Цитаты из книг автора «Питер Мейл»

ради хорошего обеда? Время – вещь гибкая. А «завтра» никуда не денется.

Ну и что случится, если вы отложите какое-нибудь срочное дело

дружелюбных людей со спокойным характером, ведущих размеренную жизнь и избегающих современной привычки нервничать и торопиться

В далеких деревеньках Прованса, если тебе был нужен хлеб, ты шел в булочную, мясо – в мясную лавку. Фрукты и овощи, сыр, вино, моющие средства и прищепки для белья продавались в отдельных магазинах, и владелец каждого, специалист своего дела, всегда был рад сообщить вам все, что он знает о предмете.

Нигде мобильники не ведут такую полную опасностей жизнь, как в Провансе.

Он осторожно налил воду в рюмки, и мы стали смотреть, как пастис меняет цвет с коричневого на туманно-молочно-желтый. «Bon[74]. Так и должно быть. Это как материнское молоко для взрослых мужчин».

Обычно их встречают вполне дружелюбно, отчасти из-за сочувствия, ведь иностранцы, бедолаги, и без того наказаны: их угораздило родиться не французами

Кого-то эти цифры ужаснут. Среди путешествующих силен снобизм, и многие наши знакомые оскорбятся, если их назовут туристами. Они считают себя легкими на подъем гражданами планеты, цивилизованными, высокоразвитыми, хорошо ориентирующимися в обстановке, просвещенными, украшающими своим присутствием любую страну, любую местность. Туристы – все остальные, те, кто устраивает пробки на шоссе, опустошает полки булочных, забивает рестораны, засоряет природу, превращает порядок в хаос. В Провансе не делят туристов на категории. Приезжих из разных стран принимают здесь одинаково радушно, и не только потому, что они тратят здесь деньги. Большинство провансальцев гордятся своей родиной, им нравится, что она притягивает внимание людей разных стран. Как гостеприимные хозяева, он

в Провансе избалованы климатом, позволяющим нам принимать пищу на свежем воздухе как минимум с мая по середину октября, а чаще и намного дольше. И хотя я пишу эти строки зимой, память о летних впечатлениях не угасла. Жаркое солнце, желанная прохлада в тени, солнечные зайчики на чистых скатертях… Терраса Ля-Феньер между Лормареном и Кадене; обширный двор отеля «Европа» в Авиньоне; закрытый сад Ле-Мулен в Лормарене; маленький, более интимный садик Ля-Птит-Мезон в Кюкюроне… Что-то особенное ощущаешь, вкушая прекрасную пищу в прекрасной обстановке на свежем воздухе. Неужели атмосфера улучшает вкус пищи? Поневоле в это поверишь. На обстановку это влияет, совершенно определенно. Дело в том, что мишленовская звезда всегда внушает уважение, какой-то молитвенный пиетет. Прием пищи превращается в богослужение. Рекомендации официанты нашептывают как заклинания, заказанные блюда прибывают под сверкающими колпаками. Невольно ждешь, вдруг откуда-нибудь материализуется священник, чтобы благословить трапезу. И за соседними столиками видишь физиономии, более прили

Никто не удивится, услышав, что Франция прочно удерживает мировое первенство по потреблению улиток – на уровне примерно 25 000 тонн в год. Спрос столь велик, что улиток ввозят в страну из Турции, Греции, Венгрии, с Тайваня и из Индонезии. Меня удивляет, как может эта гордая своими гастрономическими достижениями страна позволить себе зависеть в столь важном вопросе от заграницы. Почему не существует в ней государственного совета по улиткам? Почему не выделяются правительственные субсидии производителям? Где улиточные князья и бароны, магнаты ули