Наши дни
Даша
Если подкрашу глаза и губы, тоналку и румяна нанесу – буду эффектной красавицей. В двадцать восемь это еще легко, тем более времени для ухода за собой хватает. Я нахожусь в бессрочном отпуске или, по словам старшей сестры Юльки, сижу на шее у родителей.
Но мама не против, говорит, мне надо отойти от стресса. Последний мой работодатель оказался мошенником – воровал нефть на бумаге и продавал воздух.
Как это ему удавалось, не выходя их кабинета, трудно сказать. Главное, некоторые любители дешевой нефти верили и переводили деньги на счет, а потом к нам в офис нагрянули ребята в черных масках с автоматами. Я была только помощником бухгалтера, меня не долго мурыжили на допросах, а вот начальник получил реальный срок.
Особенно расстроила новость мою сестру, – Юля мечтала, что я выйду замуж за начинающего нефтяного магната. Теперь при каждой встрече твердит, что мне пора научиться правильно выбирать в жизни: работу, мужчину и обои в детскую.
Сестра ждет второго ребенка и недавно выгребла с маминых антресолей все наши старые детские книжки.
– Тебе-то не пригодятся! Ты же у нас чайлдфри.
Я спорить не стала, просто помогла донести две увесистые коробки до такси. И еще подумала, что при солидной зарплате Юлькиного мужа можно кучу новых книг купить, а не подклеивать издания восьмидесятых годов. Нет, жадничает сестрица. На принцип идет или дразнит меня нарочно. У нас всегда было небольшое соперничество, но я во всем отставала – в возрасте, в масштабах амбиций и даже в весовой категории.
К тридцати пяти годам Юлька раздобрела и отточила высокомерный взгляд. Длинные балахоны стала носить и волосы закалывать в высокую прическу с парой игривых завитков на висках, точь-в-точь древнеримская матрона. Родители правильное имя выбрали.
А меня Дарьей назвали, в переводе с персидского «обладающая благом и всяческими дарами». Очень хочется соответствовать. Жил когда-то персидский царь Дарий – жутко богатый и властный дядька. Его потом Александр Македонский победил.
Детские рассказы про великих полководцев Юлька тоже забрала, а ведь книжку мне родители на двенадцать лет подарили, даже надпись соответствующая на корочке сохранилась. Папа у меня бывший военный, сегодня у него юбилей, в нашей маленькой квартире много народа соберется, хочется выглядеть особенно хорошо и «беспроблемно».
Я помогла маме приготовить рыбу в фольге и нарезала пару фирменных салатов, а два пирога – мясной и сладкий, мы заказали в ближайшей кулинарии. Можно было, конечно, серьезную дату отметить в кафе, но папа настоял на домашнем торжестве. Он у нас экономный, открыто гордится, что помог дочке с зятем за три года выплатить ипотеку, а теперь копит денежки, чтобы младшенькую обеспечить, то есть меня. А я на шее сижу… Эх!
Юлька с мужем первые прикатили, пока я разбирала их пакеты с закусками, мама вспомнила, что тете Свете нельзя алкоголь после операции и надо срочно бежать в магазин за гранатовым соком, потому что на остальные у нее аллергия.
– Кошелек мой возьми в сумке!
Я ринулась к порогу, но замерла на полпути, услышав за спиной ехидную реплику сестры:
– Скоро тридцатник стукнет, а без маминой карточки никуда!
Поколебавшись немного, я вернулась в кухню и нетвердым голосом парировала:
– У меня хотя бы зарплатная карточка есть, пусть на ней всего сорок рублей осталось, а тебя сначала родители кормили, а потом муж. Ты сама ни дня не работала.
– Да ты знаешь, как я устаю дома с ребенком! – заверещала Юлька, размахивая перед моим носом палкой копченой колбасы. – Ты представляешь, что такое вставать в пять утра и гладить мужу белую рубашку, а потом готовить завтрак, убирать комнаты, бегать по магазинам-поликлиникам-аптекам да еще за собой следить…
Поле битвы осталось за нашей матроной, я отступила во мрак коридора, а потом со слезами выбежала из квартиры.
На окрик мамы грубовато ответила, что иду покупать сок, и уже во дворе поняла, что ни сумку, ни кошелек с собой не захватила. Ничего, погуляю немного и вернусь с воображаемым белым флагом. Только из-за мамы с папой вернусь пораньше. Но где бы взять несчастную сотню на бутылочку гранатового нектара… И как назло ни одного знакомого олигарха в округе.
А на улице пахнет цветущей липой, возле нашего дома старый сквер, народ вечером гуляет с детьми и собачками – лица и мордочки веселые, довольные. Середина июня. Выходной. Чего еще надо для счастья?
Понюхать шиповник, естественно. Самый любимый запах на свете – аромат дикой розы, неважно с белыми или розовыми лепестками. Всегда бодрит и настроение улучшает, что сейчас особенно актуально.
Не успела я прогнать толстого шмеля и зависнуть над самым крупным цветком, как сзади послышался восхищенный мужской голос.
– Красиво!
Реплика могла адресоваться чему угодно – верхушкам лип в лучах заката, зеленой колючей изгороди или моему скромному заду, обтянутому нарядным вишневым платьем. Хотелось все же уточнить предмет восторгов и я поспешно оглянулась.
Высокий, темноволосый мужчина брутальной внешности откровенно глазел на меня, засунув руки в карманы серых мешковатых брюк, заправленных в ботинки на тяжелой подошве. Возникла ассоциация с парнями, которые штурмовали наш офис и заставили главного бухгалтера лечь на пол для досмотра. Не хватало маски на лице и автомата…
Я уже хотела вернуть шиповник шмелям и сбежать в родной подъезд, как незнакомец улыбнулся и стал гораздо симпатичнее.
– Простите, девушка, не хотел вас пугать. Я впервые в Тюмени. Вышел из гостиницы и заблудился. Жарища у вас… пить хочется. Не подскажете, где ближайший пункт выдачи чистой воды?
– Вы бы еще теплее оделись, – пожурила я, посматривая на его застегнутую до самого подбородка куртку. – А магазин рядышком, вон, видите красно-белую вывеску?
– Благодарю, – склонил он голову, а я смогла получше его разглядеть.
Юлька бы сказала – «интересный дяденька, надо брать с наскока». Спортивная фигура, хорошая осанка, весь какой-то прямой, подтянутый, ноги длинные. Улыбка немного снисходительно-блаженная. На отдыхе человек, всеми фибрами души выходной отмечает.
Надо бы мне уйти, а я стою и жду, когда он сам испарится. Нет, оттеснил меня к скамье и принялся расспрашивать, давно ли я в городе живу и почему у меня глаза грустные.
Тогда я честно призналась, что тетя Света ждет гранатовый сок, а я дома деньги забыла и вообще люблю гулять на свежем воздухе. В ответ он назвался Демидом и доверительно сообщил, что в Тюмени ищет родные корни, пытается составить семейное древо. Так мы и познакомились.
Я идею его похвалила, упомянула о папином торжестве и сделала еще одну попытку проститься, но Демид вызвался мне помочь.
– Дашенька, разрешите, я куплю вам сок и провожу до дома. Вы мне очень понравились. Я бы хотел встретиться с вами завтра, может, покажете город? Я здесь никого не знаю, поездка моя заканчивается через неделю, а так много хочется еще увидеть, вспомнить. У нас все иначе, а так порой манит окунуться в российское прошлое. Предки мои отсюда, но я о них мало знаю.
– Вы иностранец? – брякнула я.
Демид вдруг развеселился и попросил угадать страну.
– Испания? – первое, что пришло на ум с бухты-барахты.
– Так точно! – благостно улыбнулся он, а мне вдруг показалось, согласился бы и на Новую Зеландию и на Канаду. Впечатление хочет произвести на провинциальную девушку, врет и не краснеет. Тогда я решила подыграть.
– А чем вы занимаетесь?
На клерка или журналиста не похож, стрижка и фасон одежды намекали на более активный вид деятельности.
– Вы спортсмен или профессиональный турист?
– В свободное время. Вообще я увлекаюсь охотой, но мой основной доход связан с поставками топлива.
У меня сердце упало, еще один ловкий продавец нефти за год меня до больницы доведет, если в первый раз чудом удалось избежать ареста.
– Даша, куда вы? Я вас обидел?
– Нет, все в порядке. Папе исполнилось шестьдесят пять. Пора поднимать бокалы и резать пирог с нельмой. Удачи вам!
– Где вы живете? – на прощанье выкрикнул он. – Я пришлю цветы. Завтра я сам изучу город и найду для вас лучшие цветы. Без пчел и колючек. А сегодня меня ждет одинокий вечер среди чужих людей на незнакомых улицах. Все идут по своим делам, спешат мимо… Эх, Даша-Даша, буду бродить до рассвета по набережной и думать о вас. Может, повезет найти ночной ресторан, где играет музыка. Отвык на службе от подобной милой чепухи.
Едва расслышав его последние слова, я представила, как сейчас поднимусь на пятый этаж, где меня встретит надутая Юлька и ее степенный муж, за стол никто не сядет, пока не съедутся папины сестры с детьми.
Родственнички примутся расспрашивать меня и жалеть загубленную карьеру, а потом дядя Саша начнет вслух обсуждать политику или вспоминать свое лихое отрочество середины шестидесятых. Каждую байку наизусть знаю.
В комнате станет душно, у меня заболит голова от мужского одеколона, пионов, хризантем, селедки в маринаде и копченой курицы. Я выйду на балкон, увижу липовую аллею и кусты шиповника, вспомню Демида и пожалею, что не дала свой адрес. И тут в голову нагрянула смелая мысль.
– А знаете что, в самом деле, купите мне сок и себе воду. И пойдемте к нам, я деньги верну. Посмотрите, как живет обычная российская семья, рыбного пирога испробуете и кедровой наливки дяди Саши. А завтра я вам город покажу. У меня все равно отпуск.
– О, я очень рад! А ваша семья не будет против такого вторжения?
– Вы же не инопланетянин… не бандит… не… – пыталась придумать что-то пострашней, но все догадки натыкались на его холодный прищур.
– Шпион? Нет, я свой, Дашенька. Всей душой радею за отечество. Сейчас немного расслаблюсь на выходных и снова в бой. Шутка, Даша, не бери в голову.
Но я, конечно, уже сочинила себе пару легенд про этого Демида. Имя старинное, редкое сейчас. Придется Юльке соврать, что мы давно знакомы. Авантюра чистой воды. Атмосфера липовой аллеи ударила в голову, как старое вино.
Когда Демид начал снимать с магазинных полок упаковки с дорогим алкоголем, я немного напряглась. Общий счет составил более пяти тысяч рублей и меня охватили сомнения, как бы наше короткое знакомство не завершилось скандалом.
– Зачем так много спиртного? Ты же воду искал.
– Не волнуйся, Дашенька, напиваться не стану, только хочу попробовать каждое на вкус и сравнить. У нас это запрещено, тем более иностранного производства.
– Санкции? – с умным видом спросила я.
– Вроде того, – ухмыльнулся Демид.
Кажется, у них с дядей Сашей найдется общая тема для разговора, а вот мне от Юльки попадет, скажет зачем притащила чужого человека на семейный праздник. Уже пожалела о своем порыве доверчивости и гуманизма, но отступать неловко.
Впрочем, волновалась я зря. Дома наше появление восприняли с подъемом. К тому времени народ уже успел поддержать пару тостов и был рад новому персонажу с гостинцами в нарядной таре.
Я представила Демида родне и протиснулась к папе, румяному от поздравлений и возлияний. Мы третий раз за день крепко обнялись и расцеловались, пока Юлька увела гостя в ванную умыться с дороги.
Скоро все вернулись к столу и в тесном кругу продолжили общаться и насыщаться. Демид уплетал мои салатики за обе щеки, а вот спиртное, действительно, только пригубил, чем вызвал большое уважение мамы, пристальный интерес Юльки и подозрительное внимание дяди Саши. Тот подсел ближе и принялся задавать наводящие вопросы, откуда мол в наши края такого доброго молодца занесло.
Демид держался уверенно, отвечал коротко и с юморком. Служил по контракту, потом занялся бизнесом и очень преуспел, а теперь потянуло к корням.
– Так давай с нами завтра на природу! – заявил дядя Саша. – Ты как относишься к шашлыку?
– Мясо я люблю, – улыбнулся Демид и мне показалось, что глаза его хищно блеснули.
Юлька вызвала меня на кухню для серьезного разговора.
– Классный парень! Где нашла такой экземпляр?
– Сам подошел.
– К тебе? Сам?
Сестренка критическим взором обвела мою заурядную фигуру и захотелось оправдаться.
– Платье узковато немного, отъелась я на маминых блинчиках, надо срочно работу искать.
– Может, он тебя устроит к себе, – предложила Юлька.
– Демид? – ахнула я.
– У него же своя фирма, а что такого? У тебя опыт и ты порядочная. Хотя последнее даже чересчур.
– Поживем-увидим.
Из гостиной доносились взрывы мужского хохота и слезливое повизгивание тети Светы. Значит, дядя Саша вспомнил, как служил в пограничных войсках и чуть не подстрелил своего старшину в дозоре.
Поправив складки на тунике, Юлька уносит к столу пирог, а я пошире открываю окно в кухне. Много родственников – это хорошо, но все сразу иногда утомительно. Рассеянно наблюдаю, как носятся ласточки между домами и думаю, что Демид, наверно, откажется от сторублевки за гранатовый сок. Даже не стоит предлагать.
– Устала?
Чувствую на плечах его большие теплые руки и сердце замирает. Надо же, как бесшумно подкрался.
– Нет, просто я тишину люблю. И когда птицы вот так попискивают… то есть свистят…
Почему-то все правильные слова растеряла, когда он вдруг погладил меня по распущенным волосам и встал рядом.
– Ваши меня завтра в лес зовут. Ты не против?
Я пожала плечами и откашлялась, прежде чем ответить. Наверно, от пары глотков вина у меня голова кружится и внутри все горит.
– Ну, если у тебя других планов нет. Ты же хотел город посмотреть.
– Меня больше интересуют окрестности.
– Будешь нефть искать?
Вечно я что-то невпопад ляпну, желая пошутить, но Демид ответил серьезно:
– Нефть – отработанный материал. Нам она больше не нужна. Есть вещи гораздо выгоднее, Дашуль.
– Какие, например?
– Хм…
Думала, он уйдет от ответа, но после паузы Демид продолжил немного не в тему:
– Я ценю в людях преданность и надежность.
– Тебе сотрудники требуются?
– Где? – удивился он.
– В Испании, конечно, – протянула я и осуждающе покачала головой, давая понять, что разгадала, – никакой он не иностранец.
– Не имею права тебя в это впутывать. Даже если захочу. Родители у тебя славные. Нельзя их печалить.
Демид наклонился ко мне, провел кончиком носа по лбу, пришлось отстраниться на пару сантиметров, пусть не думает, что сразу растаю.
– У тебя незаконные махинации в бизнесе?
– Главное результат, а он уже близок, осталось чуточку поднажать.
– Ты меня пугаешь, – пролепетала я, борясь с желанием его оттолкнуть или наоборот впечататься в широкую грудь и закрыть глаза. Но кто же так поступает через час после случайного знакомства…
– Дашуль, тебе меня не надо бояться. Я на столь редкие виды не охочусь.
Он хрипловато рассмеялся, а я смотрела на него, разинув рот, пока Демид не закрыл его своими губами. Потом у меня, что называется «крышу сорвало», я сгребла футболку у него на плече и всхлипнула, до того это было сладко и горячо.
Наверно, шаркающие шаги тети Светы в коридоре Демид первым услышал, оторвался от меня и развернул к окну, будто мы невинно любуемся ласточками. Я оценила тактичный жест и благодарно погладила его пальцы у себя на плече.
И вечер плавно переполз в ночь, когда сытая и довольная родня начала расходиться по домам. Но и тут не обошлось без демарша дяди Саши – он завел Демида на балкон и прижал к стенке, чтобы срывающимся фальцетом предупредить:
– Если нашу Дашку обидишь – из-под земли тебя достану, а потом обратно закопаю.
Они нелепо смотрелись вместе, щуплый дядя Саша на голову ниже Демида хватал его за грудки и пьяно икал.
Мне было очень стыдно, я пыталась пробраться на балкон и спасти интуриста, но тетя Света не пустила. Гранатовый сок придал ей силы, она загородила собой дверной проем с упорством трехсот спартанцев или одного их доблестного царя.
– Не лезь, когда мужики говорят. Пусть этот мутный тип знает, что у тебя тыл крепкий. Да какой он испанец, я краснодарцев за версту чую! Они только с виду тихие.
Опасный момент разрулила Юлька. Как самый трезвый и беременный человек в доме она призвала нас к порядку, вызвала Демиду такси до гостиницы, проводила прочих гостей, уложила родителей спать и помогла мне с посудой, то есть сидела на табурете и давала ценные советы на завтрашний день.
А я гремела чашкам и старалась ровно дышать, совершенно не веря, что еще когда-нибудь увижу Демида. Любопытство насчет быта простых горожан он удовлетворил, наверно, про шашлыки даже не вспомнит. Устало отвечаю на прямой вопрос сестры:
– Нет, телефонами мы не обменялись. Он не спрашивал, а я навязываться не буду.
– Ну и дура! – Юлька не церемонится с выражениями, а я даже поругаться с ней всласть не могу. Ей же волноваться нельзя, а вот нотации читать она обожает. Милостиво даю повод поехидничать.
– Демид мне цветы обещал – полмиллиона алых роз. А еще мы на кухне целовались, пока вы обсуждали зарплаты футболистов и банкиров.
Но Юлька уже не слушает, с неприличными стонами она смакует последний кусочек селедки с тарелки и внезапно добреет.
– В парикмахерскую утром сходи к Галине. Совсем себя запустила, кончики хоть подровняй.
– У нее очередь на неделю вперед.
– Втиснешься. Скажешь, иностранец на свиданье зовет. Галка понятливая.
– Демид с нашего юга. Тетя Света раскусила его по выговору и веселым наглым глазам.
– Ага… глазищи у него, как у сытой зверюги после удачной охоты. Ой, Дашка, а ты же у нас по гороскопу овца. Проглотит и не заметит.
– Не овца, а овен. И вообще, от рыжей коровы слышу. Про тебя даже мультсериал нарисовали!
В отместку я стащила у сестры из-под носа последний увядший ломтик бекона и обрывок салатного листа с прилипшей красной икрой. Ровно четыре соблазнительных шарика.
– Тебе все равно соленое нельзя. Особенно на ночь.
Простившись с Юлькой, я заметила, что дверцы на антресолях приоткрыты. Начала заправлять пакет обратно в шкафчик и выронила на пол старую виниловую пластинку «Алиса в стране чудес». У нас и проигрывателя давно нет, отслужил работяга, пластинки сестра выбросить хотела, но мама не позволила.
Мне сразу вспомнилась забавная песенка из мюзикла про Алису:
– Я страшно скучаю, я просто без сил,
И мысли приходят меня беспокоя,
Чтоб кто-то куда-то меня пригласил,
И там я увидела что-то такое…
Дети верят в сказку, в чудо за каждым поворотом, а повзрослеешь и главная забота – денег достать. Вспоминаю, как, живя с родителями, тратила почти всю зарплату на себя. Платья, сумочки, брендовые духи… Своему парню дорогущие часы купила на день рождения. Меня потом тетя Света ругала, говорит, любимым нельзя часы дарить, примета плохая. Только суеверия не при чем. Мы с Костей больше года встречались, а потом начались размолвки по мелочам, любовь растаяла потихоньку.
Теперь вспоминаю свои прежние доходы и на душе тяжело. Надо было с родителями на море выбраться. Мы давно никуда не ездили вместе. Шашлыки в Гилёвской роще – это, конечно, прекрасно, но ведь на свете столько красивых мест, где можно новых впечатлений набраться.
Засыпая после суматошного дня, я мечтала – вот устроюсь на хорошую работу и накоплю родителям хотя бы на ближайший санаторий в сосновом бору. Подождет моя отдельная квартира.
«Все-таки интересно, забудет Демид про завтрашнюю вылазку или нет? Ведь не мог его дядя Саша всерьез напугать. И зачем обещал с нами поехать, будто других дел не найдется.
А коньяк стоил как ведро спелой клубники. Демид только пригубил и поморщился. Зато трескал пирог и бутерброды с икрой. Ладно, без парикмахерской обойдусь, подстригаться не хочу, а укладка в лес – комаров смешить. Но целуется он обалденно, я уже и забыла, как это здорово бывает… Еще хочу!».
О проекте
О подписке
Другие проекты