Перемены

 
Убрали вдоль забора тротуары,
И улицы отсыпали щебенкой,
Теперь дом быта в школе старой,
Куда учиться бегал я ребенком.
 
 
Сменили вывески большие магазины,
И вместо домиков-киосков павильоны,
Снуют и там и тут японские машины,
И купол церкви есть позолоченный.
 
 
Где комбинат, там ветер и руины,
И обмелела в зарослях протока,
На месте озера безжизненная тина,
На поле паханном лесочек недалеко.
 
 
За десять лет большие перемены
Я нахожу, что стал чужим поселок,
Как декорации меняются на сцене,
Грущу душой, а внешне я веселый
 
 
Что снова здесь, по улицам прохожий,
Такой, как все, но редко кто узнает,
Приеду я в родной поселок, все же,
Он не заметит так же, как я уезжаю.
 

22.06.87.

Бывает же такое

 
Бог ты мой, бывает ведь такое!
Ночь не выдаст, дочка не поймет —
Мама жениха звала на огород
Соблазнять в любовники героя.
 
 
Муж старик похрапывает мирно,
Дочка в гости к девкам собралась.
Закипела, не сдержать у мамы страсть,
К молодому и так, и сяк настырно.
 
 
Руки жмет и в ухо дышит шумно:
Поцелуй, прижми, я вся в огне!
Извините, теща, не разумно
Нам и дальше быть наедине.
 
 
Где уж там, и сильными руками
Тянет на себя, и впилась в губы:
Милый мальчик – шепчет – любый!..
Устоять не смог бы даже камень.
 
 
Я прошу, не стоит, успокойтесь!..
Но не в силах тут же убежать,
Ну, дела, подумал, вот так мать,
Делай-де что хочешь, я не против.
 
 
А она слепая вся в порыве,
Видно, нынче много приняла…
И покрыла тайну ночи мгла,
Мама дочки хоть на час счастливей.
 
 
Заскрипела в тишине калитка,
Двери в сенях стукнули в косяк.
Не дай бог тут угодить впросак,
И любовники сбежали прытко.
 
 
Ночное небо – решето без края,
Река в дали порогами шумит,
Всяк счастлив, утомленный, спит.
Обычная история такая…
 

14.09.87.

Мгновенья памяти

 
Расколото полотно…, и части
Дуновеньем порхают небрежно;
Так посуда из рук – на счастье,
Или в стену комочком снежным.
 
 
Обессмертить мгновенье словом,
Собирая брызги цветные детства,
Тем придать им, порядок новый,
Душе-страннице приодеться…
 
 
Вот увидел себя мальчишкой,
От мороза румяные щечки.
Шапка, шарфик, на вате пальтишко.
Я – охотник, солдат и летчик!..
 
 
Ногу выше, тяните носочки!
Раз-два, раз-два, левой, раз!
Я шагаю по лужам и кочкам.
Я курсант, и дом мой – плац.
 
 
Ромб в петлице, костюм с лавсаном.
И прощальный студенческий бал.
Выпускник. Инженер…. Как странно!
Новизны впечатлений шквал…
 
 
Ряд станков. И начальство. И планы.
Суета! И нервозность: давай!..
Мне опять удивительно странно,
Роль чужую как будто играй.
 
 
И расколота вся картины…
Брызнет память струёй огня.
Нет для грусти моей причины,
Отпустила бы память меня!..
 

19.01.89.

Студенты

 
Завернутый в вечернюю газету,
За пазухой пригреется бутыль,
И рыхлая минтайная котлета
Навеет мне студенческую быль.
 
 
Автобуса селедочную плотность
Привычно с полчаса и потерпеть.
Товарищ мой – студент голодный,
После котлеты с водкой станет петь
 
 
Мне под гитару грустные напевы,
Любовь свою, оплакивая скрытно:
«Влюбился я в молоденькую деву,
Она меня не любит, как обидно!..»
 
 
Когда стоят стаканы под завязку,
От дыма сигарет висит уже завеса,
Расскажем незатейливые сказки,
Банальные студенческие пьесы.
 
 
Потом и сам под финиш, опьяненный,
Пойду искать в ночи оборванную нить,
И под окном униженно влюбленный,
Начну себя за что-нибудь корить…
 

11.12.89.

Мириться поздно

 
Короче, мириться поздно?
А впрочем – обиды ложны.
 
 
Ах, как ты ревновала!
Змей, паскуда, козел!..
А потом отдавалась,
Я люблю тебя, мол…
 
 
День и ночь – круговерти,
Занесет все песком…
Но в руках те же плети,
Тот же окрик и гром.
 
 
Нет, не так, чтобы злилась,
А боялась – уйдет!
Душу всю занозила,
И не первый уж год.
 

29.02.92.

Подражание

 
Играли в домике
Из веток на поляне.
Она – жена,
Девчонка восемь лет,
А я ей муж – пацан.
«Домой явился пьяный,
Опять нажрался, гад! —
Кричит жена, – чуть свет.
Мой руки, покормлю» —
Ворчит и накрывает стол.
Так взрослым подражая,
Готовится игрой своей
Исполнить «женский» долг.
За пьянку пожурит,
А вечером прощает.
Вот мама куклу дочку,
Завернув в пелёнку,
Баюкает малышку
И песенку поёт
Всё нежным голоском,
И ласковым и тонким.
Она в своей игре
Воистину живет.
Зовет ложиться спать
На мягкую постель,
Целует в щечку,
Гладит по головке.
В игру так искренне
Вплетает
Картины быта канитель,
Ведь девочке жене
Нужна сноровка.
И мы, обнявшись,
Муж с женой,
Нам хорошо,
Приятно и тепло.
И нет стыда еще,
Что значит быть нагой,
Что значит в жизни
Настоящей зло.
 

19.09.92.

Ревность

 
Я прошу тебя, если ты сразу
Скажешь тут: Я люблю, дорогая!
Мне признание такое важно,
Буду знать, на уме не другая.
 
 
Только я. Не молчи, я обижусь.
Три словечка всего-то, о боже!
Не могу принужденно выжать,
В горле ком и колючий как ежик.
 
 
Не сумел, чепуху предлагая,
Мол, жена, провожу до постели,
Ты пьяна чересчур, дорогая,
Мой язык несуразное мелет.
 
 
Ночь запомнилась, эти кошмары
Будут сниться укором немым,
Кто не ведал ревнивую ярость,
Ни на миг не поверил бы им!..
 
 
Так любить могут женщины!..
Так любить и мужчины могли.
Ночь из прошлого – наша трещина,
Боже правый, любви помоги!..
 

19.04.93.

Не мешая, помогите

 
Не ворчите, мои дорогие,
Что я ночи пишу напролет.
Я и нынче отдамся стихии,
И не думаю, кто-то прочтет.
 
 
Не поэт же, но кто его знает,
Самородок души извлеку,
И на поприще этом стяжая,
Сам себя от беды сберегу.
 
 
Слово к слову потянутся нити,
Пусть пока извлекается фальшь.
Вы еще хоть чуть-чуть потерпите,
Не читайте занудно мораль.
 
 
Долго шел я, все муки изведав,
Издырявился весь в решето…
Будет праздник, а может победа,
Иль гримасы да цирк шапито.
 
 
Всё равно! Я склоняю колени,
Умоляю, поверьте хоть раз,
Что в душе нарождается гений,
Ну не гений… пока что сейчас.
 

20.04.93.

Стихи о любви

 
Быт и бытие; описывать скучно.
Откровенность – занятие скверное.
Поэту – лирика. Уму – научное.
В воображенье то и другое верно.
 
 
Мужчина, женщина – самец и самка.
Фу, как пошло!.. душе – противно.
Любовь и страсти. Комедия, драма.
Поцелуи. Букеты. Вечер интимный.
 
 
Вот это лирика, тайно, божественно!
А в лоб: Предлагаю жениться. Дурак!
Ему – смелость. Ей – женственность…
Стихи о любви ведь, а что-то не так.
 
 
Разнотравье. Прохлада тенистого сада.
На скамейке влюблённые. Красота!..
Лепет вздорный. Признаний тирада.
К сердцам влюбленных открыты врата.
 
 
Встречи тайные. Расставания долгие.
Слёзы – в подушку. Кошмарные сны.
Ворчат неустанно родители строгие.
Но нет же в любви ни греха, ни вины!..
 

07.08.93.

Сгущенка

 
По копеечке – сорок восемь,
Как раз на банку сгущенки.
Мы с братом в ту самую осень
Пили молоко струйкой тонкой.
 
 
По троечку, по десятику у мамы тырил,
Да пустые бутылки, копеек по восемь,
В «стеклотару» сдал штуки четыре,
Всё подсчитал – ровно сорок восемь!
 
 
Пьем, блаженствуем, праздник что надо!
И к чему бы это, а ссора случилась:
Ты пьешь дольше!.. Нет – ты!.. И радость
Как вода молоком замутилась…
 
 
Вечером мама с работы приходит,
Я во двор, как нашкодивший кот…
Не ругаясь, сказала: Не надо, Володя,
Брать без спроса, не кради наперед…
 

13.09.93.

Первые стихи

 
В авоське учебники переплелись,
Углами в ячейках топорщатся…
От волнения губы до боли бы сгрызть,
Как похвалы и поддержки хочется!..
 
 
Со стихами робко тетрадь подаю,
Мол, скажите, пожалуйста, слово учителя…
Душа и сердце в восторге поют,
Окрылите надеждой поэта-любителя!
 
 
«Завтра я жду тебя вечером, можешь?..»
Небрежно тетрадку бросает на стол,
Там, где другие стопками… Боже!..
Влепит мне двойку, с ошибками, мол.
 
 
Так и случилось: «Прочла я страницу,
А дальше читать не хватило мне сил.
Так откровенно писать не годится…
Ты русский язык очень плохо учил».
 
 
Спасибо! – и стыд опаляет мне щеки,
Тетрадку я рву на клочки беспощадно.
Помнится год переломный далекий
Всю жизнь, но учителю я благодарный.
 

15.09.93.

Сила юности

 
На поверхности
Блики алмазами.
Зачерпнул —
И богатства в горсти.
Безголосый,
И путами связанный,
Я бы выдохнул
С чувством: Прости!
Поле режется
Тропками многими.
Где моя?..
Заблудился средь них.
Были мы
Романтично убогими,
Чтоб найти
Бриллиантовый стих.
Время вспять
Кинолентой не скрутится,
Отразят не красу
Зеркала.
Кто бы знал,
Как всё в жизни получится,
Силу юность
Кому б отдала?!
 

01.09.95.

Абакан – Виттенберг

 
Сберечь и лепет детский,
И строгий мамин голос…
Я – человек советский!
Вчера закончил школу.
Билет мне комсомола
И со звонком последним
Торжественно вручают.
Мол, партии наследник.
Я с юностью прощаюсь.
 
 
Бежит по рельсам поезд,
Веселый смех ребячий.
Нас из поселка – трое.
В стаканах чай горячий,
Наивный взор горящий,
Ничто нас не тревожит,
В груди мечта свободы,
И полки с пухом ложе.
Да, были, помню, годы…
 
 
Через год я вернулся с опытом,
Приключений изведав сполна.
Тут повестку вручили, и хлопоты,
Призывает солдата Страна!..
На два года прощай, сторона.
Ничего, мама, выдюжу, что ты,
Две зимы и опять мы с тобой.
Служба – долг, боевая работа.
Буду весточки слать я домой.
 
 
На погонах полоски сержантские,
Грудь мундира в красивых значках.
Жизнь забыли немного гражданскую.
Ну, счастливо! – обнял земляка.
Руку жмет – До свиданья! Пока!
Путь не близок, Уральские горы
Незаметно ушли в горизонт…
Дорогие, увижу вас скоро!..
И на полке мечтательный сон.
 
 
Здравствуй, мама!.. Дождалась, сынок.
После отдыха, начались будни.
В цех вернулся, освоил станок.
Мама утром тихонечко будит,
И обед завернет в узелок…
Быстро так пролетели полгода,
Еду завтра, неблизкий мой путь.
Попрощался с друзьями у входа,
Всё смешалось – и радость и грусть.
 
 
Я студент, первокурсник. Доволен:
Смог, осилил. Ну, парень, держись!
Здесь учиться не то, что бы в школе,
Угадай, что судьба готовила, жизнь.
Напоследок назад оглянись…
Я сберег и наивности лепет,
Мамин голос поддержкой звучит:
«В люди выйдите выучкой, дети,
Там к успеху и радости ключ…».
 

08.07.96.