Алиса проснулась от резкого стука в дверь. Сердце бешено колотилось, а во рту пересохло – она не могла вспомнить, когда в последний раз пила воду. Стук повторился, настойчивый, почти угрожающий.
– Кто там? – голос звучал хрипло, будто она кричала всю ночь.
– Горничная. Вам нужно освободить номер до одиннадцати.
Алиса взглянула на часы – 10:47. Она проспала больше двенадцати часов. В голове гудело, как после тяжелого похмелья, хотя алкоголя она не употребляла. Вчерашние события всплывали обрывками: письмо, Марк, его слова… "Я помню ваш голос".
Она резко встряхнула головой, словно пытаясь стряхнуть навязчивые мысли. Быстро собрала вещи, проверила, не забыла ли что-то – письмо было надежно спрятано во внутреннем кармане сумки. На столе лежала записка, которую она не помнила, чтобы писала: "Не возвращайся в кафе".
Алиса скомкала бумагу и швырнула в урну. Чем быстрее она покинет этот город, тем лучше. На ресепшене пришлось ждать – администратор что-то долго проверяла в компьютере.
– Миссис Воронцова? У нас для вас сообщение.
Ладонь внезапно стала влажной. Алиса медленно взяла конверт – такой же, как вчера. Тот же почерк. На этот раз без имени, только адрес: "Ул. Старая Пристань, 22. Полночь".
– Кто оставил это?
– Мужчина. Примерно час назад. – Администратор пожала плечами. – Сказал, вы знаете.
Алиса сглотнула ком в горле. Она рванула к выходу, не дожидаясь чека. На улице ярко светило солнце, люди спешили по своим делам, совершенно обычный городской день. Только она чувствовала себя так, будто попала в чужой сон.
Такси до вокзала ждало ее у отеля. Алиса уже открывала дверь, когда в кармане пальто нащупала что-то твердое. Ключ. Старомодный, с причудливым узором на головке. Она точно никогда раньше его не видела.
– Меняем маршрут, – услышала собственный голос. – Улица Старая Пристань, 22.
Дом оказался старым особняком на окраине города, явно заброшенным. Кривые ставни, облупившаяся краска, заросший двор. Алиса стояла перед воротами, не решаясь войти. Что она здесь делает? Это же безумие. Нужно просто сесть на поезд и уехать.
Но ноги сами понесли ее вперед. Ключ идеально подошел к ржавому замку. Скрип двери прозвучал как стон. Внутри пахло пылью, сыростью и чем-то еще – возможно, книгами. Много книг.
– Марк? – ее голос дрогнул в полумраке.
Ответом была тишина. Алиса сделала шаг вперед, потом еще один. Вдруг свет вспыхнул – на столе горела лампа, хотя никто ее не зажигал. Под ней лежала фотография.
На снимке она стояла рядом с Марком. Оба улыбались. Дата на обороте: 22 июня 1999 года. За двадцать два года до их встречи в кафе.
Руки задрожали. Это был фотошоп, подделка, должно быть… Но платье на ней – точно такое же висело в ее шкафу дома. А шрам над бровью Марка – именно там, где она вчера заметила тонкий белый рубец.
Алиса опустилась на стул. Голова кружилась. Вдруг раздался скрип – где-то наверху шаги. Медленные, тяжелые. Кто-то спускался по лестнице.
– Кто здесь? – она вскочила, готовая бежать.
Но когда фигура появилась в дверном проеме, Алиса застыла. Перед ней стоял мужчина в очках с толстыми линзами. Не Марк. Кто-то другой, но… знакомый.
– Вы, – прошептала она. – Вы были на похоронах моего мужа.
Мужчина кивнул. Его голос прозвучал удивительно мягко для такого сурового облика:
– Я знал, что письмо вас сюда приведет. Вы всегда приходите, Алиса. В каждом цикле.
– Каком цикле? О чем вы…
– Двадцать два года, – перебил он. – Ровно столько проходит между вашими встречами. Вы и Марк. Встречаетесь и расстаетесь. Снова и снова.
Алиса почувствовала, как пол уходит из-под ног. Она схватилась за стол.
– Это бред. Я впервые увидела его вчера!
– В этой жизни – да. – Мужчина достал папку с бумагами. – Но не в предыдущей. И не в той, что была до нее.
Он открыл папку. Вырезки из газет, фотографии, документы. На всех – она и Марк. В разных городах. В разные годы. Всегда с разницей в двадцать два года.
Самая старая фотография пожелтела от времени. 1933 год. На ней стояли две незнакомые люди, но Алиса вдруг поняла – это они. Каким-то необъяснимым образом она узнала себя в этой женщине в старомодной шляпке. И его – в высоком мужчине с тростью.
– Кто вы? – прошептала она.
– Хранитель. Тот, кто помнит. – Он поправил очки. – Ваш муж тоже был хранителем. Пока не решил вмешаться.
– Вмешаться во что?
– В цикл. Он хотел его разорвать. И умер за это.
Алиса резко встала, отбрасывая стул. Это переходило все границы.
– Довольно! Я не знаю, что за больные игры вы затеяли, но…
Шаги на крыльце заставили ее замолчать. Дверь распахнулась. В проеме стоял Марк. Его лицо было бледным, глаза – огромными.
– Я вспомнил, – сказал он. – Все вспомнил. Мы…
Хранитель резко поднял руку:
– Не говори! Вы не должны…
Грохот выстрела оглушил Алису. Хранитель рухнул на пол. В дверях стоял незнакомец с пистолетом. Марк бросился к Алисе, толкнул ее в сторону:
– Беги!
Она не помнила, как оказалась на улице. Как бежала по переулкам. Как в итоге очнулась на вокзале, с билетом в руках и одной мыслью в голове – нужно бежать как можно дальше.
Поезд тронулся. Город остался позади. Алиса сжала в кулаке ключ – единственное, что у нее осталось. И неведомо откуда взявшиеся слова, которые она прошептала в темное окно:
– Мы не должны были встретиться.
За стеклом, в отражении, на долю секунды появилось лицо Марка. Потом поезд нырнул в туннель, и отражение исчезло.
Поезд мерно покачивался на стыках рельсов, а за окном мелькали темные силуэты деревьев. Алиса прижала ладонь к холодному стеклу, пытаясь унять дрожь в пальцах. В кармане пальто лежал тот самый ключ – тяжелый, холодный, с замысловатым узором, который она теперь безошибочно узнавала бы среди тысячи других.
Кондуктор проверил билет и ушел, оставив ее наедине с гудящими в ушах воспоминаниями. Выстрел. Кровь. Марк, кричащий "беги". И этот человек… этот "хранитель", говоривший какие-то безумные вещи о циклах и повторяющихся встречах.
"Бред", – Алиса сжала кулаки. Но тогда как объяснить фотографию 1999 года? Она достала телефон, руки дрожали так, что она трижды ошиблась с пин-кодом.
– Марк… – она набрала его имя в поисковике, потом остановилась. Что она искала? Подтверждения того, что он существовал до вчерашнего дня?
Соцсети выдавали десятки профилей с таким именем, но ни один не принадлежал тому мужчине, которого она встретила под дождем. Она попробовала добавить параметры поиска – город, возраст. Ничего.
"Как будто его не существует", – мурашки побежали по спине. Алиса перевела взгляд на сумку, где лежало то самое письмо. Она боялась его перечитывать, но еще больше боялась, что оно исчезнет, если она на секунду выпустит его из виду.
Поезд замедлился, приближаясь к очередной станции. Алиса машинально посмотрела на название – и кровь застыла в жилах. "Станция 22 км". Двадцать два. Снова это число.
Она вскочила, хватая сумку. Нужно было выйти. Сейчас же. Что-то здесь было не так… поезд не должен был останавливаться на этой станции, ее не было в расписании.
Платформа была пустынной. Одинокий фонарь освещал табличку с названием, покосившуюся от времени. Вдалеке виднелись огни какого-то здания – возможно, вокзала. Алиса шагнула вперед, и в этот момент поезд, который должен был стоять еще несколько минут, резко дернулся и тронулся, оставляя ее одну в холодной ночи.
– Эй! – она побежала за уходящим составом, но было поздно. Окна вагонов мелькали перед глазами, и в одном из них… она поклялась бы, что в одном из них увидела свое собственное отражение, но одетое в какое-то старое пальто, с прической, которой у нее не было никогда.
О проекте
О подписке
Другие проекты