Невесело усмехнувшись про себя, сам не заметил, как кивнул, соглашаясь с этой мыслью. Только, когда Чайка закаменела, уставившись на меня во все глаза, понял, что сделал, и стало даже смешно
я знаю точно, что голод по ней не утихнет никогда, и никто не спасет меня из этого блокадного Ленинграда, оккупированного нестерпимой болью и проклятыми воспоминаниями.
Увидеть женщину, что разрушила весь твой мир, когда уже думал, что никогда больше ваши пути не пересекутся – это как обнаружить несущийся на тебя поезд. Вся жизнь в одно мгновение пролетает перед глазами, кровь в венах стынет, а барьеры, что были выстроены нечеловеческими усилиями, сносит одним присутствием этой суки.
Никому и ни за что он не покажет, что у него на самом деле внутри. Умирать будет, но ни один мускул не дрогнет на лице. Этот мужчина давно научился вырабатывать в себе спокойствие, поняв, что нет другого оружия, чтобы защитить свою душу.
Конечно, причем тут он, раз ты у нас решила, – хмыкнув, съязвила мама. – А ты у него спроси, хочет он с тобой хоть что-то общее иметь после всего этого, а то рожать она собралась.