Глава 9

Спустившись на первый этаж, мы тут же погрузились в мир громкой динамичной музыки и толпы разгоряченных тел, хаотично курсировавшие по только им понятным направлениям. Биты моментально начали прошивать тело, которое тут же отозвалось на ритмичный призыв и неосознанно само задвигалось под музыку.

Саша уверенно подвигался вперед, крепко держа меня за руку. Вот интересно, вроде бы со Светланкой они двоюродные, а повадки одинаковые. Так и тянуло обоих, цапнув меня за руку, тащить на буксире. Но это ладно, я совсем была не в обиде. Тем более, за такой широкой спиной передвигаться легко и комфортно. Хоть язык всем встречным недовольным показывай, всё равно останешься безнаказанной. Никто не подойдет возмущаться, посмотрев на такого брутала.

Я практически не удивилась, когда динамичный микс перетек в медленную композицию. Позволив Саше обнять себя, мы неспешно закружились под какую-то приятную романтичную мелодию. С английским никогда не дружила, поэтому иностранные песни всегда оценивала по правилу «нравится – не нравится».

В объятиях «Старшего брата» было всё также уютно и комфортно, как и при общении за столом. Моя чувствительность и эмоциональный фон не изменились, сердечко быстрее не забилось, да и дыхание не углубилось. Я спокойно воспринимала тесные объятия молодого человека, совершенно не испытывая никакого романтического флера.

«Было бы здорово иметь такого друга», – пришла внезапная мысль.

– Мариш, – решил прервать затянувшееся молчание Саша, – вы с Глебом раньше были знакомы?

Я даже споткнулась. Умел Сашка задавать прямые вопросы, не топчась на одном месте. Сразу нырял с места в карьер, интересуясь тем, что его конкретно интересовало. И, с одной стороны, такие люди мне импонировали своей прямолинейностью, но, с другой, вгоняли в ступор. Сейчас я растерялась. И что тут можно сказать?

– Мы, – протянула, всё еще обдумывая ответ, – пару раз случайно пересеклись.

Никогда не любила людей, говорящих неправду, но почему-то уверенно заявлявших, что они не лгут, а лишь недоговаривают, чтобы не ранить собеседника.

Как по мне, лучше сразу услышать всю горькую истину от близкого человека, чем смягченную им ложь или урезанную в определенных местах правду. Потому что скрытое обязательно вскоре становилось явным, о нем рассказывали посторонние с сочувствием заглядывая в глаза, и это ранило вдвойне сильнее. Иногда било наотмашь.

Никогда не любила лгунов и всегда старалась не быть ими. Потому ответила Саше так, как было на самом деле.

Ведь по сути ничего особенного между нами с Глебом и не произошло, если смотреть на физическое взаимодействие. Он просто один раз придержал для меня дверь и один раз спас от падения. В наших случайных встречах огромную роль сыграла эмоциональная подоплека. Я с первого взгляда потерялась в невероятной глубине карих глаз, утонула в бархатном голосе, растворилась в теплой улыбке. За три короткие встречи Глеб превратился в магнитик с противоположным для меня полюсом и безостановочно притягивал, не отпуская. И ведь это был совершенно чужой человек.

Чужой, но будто свой.

Посторонний, но как будто родной.

Далекий, но близкий.

– Странно, – протянул Саша, возвращая меня к разговору, – если бы точно не знал, что Глеб недавно приехал из Москвы и вы никак не могли быть близкими людьми, подумал, что вы – давно сложившаяся пара. От вас за столиком будто искры летели.

– Тебе показалось, – постаралась я закрыть тему, которая и мне была непонятна.

Решив отвлечь и себя и партнера от сложного для меня разговора, с улыбкой задала всё также мучавший меня вопрос:

– Ну так на кого учились то, партизаны?

– Аааа, ты всё еще ломаешь голову над этим вопросом? – расплылся в широкой улыбке Саша.

– Конечно, мне действительно это интересно. Прости, но на электриков и сварщиков с поварами и кондитерами вы совсем не тянете, – рассмеялась я, – еще была идея со швеями-мотористками, трактористами, агрономами, механиками и, пожалуй, всё.

– Ух-ты, какая умница, почти всех перебрала, кого не надо.

– То есть вот совсем ни одного попадания? И все выстрелы в молоко? – не поверила я.

– Мимо, мимо, мимо… – Саша не переставал улыбаться в ответ.

– Ну подскажи!

– Хочу еще немного тебя помучить, предложи еще хотя бы пару-тройку вариантов. Правда, мне кажется, их практически и не осталось. Но вдруг в этот раз повезет!

Вредный человек никак не сдавался, но эта игра мне тоже нравилась.

– Библиотекари, – взглянула на Сашу и тут же сама ответила, – Да, нееет…

– Дальше!

– Химики-биологи.

– Молоко! – рассмеялся опять парень.

– Ооо, Боже, – задрав голову вверх, решила разыграть шуточное страдание. И тут же натолкнулась на прищуренный взгляд так понравившихся карих глаз. Глеб стоял, облокотившись на перила второго этажа, и внимательно наблюдал за нами. Заметив, что я его увидела, он улыбнулся краешками губ.

А я, повинуясь какому-то странному наваждению, улыбнулась ему в ответ. И тут же выдала последний пришедший на ум вариант:

– Астрономы!

Сашка буквально заржал. И мне совсем не было обидно. Я опять смотрела на Глеба, и казалось, что его ответный взгляд, как перышко, нежно касается моей кожи и гладит руки, плечи, лицо.

– Вау, ребята, кажется, у вас всё серьезно, – отвлек меня партнер по танцу от очередных гляделок. – Надо огнетушитель искать, а-то от ваших искр и до пожара недалеко!

– Ну хватит уже! Колись, давай! На кого вы учились, – настояла я на продолжении своей темы. – Если не ответишь, придется тебе со мной и под быструю композицию танцевать, не отпущу, пока не узнаю!

Сощурила немного глаза, сделав хмурое лицо, и, как в русской сказке про морское чудовище, погрозив пальцем, прогундосила басом:

– С тебя должок!

Медленная композиция уже сменилась очередным зажигательным треком и вокруг уже вовсю резво извивались красивые молодые тела девушек и парней.

– Пойдем, – потянул меня Саша назад к лестнице на второй этаж. – Там потише, и будет удобнее разговаривать.

Все это он произнес мне на ухо, потому что громкая музыка буквально не давала нормально разговаривать. Просто кивнула, соглашаясь.

И вот опять, я словно хвостик, следовала за спиной Саши.

Поднявшись на второй этаж, «Старший брат», так и не выпуская моей руки, повел нас не к столикам, где сидела его компания и все еще была Светланка, а повернул направо, туда, где у перил стоял Глеб.

Остановившись рядом с ним, Саша пару мгновений внимательно смотрел на друга и, получив в ответ кивок, будто бы сразу расслабился и спокойно отпустил мою руку.

Честно говоря, я пребывала в шоке. Это сколько же лет они крепко дружили и близко общались, что задавали вопросы без слов и отвечали на них жестами. И при этом четко понимали друг друга.

Просто «Вау!». Я от души позавидовала такой искренней и крепкой дружбе.

Посмотрев на одного и на второго, я им так и сказала:

– Вау!

И что бы вы думали? Они опять рассмеялись!

Глава 10

– Мариш, как ты смотришь на то, чтобы сыграть в бильярд? – предложил Саша, кивнув в сторону столов. Глянула, куда он показывал, заметив несколько свободных мест.

Однако, неожиданный поворот. Кажется, возвращать меня подруге и по совместительству своей сестре, парень не планировал. Я не стала долго раздумывать, но сразу предупредила:

– Я почти не умею.

И вот совсем стыдно не было, как есть, так и есть.

– А если со мной в паре? – включился в разговор Глеб.

– Соглашайся, – приобняв за плечи, тихонько подтолкнул меня в нужном им направлении «Старший брат», – Глеб тебе покажет, как надо, потом сама попробуешь. А не понравится, так мы доиграем партию.

Такой расклад меня вполне устраивал. Не став ломаться, просто кивнула соглашаясь и позволила вести себя вперед.

Решив внести полную ясность, чтобы ребята не подумали, что кривляюсь, кокетничаю или играю перед ними прелестную дурочку, сказала, как было:

– Для справки. Бильярдный стол видела. Шары трогала. Кий держала. По шарам ударяла, но чаще мимо. В лузу ни разу не забила. Всё!

Мы как раз дошли до дальнего бильярдного стола, обтянутого зелёным сукном, с лузами из толстой сетки, и остановились. Крупные лампы, висящие на цепочках над столами, рассеивали мягкий желтый свет таким образом, чтобы все внимание сосредотачивалось на столе и игре, а не окружающем пространстве. Но, посмотрев на мужчин, все равно заметила две теплые улыбки, которые затрагивали их глаза.

– А сама игра тебе нравится? – полюбопытствовал Саша.

– Кажется, не очень, – чуть задумавшись, выдала правду.

Тихий смех обоих и меня заставил улыбнуться.

– Мариш, ты действительно необычная, – сделал странный вывод мой бывший партнер по танцу.

– Ты ошибаешься, я обычная.

Сказав это, нисколько не кривила душой. Я, действительно, считала себя обычной, если не сказать больше – скучной. Мне было уютно самой с собой и вполне комфортно. Я не искала приключений, не рвалась в шумные компании, не участвовала в экстремальных мероприятиях. Потому что терялась в них и паниковала. Мне было уютнее находиться дома. Где все понятно и нестрашно. Но в то же время путешествовать, гулять по городу, выезжать на природу мне тоже нравилось, особенно если делать это все точно рассчитав, перепроверив, и обязательно в надежной компании.

Была у меня такая проблема. Я боялась всего нового и неизвестного. Особенно новых людей. Оттого накручивала себя и паниковала. Однако, стоило только осмотреться, разложить для себя все по полочками или принять факт того, что этот самый новый знакомый мне никак не угрожает (в эмоциональном плане), я расслаблялась и становилась вполне общительной, раскрепощенной и естественной.

Спустя пару минут Глеб позвал к стенду:

– Иди сюда, Мариш, выбери кий.

Пришлось срочно брать себя в руки и натягивать на лицо невозмутимое выражение. Сам мужчина уже определился с выбором.

– Ну, вроде бы этот ничего, – кивнула, перебрав несколько и выбрав самый удобный и легкий. – Этот.

– Угу, – Глеб отобрал, осмотрел, и тоже кивнул с одобрением. – Согласен, подходит.

Возвращая вещь, коснулся моих пальцев и легонько их погладил. Легкие мурашки пробежали по руке к шее.

«Так, спокойно, паникерша!»

Вернувшись к столу, заметила, что Саша уже тоже подобрал себе кий и укладывал в уголок на столе разноцветные шары.

Мои партнёры по игре переглянулись, будто опять о чем-то разговаривая без слов.

– Я начну, хорошо? – спросил «Старший брат».

– Да, конечно. – кивнула.

Саша поставил белый шар на сукно и наклонился над столом, прицеливаясь. Невольно засмотрелась на сосредоточенное лицо, на то, как чётким, скупым движением кисти он ударил в шар и разбил так, что остальные раскатились почти по всему сукну. И… один закатился в лузу.

Ого! Кто-то мастер.

Саша выпрямился, повернулся ко мне, в глазах вспыхнула улыбка:

– Продолжим.

И отошёл к столу, выбирая позицию. Следующий удар.

– Есть.

Еще один шар был забит.

Чтобы не мешать, вместе с Глебом, отошли к соседнему столу и, облокотившись на него, внимательно следили за развивающейся игрой. Соседей рядом с нами не наблюдалось, а рассеянный свет создавал ощущение отдаленности от других. Даже музыка здесь совсем не мешала и не отвлекала.

Мне очень нравилось наблюдать за четкими продуманными действиями Александра. Никаких лишних движений. Просто оценил позиции, прикинул возможные плюсы и минусы и, приняв решение, ударил.

Опять выверенный удар. Однако, в этот раз шар не совсем четко полетел в лузу, а отскочил от борта, задев по пути другие шары.

Неужели промазал?

Саша повернул голову ко мне, и ухмыльнувшись, оповестил:

– Твоя очередь, Марин!

Ну вот, опять начала паниковать. Ладошки увлажнились.

«Блиин! Я так и кий не удержу, не то, что смогу ударить», – пришла суматошная мысль.

– Пойдем, – протянул руку Глеб, – не переживай, я помогу. Никто заставлять или давить не будет.

Будто мысли прочитал. Скосила глаза. Теплая улыбка и никакой усмешки.

– Хорошо. Пошли.

Казалось, им обоим нравится постоянно меня касаться. Рука Глеба была теплой и сухой. Перехватив ладонь, он повел меня к столу.

– Подожди, я сумку сниму, иначе будет мешать.

Перевернула клатч вперед и перекинула цепочку через голову. Но мой любимый закон подлости подловил и тут. Изогнутое колечко, из которых была составлена цепочка сумочки, прихватило локон и потянуло его за собой. Хорошо, что сильно не дернула, обязательно бы выдрала себе волосы.

– Мариш, стой. Сейчас помогу.

Глеб перехватил сумку с цепочкой и, повернув меня к себе боком, аккуратно распутал получившееся недоразумение. От близкого контакта мои мурашки опять активизировались. Ну вот полная ненормальность, однозначно! Не могу на этого человека реагировать спокойно. Постаралась сдержать дыхание, чтобы не привлечь лишнего внимания, однако, сердце опять зачастило.

– Все в порядке, – провел рукой вдоль локонов Глеб. – Давай я положу сумку к своему телефону. Не переживай за нее, не потеряется.

– Хорошо. Держи.

Справившись, подошли к столу.

– Мариш, сначала осмотрись и выбери самый удобный шар. Тот, который тебе будет легче всего забивать в лузу. Главное, не торопись.

Я прошлась вдоль стола, делая как советовал более опытный игрок. Определившись, натёрла мелом кий. Хотя бы вот это у меня получалось неплохо.

Так, ладно, игра! Моя очередь бить. Надо хотя бы попасть, потому что бывали такие конфузы, когда мимо шара получалось.

Играла я тоже левой рукой, то есть мне удобнее было опираться на сукно правой. Этакая левша. Поэтому растопырив пальчики и положив кий для опоры на большой палец, наклонилась вперед, отставила одну ногу чуть назад и отвела левую руку с кием для удара.

– Подожди, Мариш, – Глеб, стоявший сбоку, подошел совсем близко, остановился, практически касаясь спины, поправил мне правую руку, чтобы кий не соскальзывал, и отвел немного в сторону левый локоть. – Вот так.

Наклонившись, чтобы проверить, что кончик кия пойдет правильно, подсказал:

– Вдохни, расслабься и бей на выдохе.

«Ага, конечно, расслабься, особенно, когда ты практически меня обнимаешь!» – прокричала мысленно.

Скосила глаза в сторону Саши и заметила его улыбку. Хорошо, что ехидной она не выглядела. Иначе, совсем смешалась.

Перевела глаза опять на выбранный шар, вдохнула и ударила.

Попала! Хотя бы по шару попала!

Боже, я даже от этого уже цвела и хотела прыгать.

Правда в лузу ничего не закатилось, но и то, что вышло, уже было хорошо.

– Ничего, ты же давно не играла, наверное, – оказалось, что Глеб так и не отошел дальше. – Попробуешь еще раз и получится. Я буду направлять твою руку.