Цитаты из книг автора «Петр Вайль»

Прочие персонажи всего лишь стремятся к полноте воплощения

Литературная элита, хорошо знакомая по предварительным чтениям с гоголевской книгой задолго до ее публикации, готовилась как-то откликнуться на выход в свет главного произведения лучшего писателя России. Счастливая идея пришла в голову Константину Аксакову: Гоголь – Гомер!

Как через многие годы Хлебников, Лермонтов угадал творческие возможности, заключенные в двойственности России. Как сочетать западное обожествление свободной личности с восточной покорностью року?

Но Печорин – то ли богоискатель, то ли богоборец – бунтует. Отстаивает свое право вновь и вновь задавать самый главный вопрос.

Печорин не может вырваться из колеи, не им проложенной, но и не хочет покорно ею следовать.

: социально приемлемый гомосексуализм был эстетическим. Влечение к юношам – более чем нормально и даже возвышенно (какой пламенный гимн однополой любви в платоновском «Пире»!), но педерастия предосудительна.

Тут потрясает универсальность подхода: мол, сражаться и жить кое-как умеют и другие, но уж правильно умирать – только русский человек.

Вообще, блоковские “Скифы” – парафраза “Тараса Бульбы”: как раз запорожцы “держали щит меж двух враждебных рас – монголов и Европы” – это, конечно, басурманы и ляхи.

Мысль требовала уродливо длинной или, наоборот, неблагозвучно короткой фразы. Когда же ее укладывали в правильную стихотворную строку, мысль блекла, терялась, исчезала.

Белинский искал простых и ясных объяснений для слишком сложных предметов. Не зря он сравнивал “Героя нашего времени” с Купером и Вальтером Скоттом, причем в пользу последних. Чуждый метафизической проблематике, он хотел видеть в русской литературе честный и работящий двигатель просвещения, снабженный для красоты рифмой, а для доступности – сюжетом.