Глава 7.

Ульяна.

Я справлюсь со всеми трудностями. А Костромин пусть идет лесом! В душе разгорается огонек надежды. Он еще слабый, но уверенности Карины хватит и на меня…

– Нет, – неожиданно произносит она. – Не стану я так тебя подставлять.

– Что? Ты передумала? – спрашиваю осипшим голосом.

– Мы по-другому поступим. Разве может менеджер солидного автосалона звонить с личного номера? Конечно, нет, Ульян. Если твой муж станет копаться в этом, он выйдет на меня. Легко.

– Ты права. Прости, Карин… Я ведь и тебя могла подставить. Так что будем делать?

– Доедай, Шувалова. И поедем в автосалон. Но сначала мне придется сломать твои дворники.

Расплачиваемся за обед. Прошу официанта подогреть для Яночки детское питание. Кормлю ее, наблюдая, как Карина подкрашивает губы.

– Скажешь, что неудачно припарковалась, а завистливый автовладелец отомстил тебе, – любуюсь на свое отражение в зеркале, произносит Кариша. – В салоне закажем новые дворники.

– А если они будут в наличии?

– И отлично. Менеджер все равно составит акт. Нет, Уль, – сосредоточенно добавляет Карина. – Лучше перенести установку на другой день. Сослаться на капризы Яны или… Ты мать, приехала с малышом. Никто не станет вникать в это. Подсунешь Вере Тимофеевне документы на подпись, а с ними… Гляди, что я нашла в гугле? Образец договора купли-продажи автотранспортного средства.

– Карина, ты прелесть, – с благодарностью произношу я. – Поедем, пока не стемнело.

Яночка засыпает в машине. Каринка с кем-то переписывается, сидя рядом со мной. Улыбается и мечтательно посматривает в окно. Ехать со сломанными дворниками то еще удовольствие, но другого выхода у меня нет… Наверное, кто-то посчитает мой поступок мерзким и подлым, но я не могу оставить дочь без средств к существованию.

Не могу уйти вот так… Да и назвать меня нахлебницей у Дениса не повернется язык.

В первый год брака я содержала нашу семью. Денис сломал ногу, играя в футбол на корпоративном мероприятии. Пролежал в гипсе четыре месяца. Потом долго реабилитировался и не мог водить машину.

Я уже молчу про тонны документов, приносимых им для проверки… Я вычитывала их бесплатно. Составляла акт замечаний и дополнений и формировала новые предложения с учетом правок.

Он… Он ни разу не поблагодарил меня. Не поощрил, хотя мог… Все принимал как должное.

– Ульянка, не вздумай сомневаться, подруга, – шепчет Карина, угадывая мои мысли.

Может, не нужно мне ничего? Сама заработаю?

– Да, мысли такие есть… Послать его подальше и съехать в никуда.

– Я помню, сколько времени ты корпела над его бумагами. Знаешь, сколько стоит работа специалиста твоего уровня? Как раз этой машинки хватит, чтобы возместить затраты.

– Почему он приносил их мне, Карин? Я ведь ни разу не спросила его…

Дура… Вот почему. Я просто делала и… все… Потому что любила и хотела помочь.

– Потому что он не хотел платить стороннему аудитору и финансовому аналитику. Решил сэкономить деньги. Он тратил их на любовниц, а тебе даже вшивого букетика не принес в благодарность.

– Любовниц? – вспыхиваю я. – То есть Надежда Борисовна не первая?

– Прости, Уль, – тушуется Каринка. – Свечку я не держала, но слухи ходили…

В салоне повисает вязкая тишина. Чувствую себя героиней дешевого и до ужаса банального романа… Когда все всё знают, кроме жены.

Каринка пытается отвлечь меня, не поднимая серьезных тем. Остаток пути мы болтаем ни о чем.

– Не дрейфь, подруга. Сейчас все сделаем в лучшем виде. Только будь готова к расспросам мужа.

– Х-хорошо… Господи, Карин, мне от одной мысли страшно.

– Придется потерпеть ради дела.

Входим в сверкающий огнями холл. По периметру поблёскивают новенькие машины, за стойкой нарочито широко улыбается менеджер.

– Я могу вам помочь?

– Мне нужны новые дворники.

История моя выглядит убедительно. Мне отдают акт на подпись, записывают информацию в сервисную книжку.

– Хозяйка машины – свекровь. Нужно отвезти документы ей. Может, ее не устроит модель дворников?

– Хм… Они действительно разные, – соглашается менеджер. – Тогда я составлю два акта на подпись. Обе детали есть в наличии. Завтра сможете приехать для установки?

– Конечно, – как болванчик киваю я.

Отвожу Карину домой. Подъезжаю к дому свекрови и лишь тогда звоню ей.

– Ульяночка, ну, почему ты не предупредила меня? У меня давление поднялось. Лежу как умирающий лебедь.

– Верочка Тимофеева, тут такая ситуация… Я без дворников ездить не могу. А завтра снегопад обещают. Нужна ваша подпись на актах. Вы же так любите порядок во всем. Вы мой пример и…

– Поднимайся, хитруля. Только нянчить Яну не буду. Я лежу…

– Я вам чайку сделаю и сразу уйду.

Ноги дрожат от волнения, когда я поднимаюсь по лестнице на второй этаж. Толкаю дверь и суетливо раздеваюсь. Кровь бьется в виски, а сердце сжимают тиски страха…

Да возьми ты себя в руки, трусиха! Ты не ради себя это делаешь – для дочери… Был бы Денис порядочнее, оформил автомобиль на мое имя – в благодарность за долгую и безвозмездную помощь. Но он купил машину маме… Чтобы подстраховать собственную задницу. Обо мне он не думал…

– Верочка Тимофеева, дорогая… Может, скорую?

– Ох… Давай свои акты. Я быстро подпишу и попробую уснуть, – бормочет свекровь, лежа на диване.

Вид у нее и правда мученический… Может, не надо поступать с ней так подло? Бессыдно и смело?

Колеблюсь недолго. Сую ей на подпись акты и заранее заготовленные пустые страницы с единственной строкой.

– А это что, Уля? – спрашивает она.

– Это… Документы на подпись. Менеджер запросил данные о модели дворников. Попросил расписаться, а завтра они допечатают все. Чтобы наверняка… Вера Тимофеевна, если надо, я завтра приеду.

– Конечно, приедешь. Я все документы собираю в папку. Мало ли что Дениске придет в голову. Он поговаривал, что хочет продать машину. Так что все должно быть в порядке, – недовольно бормочет она, размашисто расписываясь на пустых страницах.

Так тебе, Дениска! Продать машину – вы только подумайте! Наверное, его Наденьке нужна новая?

– Выздоравливайте, дорогая. Я завтра поменяю детали и привезу акты.

Пулей вылетаю из подъезда. Сажаю дочку в автокресло и пишу Карине:

«Она все подписала. А как я продам машину? Денис может поймать меня».

«Объявление будет от моего имени. Давай установим цену пониже? Так надежнее»

«Согласна. Мне бы хоть что-то выручить, Карин».

«Выручишь. Сможешь купить квартирку в Пушкине или на окраине. Дай-то бог, чтобы все получилось. Стирай нашу переписку».

Глава 8.

Ульяна.

Бережно смываю пену с тарелки и вытираю ее полотенцем. Затем другую, третью… Глубоко дышу, едва справляясь с душащими эмоциями. Они сковывают горло как костлявая кисть… Не могу я играть… В глаза смотреть не могу…

Хочется поскорее это закончить. Поставить точку и… уйти… Но уйти некуда, и этот факт останавливает.

Реальность обрушивается ледяным дождем, эмоции успокаиваются, а голос возвращает привычные спокойствие и мягкость.

– Ну как можно было так припарковаться? – раздраженно повторяет Денис. – Соль подай.

Я не прислуга, но сглатываю недовольство и «подаю» солонку. Возвращаюсь к посуде и в сотый раз перемываю ее. А муж даже не замечает этого…

– Да нормально я припарковалась.

– Там есть камеры? Где это было? Я хочу посмотреть, кто мог такое совершить с машиной.

По коже прокатывается волна колких мурашек… Он может быть до черта дотошным. Если захочет… В большинстве вопросов, касающихся семьи, Денис поверхностный, но это дельце касается машины его мамочки… Так что…

– Денис, милый, я оплатила детали из своего бюджета. Ну… В следующий раз буду аккуратней. К чему эти разборки, – заставляю себя улыбнуться.

Оказывается, играть – тяжелый труд… А для меня – ноша. Невыполнимая и тягостная… Лицо неприятно ноет, а скулы сводит…

– Может, тебе нельзя руль доверить? А, Ульяна? – сухо произносит он. – Вот зачем тебе такая дорогая машина? Наверное, подумаю о продаже и… Одна нервотрепка с тобой.

– Как ты решишь, так и будет, – умасливаю его. А на деле хочу в морду ему плюнуть!

– Что к чаю? – все тем же командным тоном спрашивает Денис.

– Шоколадный пирог. Давай я тебе самый красивый кусочек положу.

Ненавижу его… Наверное, хорошо, что любовь сразу завяла. Отравилась, не смогла вынести предательства… Сразу умерла. Не мучилась… Видит бог, у меня просто не было бы сил реанимировать чувства.

С холодным сердцем легче планировать. Не думаю, что Денис тотчас побежит продавать машину… А вот я завтра же переоформлю ее на свое имя.

Заканчиваю уборку, подхватываю Яночку на руки и тороплюсь скрыться в детской.

– Ты куда? А мне уделить время ты не хочешь? – холодно протягивает Денис, разлегшись на диване в гостиной.

Окидывает меня придирчивым взглядом и молчит. Неужели, мои чувства так осязаемы? Видны и понятны без слов?

– Прости, милый. У Яны режется зуб и… Кажется, немного поднялась температура. Ты хотел фильм посмотреть?

– Я, вообще-то, тебя хотел, Уль, – игриво произносит он. – Или мы теперь играем исключительно в маму и папу?

Холодею от его слов… Не хочу я его. Ненавижу и никогда больше не подпущу к себе…

– У меня критические дни. Давай в другой раз?

– Ты говорила, их нет из-за грудного кормления. Или… Когда уже все это кончится, Уль? Молоко, зубы и сопли?

Надо бы поругаться с ним… А потом строить из себя обиженную дней пять. Или больше…

– Денис, я так и знала, что ты давно меня разлюбил, – протягиваю нарочито дрожащим шепотом. И всхлипываю для верности. – Тебя все раздражает… Я, наша дочь… Спешу тебя уведомить – сопли, зубы и травмы будут всегда. Сколько бы ребенку ни было лет! Хоть сорок! Или ты перестанешь волноваться, когда Яна вырастет? Ты чёрствый, Денис… Не удивлюсь, если ты променял нас на…

– Господи, Уля, остановись, – раздраженно вскакивает с дивана он. – Ты в чем-то обвиняешь меня? А сама… Ты знаешь, сколько мне приходится проводить времени на работе? Сама ты, как сыр в масле катаешься, хлопот не знаешь… Разве я многого прошу? Ласки, внимания и… все… Чем ты занята весь день?

– Ничем, Денис. Только воспитанием нашей дочери и заботой о доме. Домработницы у меня нет, так что шестьсот квадратных метров я драю сама!

– И ничего страшного в этом нет, милая, – наступает на меня он. – Любая мечтает оказаться на твоем месте!

– Так пусть оказывается, милый! Ты уже присмотрел мне замену? – говорю решительно, испепеляя мужа взглядом. – Уверена, дамочка превзойдет меня во всем – красоте, умении убирать дом и воспитывать детей, а еще…

– Прекрати, Уля. Прекрати нести чушь. У меня никого нет, – цедит Денис, пряча взгляд. Стыдно смотреть мне в глаза? То то же…

Воздух трещит от напряжения… Походит на кисель – такой же вязкий и плотный. Становится трудно дышать. Глаза щиплют слезы, но я держу их при себе. Не увидит он их… Пусть Надюша ревет как белуга, умоляя его остаться… Денис слишком расчетлив, чтобы жениться на умной и успешной женщине. Он специально выбрал меня – клушу, влюбленную в него как кошка… Так легче превосходить, главенствовать…

– А если нет, значит, закрой рот и цени ту, кто сейчас рядом с тобой. Пока я здесь… Пока… Возможно, ты уже присмотрел кого-то на мое место? Скажи мне прямо, не таись…