мальчика, после полуночи вызванного в покои директора.

Что ты думаешь о Пейне, Мэтью? – поинтересовался он. – Кажется, он свое дело знает. – Это верно. Он также кажется сведущим в делах… как это он выразился… «чернофлажного братства»… Интересно. – Что именно?

В иссякающей струе мутной коричневой жидкости со дна сосуда выпала на стол золотая монета. Мэтью взял ее и внимательно осмотрел, хотя и знал заранее, что это такое. – Испанская монета, – произнес он. – Шоукомб говорил мне, что нашел ее на трупе какого-то индейца. Я видел, как он потом бросил ее в эту кружку. – Позвольте взглянуть. – Пейн протянул руку, и Мэтью отдал ему монету.

– Мой камзол… – В отчаянии Вудворд едва не рухнул на соломенный тюфяк, но заметил там следы крысиной активности и устоял, хоть и был уже близок к обмороку. – Этот скот похитил мой камзол, Мэтью.

Ее зовут Рейчел Ховарт. Она смешанных кровей, английской и португальской. В январе ее муж Дэниел был найден в поле с разорванным горлом. – Голова была почти полностью отделена от тела, – уточнил доктор. – На теле имелись и другие раны, – продолжил Бидвелл, – оставленные звериными клыками и когтями. На лице, на руках, на ладонях. Он вернул обглоданную кость на тарелку и выбрал другую, на которой еще осталось немного мяса. – Убийца, кто бы это ни был… вошел в раж, мягко выражаясь. И это уже не первый такой случай. – Англиканский священник, Берлтон Гроув, – вступил в разговор Джонстон, протягивая руку к серебряному кувшину. – Его убили таким же способом в ноябре. Труп обнаружила в церкви его жена. Точнее сказать, вдова. Вскоре после того она покинула город. – Ее можно понять, – заметил Вудворд. – А сейчас в городе есть священник?

Сэр, – произнес Вудворд, – вы ставите нас в неловкое положение. Сей молодой человек… бо́льшую часть жизни провел в сиротском приюте. Соответственно… – Он наморщил лоб в попытке деликатно сформулировать следующую мысль. – Вы должны понимать… что его опыт в некоторых вещах весьма ограничен. В частности, ему пока еще не представлялась возможность… – Пречистая блудница! – воскликнул, прервав его, Шоукомб. – То есть он еще ни разу не был с девкой?

Девчонка вернулась с тремя деревянными ложками. И вновь ее юбка задела Мэтью, который дернулся так, словно его в локоть ужалила оса. Тот же запах опять ворвался ему в ноздри. Сердце вдруг сильно заколотилось. Взявшись за ложку, он обнаружил, что ладонь вспотела. А затем ощутил на себе пристальный взгляд Шоукомба, который читал юношу как открытую книгу. В глазах трактирщика плясали отблески свечей. Он облизнул губы, прежде чем заговорить. – На закуску и этот кусочек сойдет, верно? – Простите, сэр? Шоукомб сально ухмыльнулся: – Небось, не прочь пошурудить в ее корзинке? – Мистер Шоукомб! – вмешался Вудворд, который понял намек и посчитал такие речи недопустимыми. – Будьте добры сейчас же…