– Послушай, Август, у тебя крайне писклявый голосок, таким меня не напугаешь. Тебе, наверное, кто-то наступил на яйца. Знаешь, Январь, ты настолько худой, что попал в оскорблят попутным ветром. И ебанные придурки в комментах говорили, что меня здесь никто не ждёт. Но я вернулся, чтобы ебать таких, как ты. Слышь, Октябрь, ты забитый субтильный мальчик, похож на типичного дотера. Скорее всего, ты лютый дрочила и ты настолько задрочил свой хуй, что тебе кончать уже нечем, блять. Учись, сынок, ёпта!

Его слово было довольно коротким. Я ожидал, что ТТР будет уничтожать меня. Неужели за столько лет отсутствия в оскорбляте он умудрился растерять скилл?

– Это был раунд ТТРа, как вам? – сказала Алиса.

Судя по всему, она обращалась к зрителям на стриме. Я не стал смотреть в чат. Вдруг там пишут, что ТТР уничтожил меня. Нагонять на себя лишние сомнения я не хотел.

– Отвечает своим раундом PressFSB, дайте ему шуму!

Я настроил своё мышление на поединок. Я отогнал назойливые сомнения, которые так и норовят раскромсать мой боевой дух оскорблятеля. Я начал:

– ТТР. Посмотрите, какой краш. Прямо красавчик Апполон, ну просто магнит для девок. И вроде старается становиться только красивее, например, удалил огромную родинку на шее. Красота требует жертв, это был серьёзный шаг. Удалил, чтобы вместо него красовался огромный шрам. Уродство скрыл увечьем, неплохо так сумничил. Говорят, шрамы украшают мужчину, но не в твоём случае.

Алиса и судьи тихо посмеялись. Я продолжил:

– Ему намного лучше было с родинкой, с этим шрамом он выглядит настолько уродливо, будто ему согнули шею и надорвали, а потом снова заштопали. И вот он, блять, залатался и на поединок прибыл, чтобы как в старые добрые. Толя Третий Рейх, нацист в оскорбляте и неугодных ненавидит, по национальности мордвин, по духу чистый ариец. Захватит весь мир и очистит от никчемных. А родинку ты удалил, потому что она была чёрной.

Шутка понравилась присутствующим. Судьи расхохотались, а Алиса, громко смеясь, хлопнула себя по колену. Даже ТТР закивал, улыбаясь, и еле слышно сказал: «Хорош». Рыжеволосая девушка поводила рукой, пытаясь сказать таким жестом, чтобы я продолжал. И я вновь заговорил:

– Какой ты нахуй нацист, тебе проще угомониться. С этим шрамом ты выглядишь как заключённый Аушвица.

Добивка шутки тоже всем понравилась и я понял, что очень хорошо начал своё слово. Теперь пришло время для более серьёзной части моего раунда. Эту часть я решил подавать громко и агрессивно.

– И насколько твой никнейм нелепый, настолько же ты и нелепый организатор. Помнится мне, ты говорил, что дашь всем прикурить тут и поднимешь оскорблят с колен. А ещё мне помнится, что ты предъявлял Акселерату за то, что тот убежал из оскорблята, когда у того времена настали не лучшие. Но когда чёрная полоса началась у тебя, то ты поступил точно так же. Так что кому ты дашь прикурить? Хочешь поднять оскорблят с колен, но ты сам ещё не встал на ноги.

После последней фразы один из судей заблеял: «Ееее». Остальные лишь кивали, соглашаясь с моими словами.

– И такому «легенде» Алиса дала шанс, позвав на поединок, поставила против новичка, а не против каких-то именитых оскорблятелей. От твоего величия осталось только название, как и от тебя самого. Ты уже старый и никому нахуй ненужный оскорблятель, побитый временем. И судя по твоему шраму, ты начал расходиться по швам!

Алиса сморщила от удовольствия лицо, прижав кулак к губам, коротко и резко прорычала. А судьи почти хором протянули: «О-о-о».

– Теперь можешь забыть о том, что ты топ. Тебя даже новичок щас выносит. Пошёл нахуй!

Все в звонке и в чате шумели мне. Я был в восторге. Я смог. Я победил.

И вдруг ко мне пришло какое-то прозрение. Я понял, что мой кумир для меня стал вмиг пустым местом. Я не желал восторгаться им, я отменил все его заслуги, потому что я его растоптал. Ногами впечатал в грязь. Я был убеждён, что победив топа, я сам стал топом. Я слышал, что у оскорблятелей это называется «убийством». Это чувство сравнивают с настоящим убийством. Убивая человека, ты становишься сильнее. Ты начинаешь чувствовать себя богом. Но оскорблятели убивают словом. Я как бы вскрыл шрам ТТРа, обнажил его рану, показал всем и говорю: «Смотрите, у него тоже есть изъяны, он тоже смертный. Его тоже можно убить». Поэтому если кому-то удалось тебя убить, то считай, что ты проиграл. Да, судьи могут проголосовать за тебя и ты выиграл поединок и всё такое, но ты проиграл внутренне. Тебя убили внутри. Тебя ранили острые опасные слова. Это куда хуже, чем проиграть поединок. Но лучше всего ранить нас могут только друзья и близкие люди. Нужно опасаться не своих врагов, а своих друзей. От них ты никогда не ждёшь зла. А злые речи нас окружают не только в оскорбляте. Злые речи повсюду. Мальчишка боится идти в школу, ведь его там унизят и изобьют, так как он изгой в классе. А когда он придёт домой, ему мать вторит одно: «Всё в облаках витаешь», «Щас уже время не то, раньше родителей уважали», «Что за музыку дурацкую ты слушаешь?», «Кого воспитала? Ты же не слушаешь меня вообще». «Он наркоман и алкоголик», – скажут бабушки на лавочке. «Какая писательница? Иди, сказала, в мед», «Ему уже двадцать пять, а детей и жены всё нет». Чужим мы вонзим нож в сердце, близких укольнем иголкой.

– Это был охуенный поединок и пришла пора его отсудить. И первым это сделает мощь тигра, взгляд льва – Владимир Цицанский!

Владимир Цицанский был субтильным мужчиной возрастом около тридцати лет с короткой, почти лысой стрижкой. Его неуверенное поведение выдавало, что он замкнутый человек. Возможно, даже социофоб. Он заговорил своим тихим, лишенным какой-либо живости, спокойным голосом:

– Ну, если вкратце, то для меня лично это был охуенный поединок. Только с одной стороны. Со стороны PressFSB. Он сделал очень круто, он хорошо начал с шуток про шрам ТТРа, а в своей серьёзной части очень хорошо задел ТТРа. Поэтому свой голос я отдаю за PressFSB.

– Вторым судить будет всеми любимый CrazyMan! – крикнула Алиса.

CrazyMan был таким же субтильным мужчиной, но чуть моложе Цицанского. Я бы сказал, что ему лет двадцать восемь. Волосы у него были до плеч, пирсинг в носу, татуировки на руках. Он был похож на какого-то панка. Или рокера. Я не особо разбирался в этом. Голос у него был уверенный, с хрипотцой, говорил он размеренно:

– Бля, братан, скажу тебе, ты охуенно сделал, – обратился он ко мне. – Шутки про шрам были пиздатыми, я реально угарал над этой хуйней. Потом, когда ты начал его ебать за всю хуйню, ну, че раньше у него там было, это было заебись. А у тебя, братан, – теперь он обратился к ТТРу, – ну, не хочу тебя как-то обидеть, но было слабо очень. Ты его задеть сильно не смог сегодня. Поэтому голосую за PressFSB.

– И третьим отсудит этот поединок Чиз!

Чиз был ровесником Цицанского, но для своих годов выглядел очень хорошо. Он был среднего телосложения, на его лице была лёгкая щетина. На голове была красная кепка.

– Ну давайте разберем этот поединок, даже несмотря на то, что тут всё уже очевидно. Я заметил, что ты разделил своё выступление на две части. Ты начал с внешности ТТРа, были хорошие шутки про шрам и ты эти шутки подвязал к его никнейму и образу нациста. Это было забавно. Потом ты начал серьёзную часть, где поймал его на противоречии. «Ты предъявлял Акселерату, что тот ушёл из оскорблята, когда дела пошли в пропасть, а ты поступил потом точно так же». Ты хорошо это подметил. Потом ты поставил под сомнение его величие, сказав, что такого легенду ставят в пару с новичком, а не с именитыми оскорблятелями. И тебе удалось меня убедить. И не только меня. Ты смог убедить всех судей, Алису и зрителей на этом стриме. Это очень важно. И ты это понял. Чтобы твои слова имели какой-то урон, эти слова должны быть убедительными. Честно, не все новички это понимают. Большинство думают, что нужно как можно больше накидать оскорблений. Но у тебя есть талант, ты большой молодец и я желаю тебе успехов и дальше.

– Спасибо, – смущенно сказал я.

– Это был поединок, победил PressFSB со счетом 3:0, дайте шуму этому поединку! – все так же своим громким голосом подавала Алиса.

Я был удивлен ее ораторским навыкам. Эта низкорослая двадцатичетырехлетняя девушка вела поединок получше многих мужчин-организаторов. Я не знал, что женский голос может быть таким громким и сильным. Она подавала, экспрессивно жестикулируя руками, и это было зрелищно. Видно, что ей нравится ее работа и что она готова выкладываться на максимум. Были в ее поведении и мужские повадки, от чего я предположил, что она всю жизнь якшается в основном с парнями.

– Спасибо тебе за поединок, ты очень хорошо сделал, – сказал добродушно ТТР.

– Спасибо тебе тоже, ТТР, это большая честь для меня, ты на самом деле мой кумир, – сказал я, волнуясь, торопясь и проглатывая некоторые слова.

ТТР лишь кивнул, потом попрощался с остальными и отключился от звонка. Его примеру последовали и судьи. Они покидали звонок. Осталась лишь Алиса. Она явно что-то хотела мне сказать. И я не прогадал.

– Ты классно выступил, Август. Молодец. Если хочешь еще с кем-нибудь поединок, то скажи. Я постараюсь организовать.

– Мне нужно еще отойти от этого поединка, – ответил я.

– Я понимаю, – смеясь, сказала Алиса. – Но в любом случае, я буду искать тебе интересных оппонентов. Но и ты не стесняйся предлагать свои варианты.

– Хорошо, Алиса.

Она мило улыбнулась мне.

– Ладно, давай. Еще увидимся, PressFSB.

И она покинула звонок. Минут десять я просто сидел, не обращая внимания на уведомления в мессенджере. Потом я пошел в туалет, умылся и уже более менее отойдя от эйфории, вернулся и сел за компьютер. На телефон пришло уведомление от банка. На мой счет Алиса перевела 100 000 рублей. В мессенджере я зашел в нашу конфу. Там меня поздравляли с победой. Все-таки приятно это. Хотя раньше я не особо любил быть в центре внимания. Но сейчас я понял, насколько это приятное чувство. Я нужен им.

***

Прошел месяц. За этот месяц я успел провести несколько стримов, заработал с донатов около 70 000 рублей и подружился со многими из конфы. А с Аленой у нас даже завязались романтические отношения. Хотя ни я, ни она не признавались друг другу в чувствах, но я точно знал, что мне она нравится, и был уверен, что это взаимно. Это я понял, исходя из ее поведения. Она старается не палиться, но у нее это плохо получается.

Всё было хорошо. Почти. Недавно случился конфликт с HelpMePlz. Эта та девушка из конфы. Я, как обычно, после стрима коротал вечерок в нашей ламповой конфе. Зашёл разговор за поединки HelpMePlz. Все в чате нахваливали её выступления. И мне показалось это незаслуженной похвалой. Её, по сути, облизывали с ног до головы. А я такой человек, который ненавидит тупое обожание. Мне это показалось несправедливым, ведь есть куча молодых оскорблятелей, которые намного скилловей чем она. Как будто даже мое сильное выступление против ТТРа нахваливали меньше. Я решил высказать своё мнение по поводу её поединков. Я написал в чат, что выступления HelpMePlz – полная хуйня. Её слова слабо задевают оппонента, она уныло подаёт свой оскорблят, так что такой кусок безнадежного говна не должен существовать в оскорбляте. А Лена (так зовут HelpMePlz) в ответ обосрала моё выступление против ТТРа. Сразу было понятно, что она обиделась и не может адекватно выслушать критику. Я её никак не оскорбил, я просто высказал своё мнение. То, что моё мнение ей не нравится – это её проблемы. Но для неё я виноват. У девушек прямо какой-то скилл обернуть ситуацию так, что виноват парень, даже если виновата она сама. Она ни в коем случае не признает свой проеб.

В итоге Лена вызвала меня на поединок. Да, мы с ней хорошо общались. Но теперь она мой главный враг. Это даже к лучшему. Поединок будет с конфликтом, много зрителей на стриме, ажиотаж, хайп.

Мне в тот день сразу написал Милк. Он обещал организовать поединок. Лена была согласна и они ждали моё согласие. Я долго не думал, согласился сразу. Он дал срок две недели на подготовку. Следом мне написала Алиса, пожелала, чтобы я не обосрался с выступлением, ведь это все-таки принципиальный поединок.

Я лёг в кровать и засыпал с мыслями о том, что через две недели я буду уничтожать человека, с которым недавно угарал с мемов из Тиктока. Но уничтожать я буду жестоко. Ведь она обосрала МОЁ ВЫСТУПЛЕНИЕ. Оно было охуенным и она посмела его вот так осквернить. Настоящий оскорблятель такое не прощает.