Мой дядя поддерживал связь со многими дворянами Одалии, пытавшимися десять лет назад организовать восстание против моего отца.
– Даарское восстание, – припомнила я.
– Крестьяне жаловались на плохое обращение, а мелкое дворянство, воспользовавшись этим предлогом, объявило войну Одалии. Но прежде на город напал дэв, в результате чего погибли многие горожане, среди них оказались наши мамы. – Он помолчал и грустно добавил: – Все с трудом пережили эту утрату.
– Я очень сожалею, Ваше высочество.
– После нашлись те, кто считал, будто дэва призвали Темные аши, а мой отец вступил с ними в сговор против собственного королевства. И в числе честолюбивых дворян, поверивших в эту ложь, оказался герцог из Хольсрата. Даже есть доказательства того, что это он спровоцировал восстание, но мой отец вместо виселицы выбрал для него заточение. Кален до сих пор испытывает вину за поступки отца, а когда речь заходит о моей безопасности, может быть крайне настойчив. Намереваясь исправить ошибки отца, он с самого детства обучался бою на мечах. И лишь совсем недавно – вскоре после нашей первой встречи с тобой в Ниве – его стеклянное сердце засветилось серебром. Но он, как и прежде, предан моей семье. Я доверяю ему как брату.
– А что насчет вашего старшего брата, Халада