Я взяла ткань рубашки на боку и потянула вверх, вытаскивая из брюк, а потом просунула под нее ладонь. Коснулась гладкой кожи. Следов раны, которую я упорно старалась перевязать в пещере, тоже не было.

Грудь Драйдена заметно вздрогнула. Он прерывисто втянул воздух, крылья носа затрепетали. Глаза сузились до обжигающего темно-синего прищура.

Улыбка растянула мои губы. Впервые за ночь это была почти нормальная улыбка. Как будто через пелену сна. Но я не переставала касаться его, просто проводя незамысловатые линии на коже. Стоило ладоням сдвинуться ниже, как его руки, до сих пор накрывающие мои, сжались чуть сильнее.

Драйден поднялся так быстро, что все перед глазами смазалось. Мелькнуло лишь синее пламя взгляда, когда он резко поцеловал меня. Так резко, что можно было забыть, как дышать.

Я скорее ощутила, чем услышала едва уловимый утробный звук, похожий на рокот. Он прокатился по губам и ворвался в рот. А потом… мое дыхание буквально пили, так же как кровь совсем недавно. И почти так же яростно. Это кружило голову, заставляя привстать над кроватью и тянуться к нему.

Поцелуй начинал жечь губы, жечь меня. Огонь внутри поднимался. Как в бреду, в моей голове бились обрывки мыслей.

Я судорожно сглотнула, когда он ненадолго оторвался от меня. Ладонь почти невесомо легла на мой затылок, а потом… Драйден наклонился к шее. Дыхание не было горячим, но оно буквально оставляло следы. Как и скользящий по коже полураскрытый рот.

Моя голова сама запрокинулась назад. Руки обвили его спину. Тянули ткань рубашки. Против воли у меня вырвался короткий всхлип. Я хотела прошептать его имя, но голос не слушался.

И через секунду это не значило уже ничего. Ровно в тот момент, когда я ощутила клыки. Дыхание у меня в горле тут же застыло ледяным комом. Пальцы на его спине разжались. Оцепенение побежало по венам, как жидкий азот, заставляя похолодеть все внутри. Низ живота скрутило в тугой, болезненный узел. Нет, все мое тело превратилось в узел.

Стало темно перед глазами, и тьма казалась багровой, вязкой. Из нее начали всплывать воспоминания, полные страха и боли. Высеченный из камня трон, истекающий кровью Драйден, последняя улыбка Рюи, истошный вопль Джен…

Я пыталась сбросить с себя это, и когда была уверена, что почти вырвалась, в голове зазвучали обрывки фраз. Те, что станут наваждением. Слова, произнесенные на крыше.

– Тебя можно поздравить?

– Я не понимаю, о чем…

– …не строй из себя невинность! …Ты уже успела запрыгнуть к нему в койку? …понравилось трахаться с клыкастым? Бэ буду, еще как понравилось!

– Джен, этого не было!..

– Лучше просто заткнись! Я не хочу больше это слушать. Не хочу видеть никого из вас! Мне проще считать тебя мертвой.

Вокруг рассыпались искры. Не те, что были частью освещения, а мои собственные. Соскальзывали с рук. Еще миг, и тело наверняка вспыхнуло бы, если бы меня не схватили за плечи сильные руки, вытаскивая из кошмара наяву. Они возвращали назад, когда, казалось, не осталось даже комнаты, где я только что находилась.

Кто-то коснулся лица и стер мокрую дорожку на щеке.

Я успела заплакать? Опять? Похоже, что да.

Очертания действительности приходили медленно. С короткими тихими глотками воздуха. Я не сразу осознала, что по-прежнему сижу на кровати в апартаментах Драйдена, высоко подняв голову.

Черные пряди волос мазанули по плечам. Из темноты надо мой появилось его лицо.

Драйден смотрел мне прямо в глаза. Не знаю, сколько, но это длилось уже какое-то время. Черные брови были сведены до глубокой морщины, прорезавшей лоб. Лицо частично скрывала тень. Его рубашка, которую я так и не успела снять, была подпалена в нескольких местах, но огонь не причинил вреда.

– Прос… ти… – с трудом я выдавила из себя единственное слово за долгое время.

Голос… Он будто принадлежал существу, которое впервые смогло заговорить.

Ван Райан молчал. Лицо разгладилось, преобразилось почти за секунды. Он тронул мои волосы до странности неловком жестом, а потом заправил их за ухо.

– Не нужно просить прощения, – вымученная улыбка коснулась его губ. – Я принесу зелье, и, надеюсь, оно поможет тебе заснуть. Не волнуйся, я останусь рядом.

От этих слов стало заметно холоднее даже в самой комнате.

– Постарайся ни о чем не думать, – попросил он голосом, в котором отчетливо слышалась хрипотца, – и ничего не предпринимать… снова.

Но ему не нужно было волноваться. Мне некуда бежать, чтобы исправить хоть что-то. И того, что случилось в ванной, больше не повторится.

Я продолжала смотреть на него с чуть приоткрытым ртом. И меня снова заскребло изнутри. Нервно, тревожно.

«Если бы это было так просто – не думать ни о чем!»

– У нас еще будет время…

Сердце застыло, пропуская удар, а потом резко забилось как сумасшедшее. Быстрее. Громче.

«А что, если не будет? Совсем недавно я чуть не потеряла тебя!»

Все так же в ступоре я сидела перед ним. Драйден склонился ниже, мягко поцеловал в лоб. Задержался, но видя, что я еще не в себе, выпрямился и отступил.

По лицу словно прошли прохладные пальцы электрических разрядов. В голове вдруг стало пусто, но совершенно неосознанно я продолжала наблюдать за ним.

Явно не желая отводить взгляд, Драйден с головы до ног оглядел сначала меня, а потом себя. Чуть нахмурился, увидев, в какое удручающее зрелище превратилась его одежда из-за моего огня, и отошел к изножью кровати.

Он стоял в профиль в этой пелене золотых искр, и те порхали от его движений. А я могла только наблюдать, как он разворачивает наспех закатанные рукава, снимает рубашку через голову, не расстегивая нижние пуговицы, и небрежным жестом отбрасывает волосы за спину.

В горле снова встал ком.

Я хочу быть с ним несмотря ни на что. Особенно теперь, осознав до конца, каким хрупким может быть… все. И какие еще причудливые зигзаги может готовить судьба.

Что, если у нас есть только эта ночь?

Во мне что-то запульсировало и забилось. И с каждой секундой оно нарастало. Я, пошатываясь, встала с кровати. Драйден в изумлении уставился на меня. Шагнул ближе, но не осмелился подойти вплотную. Медленное текучее движение. В нем чувствовалось сомнение.

– Кристина, что ты делаешь?..

Что я делаю? Наверное, пытаюсь исполнить единственное желание, которое у меня еще осталось. Или делаю то, в чем меня успели обвинить …

Мои пальцы вцепились в пояс на талии и развязали его. Полы халата разошлись в стороны, широкой полосой обнажая грудь, живот, бедра… Я подняла руки и скинула его с плеч на пол. По телу тотчас побежали мурашки.

Драйден на несколько мгновений замер, грудь поднялась в тяжелом прерывистом вдохе. В глазах снова вспыхнула яркая синева. Темный взгляд неспешно скользил по мне, словно вбирая в себя то, что он видел.

Странное движение воздуха. Оно прохладой огладило меня. Чуть ужалило шею, очертило потяжелевшую грудь и остановилось на бедрах. Я вздрогнула. Меня касались без единого прикосновения. Была на то его воля, или сила вырвалась сама, я не знала. Но мне было все равно. Никогда и ни перед кем я не чувствовала себя настолько обнаженной.

Но так продолжалось не долго. Он вновь вздохнул и подошел. Поднял с пола халат и попытался набросить его на мои плечи, почти незаметно отводя взгляд горящих глаз.

Я остановила его руки.

Решительно. Возможно, даже слишком. Сделав шаг, приложила ладонь к груди и посмотрела Драйдену в глаза. Не уверена, что хотя бы раз в своей короткой жизни я на кого-то так смотрела. Отчаянье, желание и тонкий шлейф смятения – эти чувства наполняли меня и вот-вот готовы были хлынуть через край.

«Не надо. Не уходи. Ни на секунду…»

Рука совсем робко двинулась ниже. Может, мое тело еще помнило, каково бояться обжечь его. А может, дело лишь в чувстве вины и стыда.

К черту! У них будет тысяча шансов сожрать меня заживо, но сегодня этого больше не повторится! Не рядом с ним!

Глаза Драйдена широко распахнулись, когда я прижалась приоткрытым ртом к его груди и чуть прикусила кожу. Заглядывая в лицо исподлобья. Хоть он и не мог проникнуть в мои мысли, сейчас это не требовалось.

Опав бесформенной кучей, халат снова оказался на полу. Светлячки искр окутывали два силуэта, прорисовывали их и иногда, касаясь обнаженных плеч, таяли, как снежинки. Это продолжалось, пока два силуэта не соединились…

…ладони, медленно скользящие по шее и плечам. По спине вдоль позвоночника. Но даже такие прикосновения во мне пробуждали огонь. Чей-то глухой сдавленный стон, разделенный на двоих.

И мои ногти, царапающие его плечи.

Желание становилось навязчивым. Желание стать еще ближе. Прижиматься теснее. Кожей к коже.

Его размеренность была почти мучительной. Я слишком не привыкла, что меня не торопят. Что бывает как-то по-другому. А он… Он определенно не выносил спешку. Хотя я чувствовала, как задеваю его за живое.

Особенно, когда между нами появилось пространство. Когда среди звуков поцелуев слышала шорох ткани и бряцанье пряжки.

Мне хотелось увидеть его полностью обнаженным, чтобы запомнить этот миг. Навсегда запечатлеть в своей памяти сильное, но гибкое тело. Для этого даже пришлось вновь положить ладонь ему на грудь. Заставить прервать, кажется, бесконечную череду поцелуев, от которой кружилась голова. И тяжело дыша отступить назад, иначе бы он так и нависал надо мной всем своим ростом.

Я пыталась выровнять дыхание, пока мой взгляд скользил по нему. От склоненной головы и подбородка, отмечая тонкий, но мягкий изгиб улыбки. Ниже, по его вздымающейся груди и будто сведенным от напряжения мышцам живота…

Мои щеки тут же запылали так, словно я по щелчку пальцев перенеслась к пламени огромного костра.

Что ж, Боги совершенно точно ни в чем не обделили его…

Эта ночь была далеко не первой моей ночью с мужчиной, но сейчас меня охватило легкое оцепенение. Только оно совсем не пугало. Наоборот, было покалывающим и манящим.

Я облизала губы, чуть приоткрыла рот, и тут же поняла, что Драйден внимательно наблюдает за мной. Даже пряди рыжих волос, упавшие на мое лицо, мягко скользнули в стороны. Он тоже хотел видеть меня. Хотел знать, не передумала ли я.

Нет, не передумала. И не передумаю.

Я вновь шагнула к Драйдену и протянула руки. Сначала, привстав на носочки, обвила его шею и прижалась всем телом так тесно, что мое лицо опалил его невольный стон. От взгляда затуманенных синих глаз все сжалось внутри. Напряженная плоть упиралась мне в живот, пульсировала между нами, и единственное, чего я хотела, так это наконец почувствовать его…

В одно резкое движение Драйден склонился к моей шее, зарылся пальцами во влажные волосы и тяжело втянул воздух у самого уха.

– Кристина… – собственное имя хрипло мазнуло по коже.

Я захлопала ресницами и не сразу поняла, что до этого момента двигала бедрами, словно танцуя в своем собственном ритме. Все то время, что прижималась к нему.

Моя рука опустилась и коснулась его. Лишь кончиками пальцев самой вершины. А потом я сдавленно застонала, когда его руки обхватили и сжали бедра, приподнимая меня над полом.

Нет. Никакого стыда не будет. Ни за то, что мы делаем. Ни за то, что я хотела отдавать свой огонь. Это единственное мое «нет» на сегодня.

И я приму его заботу, от которой по телу бегают волны то жара, то электризующей, сбивающей с толку прохлады. Позволю поднять себя выше и опустить на шелковистые покрывала и простыни, принимающие нас, как потоки воды. Позволю себе поддаться течению.

Подо мной разлилось темно-синее озеро ткани. Черные волосы водопадами опускались на кожу. Щекотали плечи и грудь.

Туман в моем сознании следовал за ним, за его руками. За прикосновением губ. Он затрагивал какие-то невидимые струны, что протянулись внутри моего тела. Это раскрывало меня и подчиняло одновременно.

Снова дрожь, звуки двух дыханий. Сбивчивые, громкие и… на удивление ровные и глубокие, прокатывающиеся по коже. Тихий скрип кровати, когда он опускался ниже вдоль моего тела. Все это походило на звучание какой-то протяжной мелодии. Мелодии, в которую вклинивались порой моя нестройность и нетерпение…

Я ахнула и зажала рот рукой, когда меня пронзило сначала от короткого несильного укуса на внутренней стороне бедра, а потом… О, черт!

Широко раскрытыми глазами уставилась в пространство потолка.

Дыхание толчками вырывалось изо рта и билось о ладонь. Выгибаясь, будто меня схватили за талию и подняли над кроватью, я прикусила свою руку. Пальцы на ногах поджались от накатывающих ощущений. Их почти сводило. Сейчас мне так хотелось зажмуриться и вжаться щекой в кровать. Нарушить свое обещание не стыдиться так быстро…

Тут же, буквально в следующую секунду, по струнам внутри прошел импульс. Чужая воля, говорящая не закрывать глаза. Не отворачиваться. Воля, сегодня ставшая единой с моей.

Я опустила руку, пытаясь дотянуться до него. Вспотевшая спина прижалась к простыне. Рывком я приподняла голову и наткнулась на темно-синий огонь взгляда. Прямого и пронизывающего. Едва ли не властного.

Почему-то от этого там, в самом низу поднялась волна. Ее было уже не остановить. Можно лишь замедлить. Или наоборот. Возможно, потому что не ожидала от него такого. И потому, что это слишком отличалось от его привычных масок.

Чуть ниже пупка на меня легла ладонь. Пальцы надавливали там. Напряжение в животе резко стало тугим и натянутым. Я дернулась и начала яростнее хватать воздух ртом. Вновь и вновь. Дрожащие пальцы нашли его руку. Кажется, оцарапали ее, но потом все же скользнули между пальцев.

Темно-синее глаза прищурились. Хитро, даже лукаво. Ток прохлады снова гладил мою грудь, прихватывал соски. То мягко и осторожно, то неожиданно сильно. Я запрокинула голову назад и вскрикнула. Не в полный голос, но так высоко. Низкие ноты пришли следом с глухими стонами при каждом мимолетном его движении.

Тонкая грань. Обрыв, но я лечу не вниз, а вверх. Белая вспышка перед глазами. Я словно сама была ею. Из меня разом вырвали все сомнения и мысли. Осталось только растекающееся по телу тепло, все еще пульсирующее. Я чувствовала себя очень легкой, будто тело утратило вес. И в то же время руки и ноги стали ватными.

Смазанный темный потолок плыл перед глазами. Одинокие золотые искры тянулись сюда. Искали. Плыли над моей головой. И я вдруг подняла к ним руку. Туда, вверх. Точно пыталась прикрыться от света солнца.

Что-то двинулось на самой границе взгляда. Тень, которая медленно нависла надо мной. Длинные белые пальцы переплелись с моими и завели руку за голову. Окунули в прохладную влажную простынь.

Я пыталась сморгнуть марево перед глазами, чтобы наконец увидеть над собой его лицо и полуприкрытые мерцающие глаза. А затем слабо улыбнуться, как через мираж.

Улыбке было суждено растаять в долгом поцелуе, а прядям черных волос – смешаться с мокрыми разметанными вокруг головы рыжими волосами.

Я первой подалась бедрами навстречу, нетерпеливо ища и чувствуя ответное желание. Мне на ключицы, прямо над грудью, опустилась его ладонь, а потом она неспешно поползла между нами, до самого низа. Сначала он дразнил и ласкал меня там, откуда по телу разливался жар, заставляя резкие короткие стоны превращаться в едва различимое «М-м-м…». Потом я почувствовала, как Драйден прижался ко мне. И наши бедра стали плавно смыкаться.

Он вошел почти полностью, когда я вздрогнула и застыла под ним. Ощущения близости поглотили меня. Она оказалась тягучей и острой. Ни капли не похожей на то, что испытывала прежде.

– Угхм-м-м… – потонуло где-то между нашими губами. То ли всхлип, то ли стон.

Гримаса боли на миг исказила мое лицо. Я резко выдохнула через нос и невольно прикусила его губу. Почувствовала во рту железо крови, которое мешалось со сладкой солью.

Драйден замер надо мной и ждал. Не двинулся. Когда он разорвал поцелуй и чуть поднялся, опираясь на локти, у меня вырвался стон разочарования. Словно нечто, уже ставшее моим, пытались забрать прочь. Не давая себе отчета, я прихватила собственную губу зубами, повела головой к плечу и посмотрела на Драйдена из-под полуприкрытых век. Не считая темной капли крови на его губе, лицо выглядело слишком сосредоточенным.

Своим взглядом он снова задавал мне тот же вопрос:

«Ты действительно уверена?»

Скользя по простыни, я двинулась вперед, чтобы оказаться так близко, как смогу. Бедра поднялись выше. Мы были целым еще секунду назад, но сейчас это ощущение… стало полным.

Рука, которую Драйден все еще держал в своей, сильнее переплела наши пальцы. Таким было мое «да».

Темное пламя вспыхнуло ярче, губы вновь накрыли мои. Теперь уже мы вместе словно покачивались над озером сапфирово-синих покрывал.

Сперва это было настолько невыносимо медленно, что казалось, я вот-вот сойду с ума. Как гипнотический танец, подчиненный строгому ритму, который иногда сбивался из-за меня.

Ходьба по тонкой грани человечности.

Все звуки в комнате, включая наши дыхания, дополняли этот танец. Когда его губы отрывались от моего лица или шеи, мне казалось, он почти любовался мной. Голова становилась тяжелой. В ней смешивались все отголоски и образы происходящего. Я не сразу поняла, что глубокие низкие стоны принадлежали именно мне.

На ключицах, груди и животе искрился пот. Как крупицы бисерного перламутра.

«Еще, хочу еще…» – услышала я в собственной голове, когда плотно сжала его бока ногами.

Меня снова пронзило чувство болезненной остроты от соединения наших тел. На этот раз окрашенное пряным трепетом, поднимающимся в самом низу живота. Так, что самой хотелось растянуть это ощущение, двигаться к нему. Раскрыться до конца.

Драйден отпустил мои руки, которые переплетались пальцами с его. И они тут же обхватили его за плечи, отбросили черные волосы за спину, а потом переместились на бедра. Ногти медленно и игриво очертили их по кругу, а потом снова. На каком-то инстинктивном уровне я хотела вынудить его утратить самоконтроль. Потому что мне нужно было увидеть его полностью настоящим. Пусть даже таким, как в той пещере. Я ведь уже сказала себе, что принимаю его и… приняла.

Прерывистое дыхание на моем лице резко стало более жестким. Глядя на заострившиеся черты Драйдена, краешком сознания я почувствовала себя победительницей. Пока он не остановился и не подался назад, а на его губах не появилась легкая дразнящая усмешка. У меня вырвался протяжный умоляющий стон, и я приподнялась на лопатках. Ухмылка стала еще шире, а между нами снова скользнула его ладонь.

Пальцы коснулись меня, но он и не думал покидать мое тело. Вместо стона, я судорожно вздохнула, вдруг втягивая живот и запрокидывая голову назад. Весь огонь в крови хлынул туда. К его ласкам и к его ритму, бьющемуся во мне.

Черт! Дерьмо!

Перед глазами замельтешили золотистые точки. Их стало слишком много, и они появились из ниоткуда. Я вновь оказалась лежащей на лопатках. Резко, словно упала с большой высоты. Тело опять выгнулось дугой. Сознание рассыпалось калейдоскопом искр. Руки больше не сжимали его бедра, а лежали рядом и стискивали, комкали мятую водную гладь постели. Из самого низа тек такой плавящий жар, что от каждого теперь уже стремительного и сильного толчка с губ срывались жалобные стоны, полные наслаждения.

Жар захватил меня полностью, застыл в теле, сковывая его, и в следующий миг разлетелся на куски. Заставляя все вокруг уйти в золотистую полутьму.

Я снова почувствовала свое тело, лишь когда мой рот буквально запечатали поцелуем, а хриплый рокочущий стон отозвался внутри, как часть меня.

Он и был частью меня…

Вскоре прикосновения губ стали более мягкими и ленивыми. И я знала наверняка, что утром за такой бурей эмоций придет «похмелье», стоит мне остаться одной.

Но сейчас это не важно. Важным было что-то другое. Но только что?

Глаза закрылись. Обволакивающее тепло словно погружало в омут. Какое-то смазанное ощущение, будто меня подняли на руках. Потом снова прикосновение шелковистой ткани к спине. Странная мягкость под головой и шеей. И короткий момент полной безмятежности.

Тяжело… Откуда эта тяжесть на груди? С трудом вздохнешь! А еще ощущение чужих ладоней под лопатками.

Я вяло подняла руку, потерла веки. И обалдела, увидев прямо перед своим взглядом узоры темных волос, упавших на его лицо и мою грудь.

Он. Меня. Обнимал!

Драйден обнимал меня.