Пятая глава

Маша

Я ужасно сплю всю ночь, завтракаю в гостиничном номере и оттуда на такси отправляюсь на учебу. Люба едет вместе со мной, и мы заходим в универ к середине третьей пары. Меня это никак не беспокоит, я всегда любила прогуливать. Точнее, это всегда как-то само собой получалось. Образование – не самая главная вещь для меня, но, как оказалось, немаловажная. Работать по полученной специальности я не собираюсь. В моих планах я уже летом выхожу замуж и меняю фамилию. К тому же… учитывая последние события, мой план имеет большой шанс на успех. Осталось лишь узнать соперницу лично, найти ее слабости, ведь они есть у всех.

После занятий я звоню Саше, но тот не берет трубку. Такое уже случалось, но каждый раз он сам перезванивал. Но сейчас я жду его звонка пять минут, десять, а его все нет. Сообщение получаю через долгих тридцать минут, за которые успеваю помыть голову и начать делать укладку.

Любимый: Сегодня не получится. Дела.

В его неожиданные дела мне верится с трудом, поэтому я решаю пойти на отчаянный шаг и потратить свободное время на поиск любой информации о его жене.

Вбиваю нечеткую, но неплохую фотографию в поисковик (спасибо нашему веку за интернет!) и спустя долгие минуты поиска нахожу фото похожей девушки с букетом цветов. Перехожу по ссылке и натыкаюсь на непопулярный цветочный магазин.

Мило.

Я думала, его жена работает в душном кабинете, постоянно носит юбку-карандаш и дешевые блузки или вообще сидит дома и не работает. Я бы выбрала второй вариант. И выберу, как только сменю фамилию.

На сборы уходит еще около получаса, и вот я вызываю такси и диктую адрес цветочного магазина. Не знаю, откуда во мне уверенность, что сегодня встречу ее там. Но что-то мне подсказывает, что сегодня – мой день. Если Саша предпочел не проводить сейчас время со мной, то вселенная должна меня пожалеть и подкинуть хорошую новость. Так и выходит, когда я вижу у прилавка высокую светловолосую девушку с фотографии.

В реальности она даже симпатичнее. Да, выше меня, но ниже Саши. Но на этом ее плюсы заканчиваются. У нее типичная внешность – голубые глаза, которые она даже не способна выделить с помощью макияжа; густые светлые волосы ниже плеч, заплетенные в деревенскую косу. Серьезно, кто-то еще заплетает эту одну бедную косичку? Теперь я понимаю Сашу еще больше. От такой жены можно и погулять.

– Добрый вечер, – здоровается она со мной, но я не говорю ей того же. Сразу делаю заказ и выбираю самые дорогие цветы из тех, что есть у них в наличии. Никогда не любила гортензии, они напоминают мне большие шары. К тому же у этих цветов нет запаха. Так зачем они вообще нужны? Но сейчас я не буду зацикливаться на этом.

Я буду тратить деньги ее мужа, брошу их ей в лицо, и пусть подавится, пусть увидит, кого он предпочел ей.

Она формирует букет, предлагает мне эустомы, и мне приходится поставить эту девушку на место. Чем дольше я нахожусь здесь с ней, тем сильнее не понимаю, почему Саша вообще выбрал ее. Что в ней есть такого, чего нет у меня. И только когда дверь магазина снова открывается и я слышу детский смех, то пазл складывается.

Ребенок!

Неужели она женила его на себе с помощью ребенка? Как банально. И плевать, что я сама подумывала о незапланированной беременности, чтобы охомутать Сашу. Мальчику года три-четыре, он бежит к этой… Виталине, если я правильно разобрала имя на бейдже, и обнимает ее. Что-то ей рассказывает, но я не слушаю. Все мое внимание сосредоточено на его молодом отце, на том, кто сейчас не сводит с меня глаз.

О да, я это чувствую.

Волоски на затылке дрожат, а все тело покалывает от взгляда. Не смотря на его жену и сына, я поворачиваю голову и улыбаюсь Саше. Он не улыбается в ответ, он зол. Нет, взбешен. И удивлен.

Да, солнце, я умею удивлять.

Расплачиваюсь за букет, а потом его жена вместе с ребенком уходит в подсобку. Мальчик держит ее за руку и что-то увлеченно рассказывает, но я и слова не понимаю, так тихо он с ней говорит. Нужно на государственном уровне запретить такой мелочи разговаривать.

– Ты что здесь делаешь, твою мать? – шипит Саша, подойдя ближе. Он стоит у стойки, на которой лежит мой букет. Наши плечи не соприкасаются, но я все равно ощущаю жар его тела и сама начинаю гореть так же.

– Не понимаю, о чем вы говорите, – поворачиваюсь к нему и растягиваю губы в улыбке. Одним движением расстегиваю единственную пуговицу на пальто и показываю Саше наряд – до безумия короткий топ и юбку, которые открывают так много тела, что не оставляют фантазии ни единого шанса.

– Уходи. – Его голос по-прежнему напряжен.

Саша пихает мне в карман пальто пару красных купюр и резко замирает. В отражении витрины я вижу за своей спиной коллегу его жены. Забавно. Ситуация принимает неожиданный поворот. Хочу подняться на носочки и коснуться его губ своими, прижаться к Саше и сделать с ним так много запретных вещей, но вместо этого я запахиваю пальто, застегиваю пуговицу и беру букет. Вижу, как другой флорист старается сделать вид, будто ничего не видела. Но мне плевать. Мне же на руку, если она все расскажет жене Саши. Прямо сейчас. Ведь та все равно узнает о нас.

– До свидания, – громко произношу я и выхожу из магазина. Оставляю за закрытой дверью Сашу, его жену и ребенка, который за те минуты, что мы были в одном помещении, успел меня вывести из себя. Все-таки решение о том, что я не хочу иметь детей, более чем верное.

У выхода вижу припаркованную белую «Ауди». Ведь еще вчера он катал меня в ней, а пару недель назад брал меня на заднем сиденье машины, и мы оба были довольны. А сейчас… я на улице с проклятым букетом, а он там с этими двумя. Не думая и секунды, достаю из сумочки красную помаду и рисую на водительской двери небольшое, но яркое сердечко. Пусть заметит. Пусть видит и знает, что есть я.

И он должен быть со мной, а не с ней.

Шестая глава

Виталина

Не могу вспомнить, как давно мы проводили вечера втроем. Последние месяцы в основном мы с Марком всегда вдвоем, а Саша на работе. Я уже привыкла к этому. Привыкла к небольшому подобию одиночества, но такие вечера дают надежду на то, что все будет так, как раньше.

А раньше было так хорошо…

Пока мы поднимаемся в лифте на свой этаж, я прикрываю глаза и опираюсь о стену спиной. Признаюсь, прогулка в парке меня немного утомила. Наш вечер начался в кафе, где мы, как и просил Марк, заказали большую пиццу и чай для нас, а для сына сок. Марк сегодня был чересчур разговорчив, думаю, это из-за присутствия Саши. Марк его так редко видит по вечерам, что хочет воспользоваться каждой свободной минуткой с ним. Потом мы гуляли в парке и закончили в кинотеатре, из которого ушли раньше, ведь Марк уснул. Он отважно боролся со сном, но бой проиграл.

Сейчас Саша держит Марка на руках и, я уверена, смотрит на меня. Но я не хочу смотреть на него сейчас, мне нужно немного времени, чтобы побыть одной и все обдумать. Выбросить ненужные мысли из головы, запретить себе думать о плохом.

У меня прекрасный муж. Любящий.

У нас ребенок.

У нас семья. И ни один из нас не будет рушить все это.

Я твержу эти слова как мантру. Готова выбить их на теле. Сделать все, лишь бы они врезались в память сильнее.

– Наш этаж. – Двери лифта открываются, и Саша легко касается рукой моего плеча. – Не спи, боюсь, мне вас двоих не унести.

– Я справлюсь, не буду заставлять тебя перенапрягаться, – бормочу я, выходя из лифта.

Подхожу к квартире и открываю дверь. Сразу же включаю свет и снимаю обувь, раздеваюсь. Вешаю вещи в шкаф и после этого забираю Марка из рук Саши. Чтобы окончательно отвлечься, выбираю единственный знакомый мне способ – перенести все мысли на сына. Заниматься им, и тогда лишняя головная боль уйдет.

Завтра в саду выходной, но у меня рабочий по графику, именно поэтому весь день Марк проведет со своим дядей Максом. Даже знать не хочу, чем они будут заниматься на этот раз. В прошлый – пришлось отмывать ребенка от муки и какао часа три, ведь они с дядей пробовали готовить шоколадный торт. Да, торт вышел вкусный, если не брать в расчет тот факт, что большая часть торта была на сыне.

Укладываю Марка в его кроватку, укрываю одеялом и оставляю включенным ночник. Перед уходом, как всегда, целую его в макушку и выхожу из комнаты. Прикрываю дверь и стою напротив нее так долго, что слегка немеют ноги. Я вижу, как в кухне горит свет, но боюсь туда идти. Как получилось, что мне страшно оставаться наедине с мужем? Или дело в том, что мы так редко находимся вдвоем в последнее время, что я отвыкла от него и он для меня незнакомец?

Прошу, пусть эти мысли перестанут кружиться в голове!

– Ты долго. Все хорошо? Мне казалось, он спит крепко. Проснулся? – задает один за другим вопросы, на которые я даже не успеваю ответить. Подхожу к плите, чтобы поставить чайник, но замечаю, что тот горячий, а посуда вымыта. Вымыта? Я точно помню, как утром в раковине оставалось пара кружек.

– Нет, не проснулся, но я не смогла удержаться и просто любовалась им, – признаюсь и бросаю взгляд через плечо на мужа. Хочу смотреть на него, но вместо этого взгляд цепляется за дисплей его телефона, который мгновенно загорается, а затем тухнет.

– Я сделал тебе чай. Твой любимый. С лимоном и малиной.

– Спасибо.

– Ты сильно устала? – вздрагиваю от его вопроса. Даже хорошо, что сейчас я не мою посуду. Боюсь, я бы что-то разбила. Слышу шаги позади себя, а затем крепкие мужские руки ложатся на мой живот, обнимают и прижимают к себе ближе. – Предлагаю посмотреть что-нибудь кроме мультиков.

– Тебя уже не впечатляет Лунтик? – тихо смеюсь, запрокинув голову и упираясь затылком в его плечо.

У нас с ним идеальный рост, мне удобно, когда он обнимает меня так. В фильмах часто говорят, что такой рост идеален для поцелуев. Но тут я уже могу поспорить, их так давно не было, что я все забыла.

Утренний чмок не в счет!

– Мне кажется, от фразы «Я родился!» у меня скоро будет начинаться мигрень. – Он отвечает на мою шутку, но я молчу на этот раз. Хочется сказать что-то о том, что я провожу с ребенком больше времени, но вместо этого соглашаюсь посмотреть что-то другое. Но сначала мне нужен чай. Он-то точно меня успокоит.

Мы уходим в спальню, захватив с собой ведерко ванильного мороженого с шоколадной крошкой. Саша устраивается на кровати, а я сажусь между его ног. Укрываемся одеялом и включаем проектор, на котором начинается показ фильма. Название я забыла уточнить. Что-то из новинок. Смотрим фильм, не разговариваем, и лишь изредка наши руки соприкасаются. Да, я сижу между его ног, прижимаюсь спиной к груди, но даже сейчас все мое внимание сосредоточено на его телефоне.

Почему дисплей снова загорается?

Снова и снова?!

Словно почувствовав что-то, Саша переворачивает телефон экраном вниз.

Обычно муж всегда отвечает на рабочие сообщения, ведь это важно. А сейчас? Почему он повернул телефон экраном вниз? Так было всегда?

Прошу, перестань думать об этом.

У тебя развивается паранойя.

– Мне кажется или мы выбрали скучный фильм?

– А мне интересно, – говорю я, совершенно не понимая, о чем фильм. Он явно о каких-то космических тварях, это все, что я узнала.

– Правда? – даже не смотря на мужа, вижу, как выгибаются его губы в лукавой улыбке.

Молча киваю и зачерпываю еще немного уже подтаявшего мороженого. Засовываю ложку в рот и поспешно глотаю.

– Нет.

– Так ты врушка? – Он смеется мне на ухо, а затем я чувствую его поцелуи на шее. И, если их не помню я, то это не значит, что забыло тело. Оно откликается на каждое прикосновение так стремительно, что я не сразу замечаю, как ведерко с мороженым стоит на полу, я лежу на спине, а Саша возвышается надо мной.

На заднем плане мелькают картинки фильма, но сейчас я сконцентрирована на мужчине передо мной. Красивом мужчине. Он наклоняется, я слегка приподнимаюсь на локтях, когда наши губы находят друг друга. Я прошу себя забыть обо всем, не отвлекаться и полностью отдаться ситуации. Быть телом и мыслями здесь с мужем, а не где-то далеко.

Одежда летит на пол, туда же отправляются одеяло и подушки. Надеюсь, что ими мы ничего не сбили и утром мне не придется все быстро убирать. С появлением Марка мы привыкли к тишине. До сих пор помню хриплые стоны Саши, которые раздавались около уха; помню, как он заставлял стонать меня. Но теперь мы можем позволить себе тихие вздохи, мычание и покусывание губ до крови, чтобы сдержать все, что рвется наружу.

– Я запрещаю тебе вставать в ближайшие минут… сорок. Мне сейчас чертовски хорошо. С тобой. – Его рука поглаживает мои плечи, пальцы зарываются в волосы. Чувствую, что утром мне нужно будет повозиться с прической, но сейчас меня это мало беспокоит.

Лишь тихо смеюсь и киваю его словам. Мы лежим в темноте, фильм закончился, и проектор выключился. Мы с Сашей вдвоем, и это мгновение не в силах разрушить даже телефон, о котором я не могу перестать думать. Приподнимаюсь и накрываю губы Саши своими, хочу оставить право последнего поцелуя за мной. И сейчас, пока он целует меня, пальцы одной руки слегка сжимают мою шею, другой – убирают телефон на пол, туда, где я точно не смогу увидеть его.

Все хорошо.

У меня прекрасный муж. Любящий.

У нас ребенок.

У нас семья. И ни один из нас не будет рушить все это.