Цитаты из книг автора «Рик Янси»

Страх скрывает от нас истину и искривляет восприятие очевидного, такая это отрава. Страх ведет нас к иррациональным предположениям и ложным выводам.

Мы часто мстим, когда прошло уже много времени, тем, кто ни в чем не виноват, кто всего лишь напоминает нам наших обидчиков. Мы грешим, причиняя им тот же вред, что причинили нам, и тем самым до бесконечности продлеваем боль, испытанную нами

Что, если с помощью своих острых ногтей этот уже взобрался на потолок над моей головой, и, стоит мне сделать еще шаг – он обрушится на меня, и вцепится своими бледными лапками, и вырвет мне глаза? Я прямо увидел, как я кручусь посреди лаборатории, кровь хлещет из моих пустых глазниц, а существо размером с кулачок сползает по моему лицу и обрывает мои истошные вопли, вырывая мне язык мускулистой лапкой и съедая его крошечными острыми зубами.

хлынул вниз по узкой лестнице в подвал, однако тьма у подножия лестницы будто оттолкнула его или послужила волнорезом: весенний свет разбился о нее, словно о каменную глыбу.

Этой ночью мы исполняем свой долг. Мы на посту. Мы – студенты природы, так же как и ее продукт, все мы, включая и это создание. Рожденные одним и тем же Божественным разумом, если ты веришь в такое, потому что как же иначе? Мы солдаты науки, и мы исполним свой долг.

– Вообще-то, это понимаешь уже потом, когда все кончится. – Что кончится? – Когда любовь пройдет. – Значит, я ее не люблю. – Ну, значит, не любите. – Но я бы убил его, если бы она… если бы они… если бы… – Я бы сказал, что это скорее синее, чем красное, в вашем случае, мистер Генри. – Как, по-твоему, имеет какое-то значение то, что я убил трижды, прежде чем влюбиться однажды? – Это вы про себя спрашиваетет или про людей вообще? – И про себя, и вообще. – Люди скорее заслуживают смерти, чем любви, – но это мое личное мнение.

– Лилли! Что, она оглушила тебя ударом стула и утащила в Монструмариум? – Она сказала, что хочет мне кое-что показать. – Один совет, Уилл Генри. Если особа женского пола говорит, что хочет тебе кое-что показать, убегай. Скорее всего, это нечто такое, чего тебе не захочется видеть.

Дерьмо. – Он хихикнул. – Все – дерьмо. Я – дерьмо. Ты – дерьмо. – Его взгляд упал на обезьянью физиономию Августина Скалы. – Он – определенно дерьмо… Жизнь – дерьмо. Любовь… любовь – дерьмо. Уортроп начал было говорить, но фон Хельрунг его оборвал: – Не надо, Пеллинор. Это говорит не Джон. Это чудовище.

– Здесь – это в вашем лагере? Или вопрос экзистенциального характера? – поинтересовалась я.

Полагаю, что во всей Северной Америке вряд ли найдется человек, столь же мало приспособленный к воспитанию ребенка, как я. Для меня взрослые, и те невыносимы, а детей я вовсе не считаю людьми.