Глава 4

Время до ужина пролетело незаметно. С непривычки было очень сложно продираться через запутанные до абсурда юридические термины сухого официального языка Общих положений, но если Нэйта хочет избавиться от столь унизительной зависимости, она должна разобраться. Только вот чем больше она вчитывалась, тем больше понимала, что отныне она полностью зависит от этого чудовища. Учитель-маг волен творить со своими учениками, официально называемыми апрентис*, всё, что угодно. Выхода нет. Кроме одного: первой убить некроманта. Но, мало того, что у неё для подобного пока не хватало ни сил, ни знаний, в случае его смерти, даже долгого отсутствия рядом, проклятое клеймо вполне могло не только доставить массу неприятных ощущений, но и убить. Эти самые ощущения Нэйта в полной мере испытала на себе. Лорд Ферран нисколько не соврал, первое время – время адаптации и заживления клейма-печати – ученик должен проводить как можно ближе к учителю. Дальше идёт первая ступень ученичества. Здесь столь близкое существование учителя и ученика уже не обязательно. Первая ступень может длиться от нескольких дней до бесконечности и заканчивается инициацией ученика, превращающей его из бесправного существа-личинки в мага первой, самой низшей, ступени. Причём, инициацию мог проводить необязательно личный Учитель. Как проходит та самая инициация, в «общих положениях» не пояснялось, видимо, это было что-то общеизвестное, не требующее подробных многостраничных объяснений. Похоже, по этой теме должны быть отдельные книги. Спросить? Учитель сам обещал пояснять непонятное. Нет, кажется, она догадывалась, в чём же заключается инициация. И Нэйте это не нравилось. Очень не нравилось. Кто бы этой самой инициацией не занимался.

– – –

– апрентис* – личный ученик мага, привязанный магической печатью;

– – –

Значит, нужно избавляться от мучителя до того, как он сочтёт, что первый период ученичества закончен. Ещё бы знать, когда он закончится, Нэйта так и не поняла, кем и как определяются эти самые сроки. Можно было лишь догадаться, что они тем длиннее, чем моложе ученик. Всё же, пусть маги и бездушные твари, но извращенцев в их среде мало. Пока же всё упирается в печать. Понятно, что пока та не заживёт, здоровье, а то и сама жизнь Нэйты находятся в опасности.

Ужин Учитель Ферран опять велел принести в комнату. Но пусть даже и не думает, что Нэйта бросится благодарить. Да, она поняла, что не может находиться вдали от него, да, ей не хотелось встречаться с бывшими товарищами и подругами, но благодарить всё равно не будет.

На этот раз поднос принесла не Жизелька, а одна из старших подавальщиц. Знак уважения? Как бы не так, всем интересно глянуть на бывшую судомойку, настолько заинтересовавшую приезжего некромансера, что он решил забрать её с собой. Пусть смотрят. Уж молчаливое любопытство сотоварищей Нэйта как-нибудь вытерпит. После изнуряющей боли и осознания тех проблем, что маячат впереди, многие вещи, казавшиеся ранее существенными и даже основополагающими, становятся неважными.

Ужин прошёл в молчании, Учитель Ферран лишь поинтересовался, не появились ли у Нэйты вопросы. Появились. Но задавать их она не будет, ибо предполагает, что ответы могут не понравиться. Пусть считает её недалёкой и недогадливой деревенщиной. К тому же, она ведь сказала, что не девственница. Хм, а как в этом случае проходит инициация? Или это не столь уж и важно?

Вот же привязался вопрос! Как будто он сейчас самый главный. Это подождёт. Тут вон какая толстенная книга. В ней обязательно должен быть ответ на другой вопрос. Простенький такой вопрос: как выжить начинающему светлому магу, находящемуся в полном подчинении тёмного некроманта?

Сразу после ужина Нэйта опять взялась за «Общие положения». Перефразируя слова господина лорд-мага, только знания могут её спасти, и она отыщет эти знания. Как говорил папа, вернее тот, которого всю жизнь считала отцом, если в лабиринт есть вход, значит, должен быть и выход, нужно только понять, как устроен лабиринт. Уж папе ли это не знать, ведь именно он периодически менял расположение кустов в хитросплетениях господского сада.

Из папиных ловушек-игрушек она всегда находила выход, даже без подсказки. Значит, справится и сейчас, тем более, если в помощь придёт магия.

Пока Нэйта читала, она совсем не обращала внимания на клеймёную руку, но ближе к ночи, когда усталые веки упорно стремились вниз, боль всё больше давала о себе знать. Даже стон вырвался при очередном неловком движении.

– Очень больно? – на ней остановились холодные глаза исследователя, препарирующего лягушку.

– Терпимо, – Нэйта даже попыталась изобразить улыбку, но и сама поняла, что улыбка вышла весьма жалкой и натянутой.

– На сегодня всё! – безапелляционно заявил некромант и захлопнул блокнот, в котором что-то увлечённо строчил весь вечер. – Завтра рано вставать, отправляемся с утра. Где будешь спать? – резко ошарашил вопросом он.

– А… какие есть варианты? – осторожно поинтересовалась Нэйта.

– Лучший вариант – в моей постели.

Это кому как, её устроит и вчерашний диванчик. Тем более, когда Учитель Ферран уйдёт в спальню, можно ещё немного почитать.

– Я лучше здесь, – голос предательски сорвался на писк.

– Как пожелаешь, – мужчина пожал плечами и кивнул в сторону спальни. Поймав затравленный взгляд, пояснил: – Мыться перед сном будешь?

Не стоит спорить с ним в мелочах. Нэйта поднялась с кресла, осторожно, чтобы лишний раз не задеть больную руку, выбрала в своей сумке смену белья и любимую пижаму со смешной лопоухой мышкой на груди и прошла в гостеприимно распахнутую дверь спальни Учителя, там, стараясь не замечать огромную кровать, прошмыгнула в ванную комнату. Как же хотелось полежать в господской ванне, пускающей самые настоящие пузыри. Но, во-первых, не хотелось заставлять господина лорд-мага ждать, а во-вторых, проклятый ожог на запястье всё больше давал о себе знать. Как бы хотелось, чтобы Учитель Ферран хотя бы на пять минуточек взял за руку и успокоил боль. Но Нэйта не будет его просить, ещё чего, пусть она теперь и подневольная ученица, почти рабыня, но остатки гордости ещё не растеряла. Вот если сам догадается и проявит инициативу… Кто она такая, чтобы спорить с Учителем.

Догадался. Решительно указал на диван и, когда Нэйта послушно села, занял место рядом и взял за руку. Глаза сами собой закрылись от удовольствия. Хорошо-то как. Бедняжка ещё успела ощутить его другую руку на лбу и почти сразу же отключилась. Беспокойная прошлая ночь поспособствовала быстрому действию сонного заклинания.

Нэйта не почувствовала, как её бережно подхватили на руки и куда-то понесли, только сильнее прижалась к крепкому мужскому телу, источавшему тепло и спокойствие.

– Упрямая маленькая апрентис.

Наутро она проснулась на всё том же диванчике, отдохнувшая и даже можно сказать, счастливая. Почему счастливая? Потому что ожог на руке почти не болел и даже подёрнулся сухой подживающей корочкой. Значит, он заживает не только от непосредственного соприкосновения, хороший крепкий сон тоже способствует скорейшему излечению.

– Доброе утро, – приветствовал её лорд Ферран, выходя из своей спальни. – Как спалось?

– Прекрасно, господин Учитель, – улыбка вышла вполне искренней и даже чуть-чуть победной. Всё же правду говорят, дождись утра, и половина проблем уйдёт сама собой.

***

Сразу после завтрака господин лорд-маг велел Нэйте готовиться к отъезду, а сам ушёл проститься с хозяевами.

И чего особенно готовиться? Сумку она не разбирала. Дорожный костюм и причёску выбирать? Так особо не из чего. Отнести книги в библиотеку? Кто ж туда пустит её одну. Значит, остаётся сидеть и ждать. Кто его знает, сколько господа будут прощаться. Пока можно ещё почитать. Вот же досада, по мере того, как лорд-маг Ферран удалялся, боль в запястье усиливалась.

Нэйта не успела толком вникнуть в смысл очередной статьи Общих положений, как господин Учитель уже вернулся.

– Готова? Идём, – он подхватил собственный небольшой саквояж и, не оглядываясь, двинулся к выходу.

– А как же книги? Их же нужно вернуть на место, – Нэйта помнила, что за невозврат книги вовремя от библиотеки могли и отлучить.

Наверное, на хозяев и их гостей это правило не распространялось, потому что господин лорд-маг даже не счёл нужным ответить. Ну да, слуги-то на что? Будут наводить порядок после дорогих гостей, всё и уберут.

Редко Нэйте приходилось пользоваться парадным входом в дом, нечего было здесь делать простой судомойке. Сейчас она немного побаивалась, мало ли что. Нет, лакей учтиво открыл дверь, отвесил поклон, причём так поклонился умелец, что вроде бы как не только одному господину лорд-магу, но и его спутнице тоже, хотя дочку садовника и прачки он знал прекрасно.

На подъездной аллее их уже поджидал тёмно-тёмно-фиалковый, почти чёрный магокар. Похоже, господин лорд-маг Ферран неравнодушен к фиолетовому цвету. Оно и понятно, некромант, что с него взять.

Немудрёный багаж без проблем уместился в багажнике, Учитель лично, как для какой-нибудь важной дамы, открыл переднюю дверцу машины, подождал, пока его спутница займёт предложенное место, и только тогда сел за руль. Машина мягко тронулась.

Принцип движения у всех магокаров был один, и Нэйта даже умела управлять магпикапом, который папа использовал для своих рабочих нужд. Но всё же, как отличались эти машины. Да, в папином не пахло навозом, но и запаха кожи и дорогого парфюма там тоже не ощущалось. Да и панель управления, стоит признать, здесь была намного сложнее, пожалуй, с управлением этой сложной техникой Нэйта бы не справилась.

Разговор не клеился. Лишь однажды лорд Ферран бросил быстрый взгляд на спутницу и коротко поинтересовался:

– Болит?

– Терпимо, – постаралась ответить как можно равнодушнее.

Конечно, клеймо болело. Разве может зажить такой обширный ожог меньше, чем за двое суток? Уж об ожогах Нэйта знала не понаслышке, и первичная боль – это не самое неприятное, дальше могло пойти заражение. А здесь уж, как повезёт, при неблагоприятном течении можно и руки лишиться. Вместе с клеймом. Правда, при совсем неблагоприятном, и жизни. Что-то её мысли совсем не туда пошли, всё же, площадь ожога не так уж и велика. Правда, сам ожог не совсем обычный, а магический.

Магокар затормозил и съехал на обочину. Учитель завернул правый рукав своей рубахи и приказал:

– Возьми меня за предплечье!

– Вам же будет неудобно!

– А ты не сжимай и не дёргай.

Вот и поспорь с таким. Нэйта положила руку туда, куда ей велели. Магокар тронулся.

Неприятная саднящая боль, понемногу увеличивающаяся с самого момента пробуждения, тут же начала успокаиваться, пока не исчезла вовсе. Ещё одна странность магических ожогов.

Ничем примечательным дорога не запомнилась. Города и аккуратные деревушки. Иногда вдали от тракта виднелись жилища магов. Господа-маги свою архитектурную фантазию никак не ограничивали. Иногда это были изящные, летящие вверх воздушные конструкции, иногда – мощные каменные башни и настоящие замки, иногда – скучные серые параллелепипеды без единого зелёного насаждения вокруг. Интересно, каким окажется владение некроманта? Фиолетовый склеп? С него станется.

Остановились они лишь единожды: пообедать в самом обычном придорожном кафе. Сразу после обеда продолжили путь. Нэйта, правильно истолковав повелительный взгляд Учителя, сама положила руку на его оголённое предплечье. Глупо протестовать, когда в результате протеста хуже становится именно тебе.

***

Дом господина Феррана оказался самым обычным городским домом, ничем не выделявшимся в череде таких же на тенистой городской улице. Просторный холл, ярко освещённый падающими из трёх огромных окон солнечными лучами и обшитый деревянными панелями светлого дерева. Слева и справа имелись ещё две двери. На верхние этажи вела массивная деревянная лестница с округлыми перилами. Если бы Нэйта не была уже взрослой, то непременно захотела бы на них прокатиться, очень уж они удобны были для такого дела. И ни одного скелета на виду. А ведь во всех историях про некромантов в их домах обязательно обитали скелеты или зомби.

Шевеление за балюстрадой второго этажа заставило насторожиться. Нэйта неосознанно шагнула за спину спутника.

– Макар, ты опять меня не послушал, и вышел раньше, чем тебя позвали? – строго обратился лорд Ферран к тому, кто пытался следить за ними сверху. – Твоя попытка спрятаться и следить за нами не удалась. Но коли уж вышел и позволил себя обнаружить, спустись вниз и приветствуй мою новую апрентис как положено.

Над перилами показалась рыжая вихрастая голова. Худенький мальчуган лет шести-семи остановился на верхней площадке и, старательно изобразив учтивый приветственный кивок, произнёс: