Но мой взор горел, сердце выпрыгивало из груди, и он понимал это. Понимал потому, что чувствовал то же, я видела это по его лицу – мы отражали друг друга словно зеркала
– Не волнуйтесь, – прохрипела я. Он наградил меня кривым взглядом.
– Это все равно что сказать, чтобы я не дышал, Амадина. Я буду волноваться каждую минуту твоего отсутствия.
Казалось, я пыталась втиснуться в слишком узкое платье, растянуть ткань, пока она не сядет как следует: предстояло лишиться прежнего «Я», распустив пару швов.