Цитаты из книг автора «Роберт Грин»

Пока Дуглас оставался у Кави, белый ни разу больше не поднял на него руку. Дуглас приметил, что рабовладельцы часто «предпочитают сечь тех, кто без сопротивления подставляет тело под розги». Он извлек для себя важный урок из происшедшего: никогда больше он не будет покоряться. Подобная слабость лишь распаляет мучителей и тиранов, заставляет их продолжать свои черные дела. Лучше он будет рисковать жизнью, пуская в ход кулаки или свой ум.

Вам решать, будете ли вы всегда обороняться или заставите других защищаться от вас.

Все в этом мире так и подталкивает вас защищаться, занять оборонительную позицию. Руководство на работе желает, чтобы все заслуги принадлежали только ему, и потому не дает возможности проявить инициативу; окружающие постоянно теснят и атакуют вас, заставляя защищаться, отвечать на нападки; вам то и дело напоминают о ваших несовершенствах и о том, что на успех нечего и надеяться; вас заставляют испытывать чувство вины за это и за то. Вы непрерывно вынуждены отбиваться, обороняться. Такое положение — это беда, которую вы сами на себя накликали. Чтобы исправить дело, вам прежде всего нужно освободиться от этого гнетущего чувства. Действуя решительно, не давая другим времени опомниться, вы сами формируете среду, сами создаете условия, вместо того чтобы сидеть сложа руки и пассивно ожидать, что принесет жизнь. Первый же ваш ход изменит ситуацию в вашу пользу. Пусть окружающие отвечают на ваши действия, это придаст вам солидности и веса в их глазах. Уважение и страх, внушаемые вами, превратятся в наступательную энергию, в репутацию, которая будет распространяться и лететь впереди вас.

Что на войне, при одной и той же степени проницательности, дело в тысячу раз скорее может быть испорчено робостью, чем смелостью, — достаточно это высказать, чтобы быть уверенным в одобрении наших читателей.

Война — это в первую очередь борьба за возможность управлять действиями противной стороны. Военные гении, такие как Ганнибал, Наполеон или, например, Эрвин Роммель, открыли, что лучший способ добиться контроля — определять и навязывать противнику скорость, направление и форму самой войны.

В древности полководцы, которым было хорошо известно, какое сильное воздействие оказывает на людей необходимость и сколь безрассудную отвагу она способна внушить солдатам, ничем не пренебрегая, подвергали своих людей такому бремени. Никколо Макиавелли (1469–1527)

— Поступки — это сила, — говорил он. — Особенно если человек, действуя, понимает, что поступки эти являются его последней битвой. Есть особое, всепоглощающее счастье в том, чтобы действовать, в полной мере осознавая, что каждый поступок вполне может оказаться последним. Советую тебе пересмотреть свою жизнь и взглянуть на свои поступки в этом свете… Сконцентрируй внимание на связи между собой и своей смертью, подумай об этом без сожалений, без печали, не предаваясь отчаянию. Сосредоточься на том факте, что времени у тебя нет, и отнесись соответственно к своим поступкам. Пусть каждый из них будет твоей последней битвой на этой земле. Только при этом условии твои поступки приобретут силу. В противном случае, сколько бы ты ни жил, они будут поступками осторожного человека.

Размышлениям о неизбежности смерти следует предаваться ежедневно. Каждый день, когда тело и разум находятся в мире, человек должен раздумывать о том, что он может быть уничтожен стрелой, копьем или мечом, унесен нахлынувшими волнами, брошен в бушующее пламя, поражен молнией, убит страшным землетрясением, может упасть со скал, умереть от недуга или вынужден будет совершить ритуальное самоубийство в случае смерти его хозяина. И всякий день, не пропуская ни одного, человек должен раздумывать о себе как о мертвом. Ямамото Цунетомо (1659–1720) «Хагакурэ: Книга самурая»

На протяжении десяти лет Кортес постепенно рос в чинах — сначала секретарь испанского губернатора Кубы, а затем и королевский казначей. На самом деле, однако, он просто выжидал.

В 1504 году Эрнан Кортес, честолюбивый испанец девятнадцати лет от роду, забросив штудии в университете, где обучался праву, отправился в Новый Свет, в одну из колоний его родины. Высадившись сперва на острове Санто-Доминго, а затем перебравшись на Кубу, он не раз слышал рассказы о земле на западе, которую называли Мексикой, — могущественной империи, где в изобилии было золото. Правили Мексикой ацтеки, а ее столица — величественный, богатый город Теночтитлан — лежала высоко в горах. С той поры одна мысль овладела Кортесом: наступит день, когда он завоюет эту империю и сделает ее колонией.