***

Она снова напилась. Опустошив последние запасы спиртного, Томирис тут же отключилась. Долгожданное забытье поглотило ее, и в себя она пришла лишь под вечер. На улице еще было светло, но сумерки уже постепенно сгущались над городом.

Голова болела безумно, и хотелось избавиться от нее, непутевой…. Разве можно столько пить?.. Бедная головушка… Она скоро совсем перестанет работать, если ее хозяйка продолжит пить лишнего.

Томи встала со стула, пошатываясь. На миг ей показалось, что визит Демидова – сон, но, взглянув на коробочку, забытую им на кухонном столе, Томирис поняла, что Сергей все же приходил. Он видел, до чего она опустилась… Боже… Какой стыд… Ужас… Он же даже пытался вразумить ее, но не получилось…

Томи набрала воды в стакан и начала жадно пить, потому что жажда, казалось, пожирала ее изнутри. Потом она поплелась в ванную и включила душ, так как ощущала себя чертовски грязной. Кажется, не мылась она неделю. А, может, месяц… Томи не помнила точно.

Она уже забыла о своем теле. Впрочем, как и о душе…

Холодная вода действовала ободряюще. Томи буквально чувствовала, как жизненная энергия наполняет ее тело. Вода будто смывала мрачные мысли, наполнявшие ее болеющую голову. Вроде и голова болеть перестала. Чудеса…

Вытирая волосы, Томирис вышла из ванной. Взгляд ее упал на коробочку, забытую Сергеем. Ей стало любопытно. Томирис даже удивилась. Она и забыла, что такое любопытство. За последние полгода она не чувствовала ничего, кроме тоски по погибшей семье. Целый мир был ей безразличен, но после прихода Демидова что-то в ней изменилось.

Подойдя к столу, Томирис осторожно открыла коробку.

Она увидела черный ободок. Подумав, что цвет ободка идеально подходит под цвет ее волос, Томи взяла его в руки. Повертела, разглядывая. К ее удивлению, он не был пластмассовым. Томи точно не могла сказать, из какого материала был сделан ободок, но это точно не пластмасса.

Томи, недолго думая, примерила его.

Сел он идеально. Томирис даже не чувствовала его.

Томи улыбнулась. Может, Сергей хотел сделать ей подарок? Не зря же он оставил эту коробочку на столе…

Безумно хотелось есть.

Томи знала, что в холодильнике мышь повесилась, и поэтому решила посетить ближайший супермаркет. В магазинчик возле дома идти не хотелось: хозяйка магазина наверняка снова начнет издеваться. Ведь Томи давно уже потеряла уважение в глазах соседей. В том числе и хозяйки магазина.

Она взглянула на себя в зеркало. Из зазеркалья смотрела осунувшаяся длинноволосая брюнетка с карими опухшими глазами. Теперь Томирис с трудом узнавала в отражении себя. Щеки впали, взгляд потухший, смуглая кожа стала какой-то бледноватой. Да и волосы превратились в черт знает что. Даже в чистом виде ее локоны не казались такими объемными, как раньше.

Вздохнув, Томирис отвернулась. Явно разочарованная увиденным, она на миг даже захотела закрыть зеркало чем-нибудь. Но передумала, посчитав, что бежать от самой себя глупо. Нужно принять себя такой, какая есть. А потом изменить.

Возиться с косметикой не хотелось. Да и сначала нужно подобрать нормальную одежду. Не будет же она стоять у зеркала голой…

Открыв шкаф и оглядев все свои вещички, она не знала, что одеть. Порывшись в многочисленных нарядах, она решила одеться по-простому: джинсы, футболка, легкая куртка (осень как-никак).

То, что Томирис увидела в зеркале, ее вполне устроило. В принципе, можно обойтись и без мейк-апа. Не на свидание идет, все-таки…

Но Томирис все равно нанесла легкий макияж. На это ушло всего-то пол часика. По ее меркам, совсем немного.

Единственное, что ее действительно огорчило – в копилке осталось всего пару тысяч. Была еще карточка, но Томирис чувствовала себя увереннее с наличкой в кармане. Взяв и то, и другое, она вышла из квартиры.

Свежий воздух одурманивал. Только теперь Томирис поняла, что воздух квартиры сто раз смешался с запахом спиртного. Томи несколько дней не выходила на улицу, и прогулка пошла ей на пользу. Вдыхая свежий воздух, глядя по сторонам, она начала осознавать, что жизнь проходит мимо, пока она заливает спиртным свое вечное горе. В квартире, наполненной призраками прошлого, невозможно думать ни о чем, кроме мужа и ребенка. Там все о них напоминает. А тут… Томирис будто попала в другое измерение. Она смотрела на людей так, будто видит их впервые – настолько она отвыкла от мира… Все куда-то спешат, что-то делают… Жизнь вокруг кипит… Тут нет места отчаянию, тоске и прочему негативу. Здесь просто нет времени на подобное.

Томирис шла по улице, наслаждаясь прогулкой. К тому же, впервые за долгое время она вышла трезвой. Свои предыдущие вылазки она помнила смутно, потому что сознание была затуманено алкоголем. Теперь все иначе: она идет навстречу жизни, в глубине души понимая, что хватит горевать о былом. Прошлого не вернешь и нужно идти дальше.

Но вот, она видит счастливую пару с ребенком, и ей вновь хочется забыться. Она провожает их тоскливым взглядом, вспоминая, что сама когда-то была мамой. А рядом шел ее муж, держа их чадо за руку…

Тяжело вздохнув, Томирис вошла в супермаркет.

Цены на товары подскочили. Она просматривала ассортимент, но каждый раз, взглянув на цену понравившегося продукта, смущенно отворачивалась, про себя ругая производителей. Разве можно так цены задирать? Или это дело рук владельцев супермаркета?..

Ей захотелось кефира, и она решила купить его. Пусть он будет стоить дороже, но она все равно приобретет его. Потом Томирис увидела йогурты, ей захотелось и их. Набрав несколько штук, она пошла дальше. Постепенно тележка наполнялась, и Томирис уже не интересовал тот факт, что, возможно, денег у нее не хватит.

Тут она наткнулась на спиртное. Рука потянулась к бутылке коньяка с ценником чуть больше тысячи. Но Томи отдернула руку, твердо решив, что спиртное покупать не будет. Она отвернулась, чтобы не передумать. Но хватило ее ненадолго. Уже через секунду она вновь потянулась к этой бутылке, но, когда увидела ценник, застыла на месте.

– Что за… – потрясенно вымолвила она.

Цена коньяка теперь была в два раза ниже. Но Томирис готова была поклясться, что еще секунду назад никакой скидки не было! Что за чудеса?

Она позвала консультанта.

– Здравствуйте! – вежливо поприветствовала ее миловидная девушка лет двадцати, улыбаясь в тридцать два зуба. – Чем могу помочь?

– Извините, – неуверенно молвила Томи. – А по какой цене у вас этот коньяк? – Она, не глядя, указала в сторону приглянувшегося напитка.

– Этот товар по акции. Один плюс один, – радостно заявила девушка.

Томирис потеряла дар речи. Какая, к черту, акция?! Ведь секунду назад на ценнике об этом ни слова не было. Осторожно повернув голову, Томирис вздрогнула. Она явно видела ценник, содержащий акцию. Но ведь это невозможно! Они тут что, каждую секунду меняют ценники?! Теперь коньяк стоил в четыре раза дешевле той цены, которую Томирис увидела первоначально.

– Твою ж мать… – выдохнула шокированная покупательница.

– Вы что-то сказали? – с милой улыбкой переспросила девушка-консультант. Теперь эта улыбка показалась Томирис издевательской.

«Все, с бухлом пора завязывать!», – подумала Томи, торопливо покидая отдел спиртного. А то уже мерещится всякое…

Как ни странно, кассы были свободны. Подойдя к одной из них, Томи выложила продукты. Их было немало. Кажется, сейчас придется заплатить тысяч десять как минимум… Одна колбаса штуку стоит…

– С вас две тысячи, – невозмутимо заявила кассирша.

– Сколько? – опешив, переспросила потрясенная Томирис. – А вы правильно посчитали?

Женщина на кассе посмотрела на нее, как на полную идиотку. Томи решила больше не спорить и без сожаления рассталась с последней наличностью. Ведь именно две тысячи и было у нее в кармане.

Схватив два больших пакета, переполненных продуктами, Томирис одарила павильон недоуменным взглядом и покинула супермаркет.

Странно, но пакеты не казались тяжелыми. Или она просто не замечала их вес, будучи в глубокой задумчивости?.. Невысокая цена продуктов поразила ее настолько, что Томирис думала об этом до самого дома. Но, снова попав в квартиру, она окунулась в мир меланхолии, царившей в ней.

И сразу вынырнула оттуда, вдохнув воздух, пропитанный спиртным и перегаром.

– Ну и вонь! – неожиданно для себя воскликнула Томи.

Странно, ведь она проветривала совсем недавно… Наверно, выветрилось не все.

Томирис открыла окна повторно и пожелала, чтобы вместе с этим тошнотворным запахом ушло все плохое, что накопилось в ее душе за все эти месяцы.

Она положила продукты в холодильник, открыла кефир и осушила его до дна.

У нее появилось ощущение, что все налаживается. Если можно так сказать, конечно. Сейчас она на дне, в полной попе. Все друзья и родные на данный момент отвернулись от нее, но это только сейчас. Со временем все вернется на круги «своя». Все будет хорошо.

Томирис, вдохновленная этой мыслью, собрала по дому все бутылки. Они заняли добрых десять пакетов. Даже не верится, что все это она выпила одна.

Уборка квартиры заняла четыре часа. Уже полгода здесь не наводили порядок…

Говорят, мусор вечером не выносят, но Томирис плевала на все эти суеверия. Она хотела как можно быстрее освободиться от старой жизни, чтобы появилось место для новой.

Закончив уборку, она плюхнулась на диван и тут же заснула…

***

Просыпаться было на удивление тяжело. Веки открывались так, будто на них отдыхали два огромных слона. Томирис открыла глаза, и первое, что она увидела – это стул. На нем – подарок Сергея… А на заднем плане царил бардак.

Томирис аж подскочила.

Оглядев комнату, она не поверила своим опухшим глазам. В комнате будто и не убирались никогда. Бутылки так же валялись на полу, хотя Томи вчера выносила их. Шкаф был распахнут, а ведь она его закрывала и протирала, к тому же. Столетняя пыль осела на мебели, но ведь Томирис вчера все хорошенько протерла! Вещи по-прежнему валялись то там, то сям. Но как такое может быть?!

Ведь вчера Томирис довела все до идеала.

Походив по квартире, она пришла к выводу, что вчерашний вечер ей просто приснился. Заглянув в холодильник, Томирис окончательно в этом убедилась.

Продукты будто корова языком слизала… Точнее, их там и не было, выходит…

– Отличное начало дня! – воскликнула раздосадованная хозяйка квартиры, понимая, что все старания зря. Снова придется убираться и идти в магазин. Но…

Ничего не охота.

Она провела по волосам. Потом подошла к зеркалу. Ну да, точно все приснилось! Она даже не расчесывалась. Не говоря уже о принятии душа…

Теперь все ясно.

Томирис просто вырубилась после ухода Сергея.

Вот и волшебное изменение цен в супермаркете нашло достойное объяснение. Два полных пакета две тысячи могут стоить только во сне…

А жаль.

Томирис стало не по себе. Даже обидно как-то. Выходит, она сама себя обманула. В том сне все было так радужно… Но весь позитив разбился на осколки о суровую неизменную действительность. Реальность, в которой по-прежнему хочется выпить.

Томи подобрала бутылку, валяющуюся под ногами. Вроде, на дне что-то оставалось. Значит, есть возможность снова…

Неожиданный звонок телефона заставил Томирис вздрогнуть. Она выронила бутылку, и та понеслась навстречу паркетной поверхности. Через миг остаток коньяка уже разливался по грязному полу…

– Что б тебя! – с досадой выругалась Томирис.

Но ничего не поделать: дело сделано. Не видать ей коньячка…

Звонил Демидов. Что ему надо? И откуда он узнал ее номер?..

– Привет, – молвил он. Выждав небольшую паузу, Сергей осторожно поинтересовался:

– Все нормально?

– Относительно… – призналась Томирис. – Сон приснился чудесный. Жаль вот, что только сон…

– Хм, – послышалось в трубке. – И что в нем чудесного?

– Там… – Томирис вдруг осознала, что сон-то этот не составляет труда воплотить в реальность. Хватило бы денег на продукты…

Будто прочитав ее мысли, Сергей спросил:

– Деньги-то есть?

– А? – переспросила она, отвлекшись от своих мыслей. – Да, есть. Чуть-чуть.

– Если ты скажешь номер карточки, их станет чуточку больше, – молвил Сергей, и Томи даже улыбнулась. Откуда ты взялся, покровитель? Зачем тебе это?

Но все равно приятно, поэтому уже через пару минут она диктовала номер своей банковской карты. Что ж, теперь не составит труда воплотить сон в реальность…

– Сергей, – вспомнив про ободок, начала Томирис. – А ты знаешь, что забыл у меня кое-что…

– Отныне он твой, – без колебаний ответил Сергей. – Береги его. Этот ободок дорогого стоит.

– Несомненно! – подтвердила Томирис уже в предвкушении покупок.

Свой сон она воплотила в точности: сначала приняла душ, потом одела тот же наряд, что и во сне; выбрала тот же маршрут до супермаркета. За исключением того, что у подъезда на скамейке она услышала неприятную фразу от соседских девчонок:

– Снова Тома бухает дома!

М-да… Про нее уже стихи слагают…

Тем не менее, ощущение дежавю не покидало Томирис. Оказавшись в супермаркете, она неосознанно последовала маршруту, пройденному ею во сне. Цены, конечно, разительно отличались от выдуманных. Но этого и следовало ожидать. Проходя по рядам, Томирис смутно осознавала, что былая депрессия отступает. На смену мрачным мыслям приходят новые, более приземленные. Что сегодня варить? На что завтра жить? Томи даже не знала, сколько ей перечислили, поэтому брала самое необходимое: хлеб, муку, мясо, молочные продукты… Но только грустно было, что все это придется есть одной.

Обычно она набирала продуктов на всю семью, но теперь вся семья – это она сама. И нужно ей совсем немного. Почти ничего…

Томирис поймала себя на мысли, что порадовалась преждевременно: депрессия сдала свои позиции лишь отчасти. Грустные мысли о семье все еще посещают ее. Но это лишь отголоски былой боли. Боли, которая уснула. Но не прошла совсем.

– Томка, ты что тут делаешь? – услышала она радостный восклик. Подняла глаза и увидела Айгерим Турлыбекову, свою бывшую коллегу. Когда-то Томирис работала оператором в службе такси, вот там они и познакомились. Айгерим, полненькая брюнетка с добрыми карими глазами, ничуть не изменилась. Будто и не было тех восьми лет, что они с Томирис не виделись.

– Отовариваюсь, – слегка удивленная этой неожиданной встрече, ответила Томирис.

Айгерим бросилась ее обнимать. Ее объятия были столь сильны, что Томи невольно захрипела.

– Ой, прости, худышка моя! – жалобно посмотрев на бывшую коллегу, извинилась Турлыбекова. – Как ты? Рассказывай! Столько лет не виделись! Боже, ты совсем не изменилась! – оценивающе поглядев на Томирис, заявила Айгерим.

– Тебя тоже время не старит, – молвила Томи.

– Как жизнь твоя сложилась? Где сейчас работаешь?

Томирис опустила глаза, будто провинившиеся дитя. Где она работает? Дома, коньяки дегустирует… Совсем уже опустилась… Насчет работы даже ответить нечего. Говорить правду или нет? Что ж, пока не стоит. Меньше знает – лучше спит, как говорится…