Цитаты из книг автора «Рейчел Уэллс»

Приют… От одного слова мурашки по коже! На редкость неподходящее название для места, которое мы, кошки, между собой именовали «камерой смертников». Может, паре котов и повезло попасть оттуда в новые семьи, но кто знает, что случилось с ними потом? Где гарантия, что хозяева хорошо с ними обращались? Все мои знакомые коты сходились во мнении, что от приюта добра не жди. И мы прекрасно понимали, что тем, кого не заберут в новую семью, грозит смерть. Конечно, я считал себя достаточно привлекательным и не лишенным обаяния котом, но рисковать не хотелось. – Ты прав, собаки его живьем съедят, – пробормотала Линда. – К тому же в приютах в наши дни не так-то плохо. Да и вряд ли Алфи там задержится. – Она замолчала, словно сама не до конца верила в то, что говорит. – Нет, других вариантов я не вижу. Утром позвоню в приют и в компанию по уборке. А потом можно будет связаться с агентом по недвижимости. – Из голоса Линды ушли последние нотки сомнения, и я понял, что судьба моя предрешена. Если, конечно, я не возьму ее в свои лапы. – Так-то лучше, – ободряюще улыбнулся Джереми. – Я понимаю, что тебе тяжело, но, Линда, будем откровенны: учитывая возраст твоей матери, случившегося стоило ожидать. – От этого, знаешь ли, не легче. Я прикрыл уши лапами. От услышанного голова шла кругом. Две недели назад я потерял свою хозяйку – единственного человека, которого знал. Моя жизнь перевернулась, сердце разбилось, а теперь я, судя по всему, еще и стал бездомным. И что прикажете в такой ситуации делать коту? Я всегда был до крайности домашним. Я не сбегал по ночам на улицу, меня не тянуло охотиться и гулять по крышам с другими котами. Зачем, если есть мягкие хозяйкины колени, миска с едой и теплое место для сна?

Даже в детстве я не слишком любил игрушки; наверное, тут сказалось влияние Агнес, которая смотрела на такие вещи с нескрываемым презрением. Желая произвести впечатление на тетушку, я тоже делал вид, что забавляться с игрушками ниже моего достоинства. Теперь же я, наоборот, занялся ими с преувеличенным энтузиазмом, чтобы порадовать Клэр. Я загнал мячик под диван и чуть не застрял, пытаясь его достать. Я бил по нему лапой, и он откатывался все дальше и дальше. Когда я наконец вылез из-под дивана, гордо сжимая в зубах добычу, Клэр держалась за живот от смеха. Настал черед попрыгунчика: я попытался схватить его, но игрушка проскользнула у меня между лап и, звеня, покатилась по полу. Я погнался за ней; несмотря на все мои охотничьи навыки, я никак не мог толком ухватить эту штуку и жутко бесился. Мы носились туда-сюда по комнате, а Клэр явно была в полном восторге от происходящего, хотя я в душе не чаял почему.

Меня теперь кормят в двух местах, а если повезет, скоро начнут кормить и в третьем, так что не стоит забывать о физической нагрузке (поскольку от еды я отказываться не собирался – слишком свежи были воспоминания о голодной жизни на улице). Иначе в один прекрасный день я просто перестану пролезать в кошачью дверцу! Хотя я все время бегал между тремя домами, пришлось признать, что я порядком обленился. Я хорошо выглядел и потихоньку набирал вес – совсем как в те дни, когда жил у Маргарет. Но расслабляться не собирался. Что, если я снова окажусь на улице? Сама мысль об этом заставляла шерсть на загривке вставать дыбом

но грозные мужчины, разговаривающие на чужом языке, слегка остудили мой пыл. А вдруг там, откуда они приехали, едят кошек? Я не был уверен, что такое место существует, но не горел желанием испытывать судьбу. Агнес рассказывала, что в некоторых странах собаки считаются деликатесом. Раз так, почему бы им не есть и котов? Перспектива закончить свои дни в кастрюле меня не привлекала.

Но еда прежде всего! После ужина мы вернулись

Меня разбудили два местных кота, которые громко выясняли, кто из них главный красавец (ничего удивительного, моим собратьям тщеславие не чуждо). Судя по темнеющему небу, я проспал несколько часов. Соперники обратились ко мне как к независимому эксперту. Здраво рассудив, что, приняв сторону одного, я непременно вызову гнев второго, я заверил обоих, что никогда не видел таких красивых котов, и благоразумно сбежал, пока они не придумали новый повод для ссоры.

куда и уселась Полли с ребенком. Она прижала малыша к груди, и он тут же замолчал. Мне стало любопытно: я несколько раз видел такое по телевизору, но в жизни – никогда. Я очень смутно помнил, как меня когда-то кормила мама-кошка, и при виде женщины с ребенком сердце вновь сжалось от тоски по прошлому. Внезапно хозяйка дома подняла голову и увидела меня. Я приветливо моргнул и приготовился поздороваться, как вдруг она закричала! Младенец с готовностью к ней присоединился, и в комнату вбежал перепуганный отец. – Что случилось? – спросил он. – Тут кот! – взвизгнула его жена, одновременно пытаясь успокоить ребенка. Ее реакция меня слегка обидела – даже Джонатан при всем его котоненавистничестве себе такого не позволял. – Полли, но это всего лишь кот, чего ты так перепугалась? – Мэтт говорил с ней ласково, как с ребенком. Малыш уже успокоился и вернулся к своему занятию, зато плакать начала женщина. Я подумал, что совершил большую ошибку: судя по всему, эта дама жутко боится кошек. Трудно поверить, но она смотрела на меня с нескрываемым ужасом. – Я читала, что кошки убивают детей! – проговорила она между всхлипами. Оскорбленный до глубины души, я возмущенно мяукнул. Нет, я отнюдь не безгрешный кот – мне случалось убивать мышей, птиц и даже кроликов, но причинить вред ребенку?! При одной мысли об этом шерсть становится дыбом!

Я подумал, до чего же люди странные существа. Джонатан в одиночку живет в большом доме, а тут семья из четырех человек (и пускай двое еще совсем маленькие) ютится в маленькой квартире. Я не понимал, зачем это нужно, но такой порядок вещей казался мне несправедливым.