Цитаты из книг автора «Питер Мейл»

В ответ мадам Паспарту лишь удивленно глянула на него: то, что двое здоровых одиноких молодых людей готовы разбрестись по разным спальням, казалось ей противоестественным.

Официант с бесстрастным скучающим лицом поставил перед ними две кружки пива и, дожидаясь оплаты, уставился куда-то вдаль, быть может высматривая там долгожданный отдых на пенсии. Потом с одного взгляда оценил чаевые, в знак благодарности едва заметно наклонил голову и отошел, шаркая ступнями, плоскими, как блины, которыми наслаждались за соседним столом.

Макс мысленно вознес молитву святому – покровителю перепуганных пассажиров –

хорошеньким шофером, он об этом мечтал еще в ту пору, когда работал в конторе. Тем не менее он поймал себя на том, что изо всех сил упирается ногой в пол – жмет на несуществующую педаль тормоза. Натали вела машину в типично французском стиле: быстро, нетерпеливо, бесшабашно.

Вы всегда являетесь раньше времени? – Я дал маме слово никогда не опаздывать на встречи с нотариусами, особенно если они водят кабриолеты.

дальний перезвон церковных колоколов, сзывавших деревенских жителей на мессу – краткую демонстрацию благочестия перед традиционным воскресным чревоугодием. Максу вспомнилась одна давняя статья, автор которой утверждал, будто католики едят вкуснее и обильнее, чем протестанты, потому что всегда могут покаяться в грехе обжорства и получить отпущение.

Тонто опять стал домогаться ноги Макса. Что побуждает маленьких собачонок так вожделеть человечьих конечностей? Нет ли здесь связи, пусть и весьма отдаленной, с неотразимой привлекательностью высоких женщин для мужчин-коротышек? А может быть, страсть Тонто объясняется еще ни разу не изведанной им

ившие южный склон. Макс заказал себе kir[38], к которому ему подали тарелочку с редиской и щепотью морской соли,

Модель поистине замечательная: одной рукой держишь душ, другой моешь то одну, то другую часть тела. Если же захочешь намылиться как следует, кладешь душ на дно ванны, где он извивается, распрыскивая струйки воды, а потом приступаешь к ополаскиванию – тоже по частям. В Лондоне просто встаешь под поток воды, и вся недолга; здесь же приходится напрягаться, принимая немыслимые позы, которым позавидует цирковой акробат.

Процедура напоминала урок анатомии. У вина есть нос[7], услышали будущие знатоки. У вина есть тело[8] и ноги[9]. У вина есть одежда[10], букет, индивидуальность, некая сущность.