Велика твоя родина. От нее не убежишь». Шарик встал как вкопанный: «Действительно, куда это я? Вот так бежишь за чужой красивой жизнью и забываешь о своей. А все равно бежишь, потому что иначе она пройдет, а ты так и не сможешь ее догнать, другими словами – понять. Бежишь и не догоняешь. Не догоняешь, а все равно бежишь». И он вспомнил строчку из письма сына: «Папа, ты совсем иностранным стал, не догоняешь».