Глава 18

Дни, предшествующие свадьбе, тянулись и тянулись, а потом вдруг р-р-раз – и закончились…

За спиной Ирэн остались три дня поста, когда из еды ей приносили только кусок чёрного хлеба и воду. Если бы не Анги, что тайком притаскивала ей в кармане фартука то варёное яйцо, то ещё теплый кусок пирога, завернутого в чистую тряпицу, то бог знает, как бы она этот самый пост выдержала – есть хотелось всё время. Ирэн и так была излишне худощава. Кажется, Анги воровала это на кухне, но Ирэн даже не думала её стыдить. В этом теле у неё было не только отменное здоровье, но и такой же отменный аппетит. Да и не будучи человеком религиозным, она не понимала ни физической, ни духовной пользы поста.

Питера к Ирэн больше не допускали, он снова служил у лорда. Ирэн скучала по мальчику, но понимала, что он прав, не желая следовать за ней. Здесь, в замке, у него есть перспективы. Разумеется, лучше мальчишке быть помощником эконома, чем конюхом. А она ещё и сама не представляла, как сложится её судьба в замужестве, потому и не могла обещать Питеру хоть что-то.

Позади остались и бесконечные беседы с отцом Карпием, после которых хотелось проветрить комнату и вымыться. Всё же у святого отца что-то неладно с психикой. Ну не может же нормальный человек без конца говорить и думать гадости об окружающих?

Позади осталась даже беседа, которой удостоила её леди Беррит, в довольно циничных выражениях объяснившая ей, что именно муж будет с Ирэн делать и почему нельзя сопротивляться. Предварительно леди выгнала из комнаты всю прислугу и «страшные тайны» открыла только Сании и Ирэн. В общем-то, и без её рассказов Ирэн прекрасно знала, чем именно взрослые люди занимаются в постели, но мысль, что спать придётся с совершенно незнакомым мужчиной, заставляла её краснеть и бледнеть так, что леди пожалела её:

– Ирэн, ничего страшного в этом нет, поверь мне. Зато от этого у тебя родится ребёнок. И если ты сумеешь родить мужу сына, то и обеспечишь себе особое положение! Главное – не спорь и не сопротивляйся!

Сания перенесла беседу гораздо спокойнее. Ирэн заподозрила, что для сестры эти откровения не были новостью. Возможно, видела, как этим занималась прислуга. Или кто-то рассказывал ей раньше. Вмешательство леди было неприятно, но Ирэн даже нашла в себе силы поблагодарить мачеху. Похоже, та искренне считала, что это её долг – подготовить падчериц.

Сейчас, стоя в свадебном платье и золотом венце на голове, ожидая, когда её позовут в церковь, она уже знала, что её мужем будет тот рыжий лорд, которого зовут Ричард. И изо всех сил старалась найти в нём хоть что-то хорошее, кроме относительно приличного костюма. После первого торжественного ужина она видела жениха ещё только один раз – в комнате, где присутствовали неизвестные ей мужчины, лорд Беррит и его жена, а так же двое в чёрном, которых она назвала про себя «чиновниками».

Бог знает, как они назывались на самом деле, эти мужчины, но один из них, невысокий пожилой толстяк в простом суконном костюме, на котором из украшений был только большой медный медальон с каким-то вычеканенным гербом, протянул своему помощнику стопку листов и заставил читать вслух. Ирэн догадалась, что это – её брачный контракт. И заодно узнала, что её личной собственностью является только то, что лежит в сундуках. Был прочтён подробный перечень тканей и украшений. Теперь она понимала, что именно записывал господин Буст, когда они с Санией набивали сундуки.

Сумма же в пятьсот золотых львов переходила во владение лорда Ричарда. Он, внимательно выслушав всё, что зачитал чиновник, согласно кивнул головой, а потом принялся подписывать бумаги. Каждый лист тут же переходил к лорду Берриту, который, в свою очередь, ставил на документе свою подпись. После них расписывались свидетели, потом старший чиновник открыл большой тяжёлый том, внёс туда порядковый номер договора, дату заключения, дату свадьбы и титулы жениха и невесты. Так Ирэн узнала, что она сейчас – младшая виконтесса Беррит, а после свадьбы станет графиней Моройской и Норгертской, и снова все расписывались по очереди. Всё это заняло довольно много времени.

Самое забавное, что под этой кучей документов не было ни одной её подписи. Отец отдавал её замуж, муж забирал. У самой Ирэн мало того, что никто ничего не спрашивал, так ещё и подпись её, судя по всему, никому не нужна. Такое отношение как бы подчёркивало её полное бесправие. Кроме того, её будущий муж всё это время внимательно слушал чиновника, перед тем как подписать каждый лист – обязательно просматривал его и совершенно не обращал внимания на Ирэн. Похоже, сама по себе, без этих пятисот золотых львов, она его вообще не интересовала. Ирэн так и не поняла, зачем её и леди Беррит, сидящую рядом с ней всё это время, вообще пригласили сюда.

Как мало времени у неё было на то, чтобы привыкнуть к этому миру! Сегодня, уже сейчас, будет венчание и всё вокруг снова изменится. Её ждет новый замок и новые люди. Знать бы ещё, как к ней там отнесутся. Но она будет очень-очень стараться. Будет вести хозяйство, всему научится, ведь выучилась же варить мыло! Разберётся с прислугой и прочими заботами. Кроме того, всегда можно будет спросить совета у Анги. Пожалуй, она здесь – единственный человек, кроме Питера, кому есть до Ирэн хоть какое-то дело.

В дверь громко постучали, и Анги распахнула её…

За спиной Ирэн встали двое солдат, капитан с факелом – перед ней, и такой группой они двинулись в домашнюю церковь…

От дня собственной свадьбы у Ирэн остались яркие, но очень отрывочные впечатления.

Вот они стоят перед отцом Карпием, слушают монотонный голос, пугающий всякими гадостями «за грехи мерзостные и сущность скотскую», его рассуждения о покорности жены мужу своему и господину… Рядом, в трёхцветном платье, стоит Сания, и понятно, что ей тоже страшно – периодически она ищет в складках ткани руку Ирэн и сжимает её…

Вот прозвучало обязательно – «да» низким голосом жениха, и Ирэн отвечает таким тихим шепотом, что отец Карпий хмурится и переспрашивает…

Они идут по проходу в пиршественный зал, нарядные гости стоят в две шеренги вдоль широкого коридора, что-то приговаривают – то ли поздравляют, то ли чего-то желают, Ирэн не понимает ни единого слова, всё сливается в какой-то странный гул…

Сания с мужем первые, но на долю Ирэн и лорда Ричарда тоже достаётся огромное количество горстей какой-то крупы, и перед входом в зал она, Сания и их мужья некоторое время отряхиваются, выбирая застрявшие в складках одежды мелкие зёрна …

Гул голосов в зале смолкает, сегодня здесь нет слуг за нижним столом, только гости, и их очень много… Из-за высокого стола встаёт какой-то дорого и смешно разодетый старичок и бормочет поздравления новобрачным…

Очень хочется есть, но Ирэн боится, что её просто вырвет от нервного напряжения… Иногда она замечает, что голубые глаза мужа смотрят прямо на неё, и тогда сердце, как ей кажется, вообще перестаёт биться… Впрочем, муж делает это не слишком часто.

После праздничного обеда – перерыв, и все идут в одну из соседних комнат. Здесь, разложенные на столах и скамейках с двух сторон комнаты, лежат подарки под охраной шести солдат. Гости требуют вскрыть и показать. Сперва этим занимается старшая сестра, разворачивая рулоны тканей, откидывая крышки ларцов и шкатулок. Гости гудят, обсуждая дары… Ирэн смутно помнит один из подарков со своей половины – ларец, где лежат два серебряных ножа и две вилки…

Горничные сегодня чужие – Анги к ней не пустили… И отводят её не в свою комнатку, к которой она уже немного привыкла, а в большую комнату с двумя окнами. Здесь огромная кровать под парчовым пологом и уже приготовлена тёплая вода, огромная простынь – вытереться, тёплый халат и тонкая батистовая сорочка. Ирэн раздевают, моют, расчесывают так, как будто она не человек, а просто большая кукла. Одна из горничных как-то неловко шутит и тут же получает оплеуху от старшей… Шутки Ирэн всё равно не поняла, но две девушки помоложе хихикают…

На столе, покрытом парчовой скатертью – ваза с фруктами, блюдо, закрытое крышкой, графин с вином и два кубка, горят подсвечники. В каждом – по три свечи. Уходя, старшая горничная тушит их все и теперь комнату освещает только камин…

Муж появился так тихо, что она даже не заметила, что в комнате она уже не одна. Он улыбается ей и начинает раздеваться, совершенно не испытывая смущения. Ей неловко, она старается не смотреть, но, бросив взгляд украдкой, видит, что он крепкий, ширококостный, огромный… рыжеватая шерсть на груди и руках… Больше она смотреть не решается…

Слышит, как он подходит к столу, наливает из графина и гулко глотает – похоже, его мучает жажда…

Пожалуй, она даже не могла чётко сформулировать, что именно её добило. Муж не был груб. Боль была ожидаема и вполне терпима…

Правда и ласков он не был. Приказал снять сорочку. Когда она, от смущения, схватилась за ткань и зажала её в руках, он просто разорвал тонкий батист и толкнул её на подушку…

Когда-то давно у неё уже была первая брачная ночь. Пожалуй, по неопытности, Андрей ей сделал гораздо больнее, чем этот…

Только вот тогда они были влюблены и она готова была терпеть, а он целовал и утешал её после, просил прощения и говорил, какой он счастливый, какая она красавица и как он её любит…

Муж спал, тихонько похрапывая рядом, а Ирэн плакала, стараясь не всхлипывать и не сорваться в вой…

Глава 19

Дверь в спальню распахнулась, Ирэн даже не успела вытереть слёзы с лица, только подтянула на себя одеяло…

В комнату с шумом вошла довольно большая компания народу – лорд и леди Беррит, две дамы, кажется, из тех, что сидели за высоким столом, тот самый тонконогий старичок, что произносил тост, и ещё пара подвыпивших гостей, которые обшаривали глазами комнату с каким-то пошловатым интересом. За их спинами виднелись две горничные. Лорд Ричард уже сидел за её спиной, как будто и не спал.

– Лорд Ричард, свидетели собраны.

Лорд сипловатым со сна голосом сказал:

– Могли бы и дать мне выспаться… неужели это не терпит до утра?

Тонконогий старичок как-то ехидно захихикал:

– Лорд, вот я в вашем возрасте не уснул бы рядом со столь прелестной дамой! Согласитесь, лорд Беррит, теперешняя молодежь слабовата!

Заговорил лорд Беррит не со старичком, а с мужем Ирэн:

– Всё прошло удачно, лорд Ричард?

Муж что-то неразборчиво буркнул, потом сказал:

– Дайте мне одеться, раз уж не даёте спать!

Ирэн, совершенно оторопев, слушала этот дурацкий разговор и не понимала, что хотят люди, столь бесцеремонно ввалившиеся в спальню молодожёнов. Один из мужчин подал лорду Ричарду рубаху, тот повозился за спиной Ирэн, встал на кровати в полный рост и спрыгнул на пол. После этого, он, запустив руки по одеяло, начал выдирать из-под Ирэн простынь…

Выдернув её, он расправил её так, что всем стали видны несколько небольших пятен на простыни. Щёки Ирэн горели от неловкости, но кроме старичка в её сторону никто не смотрел. Одна из женщин, та, что помоложе, с жадным любопытством рассматривала лорда Ричарда, одетого в одну рубаху до колен. Леди Беррит сворачивала простынь, мужчины довольно громогласно рассуждали, что у графа Эронского пятен на простыне было больше и подшучивали над лордом Ричардом, обзывая его слабаком и утверждая, что он мало старался…

Наконец, все вышли, оставив только двух горничных. Лорд, не стесняясь своего полураздетого вида, уселся к столу и налил себе бокал вина. Одна из девушек принесла с собой довольно большой медный таз и кувшин тёплой воды.

– Леди Ирэн, вам нужно встать, я обмою вас.

Горящая от смущения Ирэн неохотно вылезла из-под одеяла. Девушка велела ей встать в таз, намочила большую белую тряпку в тёплой воде и принялась обмывать леди. Вторая в это время, собрав обрывки сорочки, стелила на кровать чистую простыню. Ирэн стояла голышом в тазу и чувствовала, что лорд рассматривает её.

Храбрости ей это совсем не добавляло, скорее – неловкости, смущения и какой-то странной обиды. Та, что стелила постель, закончила работу и, поворошив угли в камине, подкинула несколько поленьев. Наконец, горничная подала леди новую сорочку и обе, прихватив таз и обрывки старой сорочки, вышли, плотно закрыв за собой дверь. Ирэн юркнула под одеяло. Ричард ещё некоторое время сидел, глядя на разгорающийся в камине огонь.

Потом муж встал, дошёл до дверей и закрыл дверь на засов. Вернулся к постели и сказал:

– Подвинься.

Ирэн забилась к стенке, матрас прогнулся под большим тёплым телом, но она старательно отодвигалась, боясь прикоснутся к чужому человеку. Ричард хмыкнул и сказал:

– На сегодня хватит, я устал… Можешь спать спокойно.

Немного помолчал и добавил:

– У тебя хорошие бёдра, надеюсь, ты родишь мне сына…

После этого установилась тишина, и через некоторое время Ирэн услышала мерное сонное дыхание мужчины.

Утром следующего дня её разбудила Анги:

– Леди Ирэн, пора вставать, завтрак подадут уже совсем скоро.

Ирэн тревожно вскочила, но место, где спал муж, уже пустовало. Заметив её взгляд, Анги сказала:

– Лорд Ричард уже в зале, леди. Свадебный завтрак всегда подают в полдень, чтобы молодые успели выспаться. Я принесла ваше платье и умыться…

Завтракали торопливо, мужчин сегодня ждало развлечение – охота. Во дворе слышался собачий лай и грызня, ржали кони, наконец, раздался какой-то завывающий звук и вскоре всё окончательно стихло. Ирэн, как и многие женщины, подошла к окну и увидела, что над воротами в замок развеваются два белых полотнища. Если бы не её новое, прекрасное зрение, она бы ни за что не догадалась, что это простыни. Ей стало неловко…

Женщины оставались в замке. Им предстояло провести день за сладостями и сплетнями. Длинный стол слуги сдвинули к одной из стен. Леди Беррит, на правах хозяйки, вела беседу, ходя по залу и болтая то с одной, то с другой группой женщин. Сания и Ирэн послушно ходили за ней следом, улыбаясь и слушая сплетни. Большая часть этих сплетен, а если честно, то ни одна из них, интереса у Ирэн не вызывали. Она не представляла, о ком и о чём говорят дамы. Сания, кстати, больше не делала попыток взять Ирэн за руку. Да и общаться не стремилась. В углу зала сидел приглашённый менестрель и наигрывал на каком-то странном инструменте с пятью струнами различные мелодии. Дамы периодически просили исполнить то одну, то другую известную им песню.

Зато Ирэн внимательно рассмотрела, чем именно предложили благородным леди угощаться. Кроме большого стола, где стояли вазы с фруктами, было ещё несколько столов поменьше, вокруг которых и группировались леди. Сладкие пироги с разными начинками, мёд, сливочное масло, несколько видов печенья, крупно нарезанный сыр и вино. Сегодня в графинах было почти не разбавленное вино, так что ближе к вечеру, когда во дворе снова затрубили рога и послышались голоса людей и собак, многие из дам были уже изрядно навеселе.

Подали ужин. Наевшиеся за день женщины почти не ели, зато гораздо больше, чем вчера, болтали, мужчины вспоминали охоту, причём довольно удачную – привезли три оленьих туши. К завтраку леди Беррит обещала подать дичь. Ирэн чувствовала себя совершенно разбитой – она устала от бесконечных непонятных разговоров и новых лиц, боялась ошибиться и перепутать чьё-либо имя – среди гостей были и ближайшие соседи, которых она, разумеется, не знала. Хотя, безусловно, знать должна была. Ей хотелось, чтобы всё это закончилось побыстрее. Муж по-прежнему практически не обращал на неё внимания, и она не знала, как спросить, скоро ли они отправятся в путь.

Муж Сании, как она заметила, был, всё же, немного любезнее с женой. Иногда они даже о чём-то переговаривались и Ирэн видела, что сестра смущается, но при этом – улыбается. Как подступиться к своему, она не представляла. Наконец, ужин закончился и молодых, под шуточки и смешки дам, отпустили в спальню. Гости остались за столами – пришли жонглёры и тот же менестрель, что пел днём.

Лорд Ричард крепко держал Ирэн за локоть и уверено вёл её в спальню. Никаких горничных сегодня не было. Он сам повернул её спиной к себе, распустил шнуровку на платье и помог освободиться от одежды. Ирэн хотела попросить подождать день или два, пока внутри всё заживет, но посмотрела на мужа и не рискнула. Впрочем, долго он её не мучил – сегодня он явно был уставшим.

Ирэн лежала и думала, что мужа её нельзя назвать ни ласковым, ни нежным. Хотя, безусловно, особо-то и сравнивать ей было не с кем. Единственный мужчина, кто был в её жизни – это первый муж. Секс со вторым напоминал ей о нём. Когда через год после свадьбы страсть и любовь Андрея прошли, в постели он вёл себя примерно так же, так что ничего нового она не узнала. Чуть саднило внутри, но это нормально. Собравшись с духом, она решилась заговорить:

– Лорд Ричард, скажите, а далеко ехать в ваш замок? И когда мы туда отправимся?

– Через два дня. Спи.

Ирэн послушно закрыла глаза – лучше не спорить.