Нико ди Анджело до сего момента сидел так тихо, что Перси почти забыл о его существовании. Теперь он поднялся – в своей черной тоге Нико выглядел весьма внушительно.
Перси впервые понял, что этот тощий, нелепого вида мальчишка может быть серьезным врагом. – У нас открылась вакансия центуриона, – заявила она. – Один из наших офицеров, к тому же и сенатор, решил уйти в отставку. Она провела десять лет в легионе и теперь переезжает в город, где будет учиться в колледже. Гвен из пятой когорты, мы благодарим тебя за службу.
Перси не мог себе позволить предаваться таким фантазиям. Большинство его воспоминаний исчезло, но он знал, что это не его дом. Его дом в другом месте, где у него другие друзья.
Я римский бог, мальчик. Я бог военной мощи, которую используют для благих целей. Я защищаю легионы. Я радуюсь, когда попираю тела врагов, но я не люблю беспричинной бойни. Я не хочу войны без конца. Ты еще узнаешь это. Ты будешь служить мне.
Серьезную проблему создавал для них Перси. Он сражался, как демон, ввинчивался в ряды защитников форта совершенно непривычным для них образом – подкатывался им под ноги, рубил мечом, а не колол им, как обычно это делали римляне, колотил легионеров плоской стороной меча, вызывая у них всеобщую панику.
Медаль за самопожертвование, серебряный диск на красно-черной ленте – такой медалью награждают погибших при исполнении долга. Ее вручили Фрэнку так, словно это было что-то важное, словно эта медаль могла вернуть ему маму.
Перси, казалось, не в первый раз сталкивался со смертью и словно бы знал, что такое горе. Главное тут было – уметь выслушать. Не нужно было выражать сочувствие. Единственное, что помогало, это движение… продолжение жизни.
Она – одна из первых женщин, погибших в бою. Она спасла нескольких солдат, прижатых к земле вражеским огнем. А сама… сама погибла. Похороны состоялись перед самым моим отъездом сюда.