Сгущенка

 
По копеечке – сорок восемь,
Как раз на банку сгущенки.
Мы с братом в ту самую осень
Пили молоко струйкой тонкой.
 
 
По троечку, по десятику у мамы тырил,
Да пустые бутылки, копеек по восемь,
В «стеклотару» сдал штуки четыре,
Всё подсчитал – ровно сорок восемь!
 
 
Пьем, блаженствуем, праздник что надо!
И к чему бы это, а ссора случилась:
Ты пьешь дольше!.. Нет – ты!.. И радость
Как вода молоком замутилась…
 
 
Вечером мама с работы приходит,
Я во двор, как нашкодивший кот…
Не ругаясь, сказала: Не надо, Володя,
Брать без спроса, не кради наперед.
 

Рыбалка

 
У дяди поплавок то и дело ныряет,
Рыбы натаскал с полведра, не меньше.
Червей то и дело скармливал зря я,
А в ведре одна только рыбка плещет.
 
 
Комаров вокруг тьма-тьмущая,
Пищат возле уха и больно жалят.
Толи у дяди была удочка лучше,
Толи черви крепче держались.
 
 
Клюёт!.. подсекай проворней,
И не дергай удочку, вот меня
Дядя учит и с досады стонет,
Не так нанизывать надо червя!..
Поплавок нырнет чуть в воду,
Подожди, а потом осторожно тяни.
Очень просто, видишь, Володя!..
Хитрость маленькую пойми…
 
 
Высоко уже солнце, трава росою парит.
У меня улов весь на дне рыбок с пяток,
Ельца с ведро шутя наловил старик…
Разменял я тогда лишь девятый годок.
 

Мы с другом

 
Хакасские степи лежат между гор.
Что там за рекою? – затеяли спор
Друзья, и решили устроить поход.
Идут и идут час за часом вперед.
 
 
Зеленой полоской их манит тайга.
Выбрана цель: не достигнем пока
Заветного леса, запалим костер…
И разрешится наш давешний спор
 
 
А лес и не думал расти в небеса —
То саженцев кедра шумит полоса.
Вошли, а верхушки по пояс, плечо.
Они рассмеялись, им всё нипочем!
 
 
Но тайна открыта, достигнута цель.
Пичуги приветствие слышится трель.
Вернулись. Устали, довольны собой.
И снова уж спорят: А что за горой?..
 
 
Далекие горы, а там что найдем?..
«А завтра в разведку, Серега, пойдем?!»
И снова в поход устремились друзья,
И этот с успехом предел ими взят.
 
 
С горы и на гору, уставшие, все же идут,
Нелегкий романтики юности труд!..
Уж вечер, а горы не знаю конца…
Там дальше темнеют как тайна леса.
 
 
«Серега, пора возвращаться домой,
С утра мы протопали, сколько с тобой».
Назад путь тяжелый, был легче вперед…
Я помню походный счастливый тот год.
 
 
Окрестности все мы излазили с другом,
На север, на запад, ходили и к югу.
Судьба развела меня с ним навсегда,
В разных живем мы теперь городах.
 

Каникулы

 
В такие дни, в каникулы, ни часа
Остаться дома просто невозможно.
Подростки пацаны после шестого класса
На речку шли, в поля, и шкодили безбожно.
 
 
Кто умыкнет капроновых игрушек,
Кто раздобудет пороха пакетик,
Есть чем теперь порадовать нам душу,
Каникулы запомнятся нам эти!..
 
 
Часа в четыре утра на протоку,
Елец и хариус клюёт пока на «мушку»,
Через поля идти и вовсе недалеко,
В бутылке чай, лук, соль, румяная горбушка.
 
 
В такие дни, как нынче жарит лето,
Сидеть под крышей дома невозможно!
Трусы, сандалии, шляпа из газеты,
«Войну» в траве устроим придорожной.
 
 
Кусок фанеры в щит, штакетник в меч
Преобразит в тот час воображенье,
Всё в щепки искрошим, чего беречь,
Когда в разгаре жуткое сраженье!
 
 
Царапины, занозы, синяки —
Лишь распалят раненья боевые…
Каникулы!.. Как дни те далеки,
«Убитые» лежим в траве живые…
 

Улицы детства

 
Вот здесь я в чижика играл
С окрестною ватагой,
И в небо змея запускал
Из реек, обтянутых бумагой,
А здесь играли в чехарду,
Чуть не ломая шеи.
 
 
По этим улицам пройду
Назад полвека, где я
Девятилетним пацаном
В сугроб нырял с забора,
В саду с Валеркой под окном
Поспорили до ссоры.
 
 
А эта улочка в канал
Приводит через дамбу,
Я на плоту как адмирал,
Тараню Витьку…. Амба!
Трещат плоты: На абордаж!
В воде мы с Витькой оба.
 
 
А флот уплыл из досок наш,
Не выдержали скобы.
А эту лавочку я сам
Пилил, строгал, мастрячил,
И приглашал под вечер дам,
Как рыцарь настоящий.
 
 
Татьяна, Олечка, Валёк
Мои навек подружки,
От этих дней тот день далёк,
Они теперь старушки.
 
 
И здесь и там я подмечал,
Для всех чужой прохожий,
Что край мой милый всех начал
На этот не похожий.
 

Канал

 
Бельтырка речка сквозь поселок
Текла в болотах заводях, кустах.
Гусей на берегу, пасущих телок
С теплом увидишь, зимняя пуста.
 
 
Мостки, как продолженье улиц,
Из досок в нужном месте есть…
Однажды поутру проснулись,
И ужаснулись – море здесь!
 
 
Разлив реки, и паводок обильный
Ближайшие дворы сейчас зальёт.
Спасают люди скарб, детей, скотину…
Я накрепко запомнил этот год.
 
 
Мы на чердак, а ты до тетки, сына,
Вернешься после, как вода сойдет,
Вскричала мать. Бегу по улице так сильно
От страха, что волной подхватит, унесет.
 
 
Но это наводненье кажется пустяк —
Других масштабов видел разрушенья,
Когда вода обрушится, как враг,
Что на пути, подхвачено теченьем.
 
 
Как високосный год, так произвол стихии:
Потопит скот, и урожай в полях погубит.
Сибирь, тайга, снега, … Россия!
Страдать доколе будут люди?
 
 
Канал решили выкопать глубокий,
Так, мол, спасем поселок от воды.
Нагнали технику, и объявили сроки,
За пару лет трудов пожнем плоды.
 
 
Наш дом стоял у насыпи вплотную,
Под окна гравий сыплют, в палисад.
Теперь ни небом из окна любуясь —
Камней поток по стенке град.
 
 
Зимой, как перейти канал?
По скользким склонам невозможно,
Пыхтит, ругается и стар, и мал:
Нет подвесных поблизости дорожек.
 
 
В двух километрах мост, за ним другой,
Петлю крутить не каждому по духу,
И всякий раз через канал, как в бой
Идет там взрослый, дед или старуха.
 
 
А детворе на радость жарким летом
Идти в канал рыбачить и купаться.
Там я, пацан, слетев с плота одетый,
Чуть не утоп, спасли, но нахлебаться
 
 
Воды успел от страха и стыда,
Ведь я, умея плавать по-собачьи,
Мог сам до берега добраться без труда,
И от обиды, что спасли, я чуть не плачу.
 
 
В канал и брат, с гулянки возвращаясь,
Скатился пьяный вниз и… захрапел.
Под осень, холодно, нашли его случайно,
Простуженный, всю зиму проболел.
 
 
А через год дают и нам квартиру,
(Избу, где жили, брали напрокат),
Сменили Стадионную на Мира,
Устроились, и жизнь пошла на лад.
 
 
Никто не помнит имени той речки,
В каком году построили канал,
Когда случится, может с ним осечка,
Сам Бог, и тот, наверное, не знал.
 
 
Вода пришла, был високосный год,
И Абакан заметно громче заревел.
Канал спасет, уверен был народ,
Туда-сюда гуляющий без дел.
 
 
За сутки и поля, и лес ушел под воду,
Канал наполнился почти, что до краев.
Еще такой воды не видели мы сроду,
Пастух к горам спасать погнал коров.
 
 
Вдоль полотна железнодорожного заторы
Из бревен, с бирж прибило их теченьем,
И мост накренился, сорвется уже скоро,
В тревоге взрослые, а детям развлеченье.
 
 
И видел я, как с насыпи ручьями
Сначала нехотя вода стекала вниз,
Песок размыв, и мелкий гравий, камень,
И… прорвало! И мат, и рев, визг!..
 
 
Вода, кричу я, мама, на подходе,
Что делать, лезть на крышу ли бежать?
Садись в машину с Толиком, Володя,
Езжайте в клуб одни, решила мать.
 
 
Как уносил поток заборы, стайки всюду,
Как с мест сдвигал он запросто дома,
И крики, вертолетов, рев моторок не забуду,
Как только люди не сошли от этого с ума.
 
 
За сутки, полпоселка уничтожив,
Поток воды ослаб и обмелел.
Спуститься вниз на улицу мы можем,
Не ждать, брести по пояс кто хотел.
 
 
Вокруг разруха, доски, мусор, вещи,
И кое-где поют как прежде петухи,
Еще и лодки те, ночные встретишь,
И подвезут, коль будет по пути.
 
 
А что канал? Его как не бывало,
Размыт он с самого начала до конца.
Бельтырки речка снова зажурчала,
То там, то здесь наполнив озерца.