В глубине души ему не терпелось поговорить с Чарли. Особенно ему было интересно узнать про то, что этот Джон Доу был сегодня «не единственным», как выразился Фрэнк. Редкое совпадение. Конечно, то, что он сейчас увидел, было из ряда вон выходящим, однако куда более странным было несколько убийств за одну ночь в районе его участка. Если бы они работали с такой статистикой, то наверняка их карьера бы продлилась не дольше двух недель. Ну или президент лично сбросил бы ядерную бомбу на этот злополучный район. Но, как бы это ни было интересно, Ричардс не любил тратить время зря, а простым желанием информацию быстрее не получишь. Поэтому он стал размышлять над тем убийством, о котором он хоть что-то знал.

Из левого внутреннего кармана пиджака он достал записную книжку и нарисовал в ней нехитрую структуру, которая выглядела следующим образом. Два человечка из палочек стояли на каком-то прямоугольнике. В руке у одного человечка был кубик. У него же рядом с головой стоял еще один кубик. Другой человечек был чист, если не считать большого квадрата за своей спиной, из которого начиналась стрелка и упиралась ему прямо в спину. Над ними нависал еще один прямоугольник, который, казалось, мог в любой момент сделать из всего этого приличных размеров бутерброд.

«Убийца, жертва, место преступления, оружие, мотив, обстоятельства и детали», – перечислил про себя Ричардс. Любое преступление можно раскрыть, если удастся сложить всего лишь небольшой пазл из этих семи элементов. Ему нередко удавалось это сделать за свою карьеру. И он также знал, что самое сложное – это правильно сложить первые четыре части. Притом любые. Но если они встанут ровно, то можно смело утверждать, что пазл собран.

– Ну что, приступим, – сказал детектив сам себе, залпом махнув эспрессо и запив его принесенной водой. – Приступим.

Он всегда начинал с того, о чем у него было больше информации, так как от этого можно оттолкнуться в других элементах. В этом случае он начал с блока «жертва». Немного подумав, он записал то, что ему подсказывала интуиция: тусовщик, альфа-самец, бабник. Переместив ручку к блоку справа, он задумался об обстоятельствах. Если он был сегодня в клубе, то как обстоятельства привели его сюда, к месту преступления?

Йос на мгновение бросил писать и прислушался. Музыки слышно не было. Он огляделся. Ничего с названием «STORY» не было видно. Значит, клуб вряд ли совсем рядом. Случайно выйдя из него, на пляж не попадешь. Значит, он шел сюда намеренно. Зачем тусовщику идти на пляж? Прежде всего на ум приходила девушка. Может, ему действительно удалось найти себе приятную компанию, и он решил прогуляться с ней и очаровать романтикой? Или это она его специально завела сюда, а он повелся?

Ричардс быстро «пролистал» в голове иные опции, но они были маловероятными. Точнее, менее вероятными, чем версия с девушкой. В конце концов, разборки было проще вести в закоулке, чем на пляже. На одинокого романтика, решившего искупаться одному в ночном море, он тоже не был похож. Ну а то, что его сюда притащили, исключалось автоматически. Он уверен, что уже в морге голова будет находиться отдельно от тела, так как положить тело на носилки и не порвать оставшееся соединение головы с телом смог бы только Копперфилд. Если бы он был волшебником, а не фокусником.

Итак, значит, он скорее всего пришел сюда с девушкой. Намерения понятны, и на этих мыслях Ричардс перевел ручку на убийцу. Немного подумав, он переместил ее на прямоугольник над человечками. Детали. Он знал, что убийца едва не оторвал голову жертве с помощью своего пса. Довольно жестоко. И слишком эмоционально. О том, что убийство не было хладнокровным, говорит и то, что преступник не забрал никаких ценностей. Значит, это что-то личное. Но…

– Йосси, – воскликнул голос из ниоткуда. От этого детектив Йос Ричардс поморщился. Он крайне не любил, когда из его имени делали уменьшительно-ласкательное, хотя оно к нему не было предрасположено.

– Ты, как всегда, предсказуем. Кофе и блокнот. Жаль, что нет пончиков, а то был бы полный набор стереотипов. Или они… БЫЛИ?.. – продолжал, улыбаясь, высокий мужчина, шутливо поглаживая Йоса по животу. Детектив знал, что мужчина был его ровесником, но выглядел он не хуже молодежи. Одет в серый костюм и белую рубашку. Без галстука. На ногах у него также были коричневые туфли, однако куда новее, а на левой руке виднелись часы на кожаном ремешке с надписью «PATEK PHILIPPE». В целом его вид не сильно отличался от вида Йоса. Даже оттенок цвета волос был почти идентичным. Разве что мужчину можно было отнести к разряду стройных, в отличие от Йоса. И голос его был пониже, звонко отдавая басом. Только когда они были рядом, то возникало ощущение, что они из разных вселенных: Йос из нашей, а Чарли – из той, где полицейским хорошо платят.

– Улик не найдешь, и не надейся. Я уж думал, что солнце сядет быстрее, чем ты приедешь.

– Да, бешеный город. Пять утра, а уже пробки! Совсем с ума посходили.

– И не говори. В участок?

– Да, поехали. Все равно свидетелей никаких, патруль обойдет окрестности. Заодно по пути обменяемся информацией и подумаем, что делать. Времени у нас будет достаточно.

Они прошли к машине Чарли и выехали в сторону участка. Свою машину Йос попросил пригнать одного из полицейских. Как и предполагал Чарли, уже через двадцать секунд они стояли в пробке на перекрестке. Учитывая темп, с которым двигались машины, они проедут только на четвертый зеленый. За это время Йос успел поделиться деталями убийства на пляже.

– Да, согласен. Наверняка девчонка заманила, а тут его встретил убийца. Думаешь, кто-то ему так жестко отомстил? – спросил Чарли, узнав всю информацию, включая содержание блокнота.

– Нет.

– Почему?

– Лицо не тронуто. А если бы я очень сильно хотел кого-то грохнуть, то лицо было бы первым, что я бы изуродовал.

– Логично, – согласился Чарли.

– Лучше скажи, что у тебя.

– Ну, друг, приготовься. В общем, у нас еще три трупа. Да-да, целых три, – подтвердил Чарли, увидев лицо напарника, которое расплылось в искреннем недоумении. – Находятся все в центре, ближайший —кварталах в двенадцати отсюда. Между ними тоже три-четыре квартала, а вот время убийств очень похожее.

– То есть у нас либо четыре убийцы, либо один-два хороших спринтера?

– Склоняюсь к первому варианту, и ты сейчас поймешь почему. Начнем с самого неинтересного. Дедушке 68 лет от роду не спалось у себя дома. Он решил скоротать время за телевизором. Видимо, показывали повтор его любимого сериала «Друзья». И я предполагаю, что как раз в тот момент, когда Чендлер с Моникой впервые переспали, его сердце не выдержало и от переизбытка чувств подало в мозг столько крови, что его башку разорвало пополам. Ну и еще от пули 12,7 миллиметров.

– Снайперская винтовка?

– Она самая. Как ты понимаешь, улик никаких.

– Как об этом узнали?

– Окно было закрыто, поэтому пуля при полете разбила стекло. Соседи выглянули на улицу, думая, что, может, кто-то из соседских мальчишек хулиганит. Увидев разбитое окно, они пошли к дедушке, но тот не отвечал. Тогда они решили, что ему плохо, и вызвали полицию.

– Странно. Мотивы понятны?

– Не-а. С тем же успехом можно было бы застрелить соседского кота. Я не исключаю, что дед мог кому-то нахамить. И кого-то даже выбесить. Но вряд ли это тянет на отстегивание пяти кусков киллеру.

– Понятно. Что со вторым?

– Со вторым немного интереснее. Представь дорогой ресторан…

– Чарли!

– Ну погоди ты. Мы в пробке еще будем минут 40. Дай хоть рассказать нормально.

Йос, улыбаясь, махнул рукой, давая знак другу продолжать.

– Так вот. Значит дорогой ресторан. Представь, что ты его владелец. И ты очень хочешь получить звезду Мишлен. Для этого твой шеф приготовил новое и, как он утверждает, сногсшибательное меню. Ты его пробуешь, и оно, конечно, очень вкусное. Но тянет ли оно на заветную звезду, ты не знаешь. Поэтому что ты делаешь?

– Что?

– Конечно же, звонишь знакомому критику с просьбой продегустировать новые блюда и высказать свое мнение. И именно сегодня ночью этот критик к ним зашел. После закрытия ресторана они собрались на кухне, и шеф поделился своими шедеврами с критиком. И все было прекрасно, пока дело не дошло до десерта. Потому что именно отведав кусочек нового клафути де что-то там, критик умер. И, что самое ужасное, даже не успел поделиться своими мыслями, представляешь? Впрочем, шеф, естественно, полагает, что умер он от удовольствия.

– А на самом деле?

– Пока не ясно, но медэксперт склоняется к тому, что это был яд. Пока сложно сказать, какой, но он каким-то образом остановил работу сердца.

– Так почему не сердечный приступ?

– Потому что критику тридцать два года, и он каждые три месяца проходит диспансеризацию. А еще потому, что на кухне нашли странного вида баночку с неизвестной субстанцией.

– Шеф?

– Вряд ли. Сложно родиться таким идиотом. Но пока его задержали, будем допрашивать.

– Ну ладно, с этим понятно. Давай последнее, а то уже заинтриговал.

– О, ну тут все очень интересно. Умер бомж.

Йосу потребовалось несколько секунд, чтобы обработать эту информацию в мозгу и довести ее до своего лица, придав ему вид человека, смотрящего на стенд-ап двух крокодилов и хомяка.

– В смысле?

– В прямом. Умер бомж.

– Ну и что тут такого? Они каждый день умирают от алкоголизма или от отравлений, что неудивительно.

– Да. Но не этот.

– А от чего он умер?

– Не так все просто. Так и быть, дам тебе три попытки.

– Его кто-то зарезал за бутылку водки?

– Ну нет. Слишком просто.

– Кто-то его застрелил?

– Уже теплее. Давай, последняя попытка. Помни, я оставил это напоследок не просто так.

– Не знаю. Из бейсбольной пушки?

– Нет. А счастье было так близко. Его облили кислотой. В лицо и шею. От лица мало что внятного осталось, вся шея и внутренности в ожогах. Но самое главное, что никто не слышал, чтобы он кричал. И никто не видел преступников. Даже его так называемые друзья.

– Может, и правда это они за бутылку водки?

– Может. Но откуда им взять кислоту? Слишком хитро для них. И дорого. Я больше поверю, что они бы тогда запинали его до смерти.

– Ну да, – произнес Йос и ненадолго ушел в себя. Информации было слишком много, и нужно было время, чтобы ее обработать. И проще всего это сделать, если дать мозгу от нее немного отвлечься.

В оставшиеся двенадцать минут поездки до участка они с напарником немного поговорили на нерабочие темы. Из серии, как дела у Хит и каковы их шансы на чемпионство, как долго еще протянет Джо со своим магазинчиком на углу 68-ой и 18-ой, пока его окончательно не сгонит тот толстосум с настойчивой идеей открыть ресторан с названием «La Pupusa», ну и в какой новой части тела каждый из них начал чувствовать боль на прошлой неделе.

Зайдя в лифт, они не сговариваясь нажали на цифру 6, хотя их офис располагался на восьмом.

– К Мэттью? – спросил Чарли.

– Думаю, в нашем случае это – лучший старт.

– В каком случае? – поинтересовался их коллега из отдела по борьбе с наркотиками, который также очутился в лифте.

– В нашем городе объявилось четыре маньяка, – бросил Йос так, будто говорил о результатах бейсбольного матча. – И интересно выяснить, чем им так одновременно приглянулся наш славный теплый городок.