Может быть, потому так тяжело, так стесненно живут чеховские герои, что на них падает тень грандиозного завтрашнего дня, которая не дает им пустить корни в дне сегодняшнем.
Естественно, что и в композиции всех пьес Чехова огромное место занимают сцены встреч и прощаний. Более того, сама обстановка прославленного чеховского быта полна вокзальной суеты.
Все тут хотят из свободного и потому лишнего человека превратиться в кого-то: телеграфиста, учительницу, банковского служащего, в жену – или хотя бы в лошадь.
При всем том Чехов имел дело только с заурядными, не интересными для литературы людьми. Вернее – сводил к заурядности все, что может показаться необычным
Единицей чеховской драмы, ее атомом, является не идея, как у Достоевского, не тип, как в “натуральной школе”, не характер, как у Толстого, а просто – личность, цельный человек, про которого ничего определенного сказать нельзя
Герои Чехова состоят в прямом родстве с лишними людьми Пушкина и Лермонтова, в отдаленном – с маленьким человеком Гоголя и в перспективе не чужды сверхчеловеку Горького.