Цитаты из книг автора «Платон»

Следовательно, о тех, кто замечает много прекрасного, но не видит прекрасного самого по себе и не может следовать за тем, кто к нему ведет, а также о тех, кто замечает много справедливых поступков, но не справедливость самое по себе и так далее, мы скажем, что обо всем этом у них имеется мнение, но они не знают ничего из того, что мнят

Так, но хоть что-нибудь одно все же мнит тот, кто имеет мнение? – Да. – Между тем небытие с полным правом можно назвать не одним чем-то, а вовсе ничем. – Конечно. – Поэтому к небытию мы с необходимостью отнесли незнание, а к бытию – познание. – Правильно. – Значит, мнения не относятся ни к бытию, ни к небытию. – Да, не относятся. – Значит, выходит, что мнение – это ни знание, ни незнание? – Видимо, да. – Итак, не совпадая с ними, превосходит ли оно отчетливостью знание, а неотчетливостью – незнание? – Нет, ни в том, ни в другом случае. – Значит, на твой взгляд, мнение более смутно, чем знание, но яснее, чем незнание? – И во много раз. – Но оно не выходит за их пределы? – Да. – Значит, оно – нечто среднее

Познаёт ли оно то же самое, что и знание? И будет ли одним и тем же познаваемое и мнимое? Или это невозможно? – Невозможно по причине того, в чем мы были согласны: каждая способность по своей природе имеет свою направленность; обе эти вещи – мнение и знание – не что иное, как способности, но способности различные, как мы утверждаем, и потому нельзя сделать вывод, что познаваемое и мнимое – одно и то же. – Если бытие познаваемо, то мнимое должно быть чем-то от него отличным

Но ведь немного раньше ты согласился, что знание и мнение не одно и то же. – Как можно, будучи в здравом уме, считать одним и тем же то, что безошибочно, и то, что исполнено ошибок! – Хорошо. Очевидно, мы с тобой согласны: знание и мнение – разные вещи. – Да, разные

– Не скажем ли мы, что и философ вожделеет не к одному какому-то её виду, но ко всей мудрости в целом?

– А знаешь ли ты хоть какое-нибудь из человеческих занятий, в котором мужчины не превосходили бы во всем женщин? Не стоит нам здесь распространяться о том, что женщины ткут, пекут жертвенные лепешки, варят похлебку. Действительно, в этом

меня, сомнения и поиски, а он выступает с рассуждениями, шаткое у него положение и ужасное – не потому, что я боюсь вызвать смех (это было бы просто ребячеством), а потому, что, пошатнув истину, я не только сам свалюсь, но увлеку за собой и своих друзей; у нас же речь идет о том, в чем всего менее должно колебаться. Я припадаю к Адрастее, Главкон, ради того, что собираюсь сказать! Боюсь, что стать невольным убийцей все же меньшее преступление, чем сделаться обманщиком в деле прекрасного, благого, справедливого и законного. А поскольку такой опасности лучше уж подвергаться среди врагов, чем в кругу друзей, то ты уж лучше меня не подбадривай

– Мы не без основания призна́ем двойственными и отличными друг от друга эти начала: одно из них, с помощью которого человек способен рассуждать, мы назовем разумным началом души, а второе, из-за которого человек влюбляется, испытывает голод и жажду и бывает охвачен другими вожделениями, мы назовем началом неразумным и вожделеющим, близким другом всякого рода удовлетворения и наслаждений. – Признать это было бы не только обоснованно, но и естественно. – Так пусть у нас будут разграничены эти два присущих душе вида. Что же касается ярости духа, отчего мы и бываем гневливы, то составляет ли это третий вид или вид этот однороден с одним из тех двух? – Пожалуй, он однороден со вторым, то есть вожделеющим, видом

– Это не так, как с мужеством или мудростью: те, присутствуя в какой-либо одной части государства, делают все государство соответственно либо мужественным, либо мудрым; рассудительность же в государстве проявляется по-иному: она пронизывает на свой лад решительно всё целиком; пользуясь всеми своими струнами, она заставляет и те, что слабо натянуты, и те, что сильно, и средние звучать согласно между собою, если угодно, с помощью разума, а то и силой или, наконец, числом и богатством и всем тому подобным, так что мы с полным правом могли бы сказать, что эта вот согласованность и есть рассудительность, иначе говоря, естественное созвучие худшего и лучшего в вопросе о том, чему надлежит править и в государстве, и в каждом отдельном человеке

– Да, обязательно. Рассудительность, с нашей точки зрения, более, чем те, предшествовавшие, свойства, походит на некое созвучие и гармонию. – Как это? – Нечто вроде порядка – вот что такое рассудительность; это власть над определенными удовольствиями и вожделениями – так ведь утверждают, приводя выражение «преодолеть самого себя», уж не знаю, каким это образом. И про многое другое в этом же роде говорят, что это – следы рассудительности. Не так ли?