Цитаты из книг автора «Петр Успенский»

Любые условия, отличные от тех, которые созданы жизнью, будут для человека искусственными, и в таких искусственных условиях его работа не сможет затронуть сразу все стороны его бытия».

«На пути йогина человек не может и не должен ничего делать без учителя. Вначале он обязан подражать учителю, как это делает факир, и верить в него, подобно монаху. Но позднее человек, идущий путём йогина, становится собственным учителем. Он усваивает методы своего наставника и постепенно приучается применять их к самому себе».

Первое тело – это физическое или «плотское тело» в христианской терминологии; второе тело в христианской терминологии называется «природным телом», третье – «духовным телом»; а четвёртое тело в терминологии эзотерического христианства называется «божественным телом». В теософской терминологии первое тело называется «физическим», второе – «астральным», третье – «ментальным», а четвёртое – «причинным» (т. е. телом, которое содержит в себе причины, своих действий; оно не зависит от внешних причин и является телом воли).

Для того, чтобы делать, необходимо быть. А сначала необходимо понять, что это значит – быть. Если мы продолжим наши беседы, вы увидите, что мы пользуемся особым языком, и для того, чтобы разговаривать с нами, необходимо научиться этому языку. Не стоит разговаривать при помощи обычного языка, потому что, пользуясь этим языком, невозможно понять друг друга. Сейчас это кажется вам странным, но это так. Чтобы понять всё, нужно научиться другому языку. На том языке, на котором разговаривают люди, понять друг друга невозможно. Позднее вы узнаете почему.

«Но никто не поверит вам, если вы скажете ему, что он не может ничего делать. Это самая оскорбительная и самая неприятная вещь, какую только вы можете высказать людям. Она особенно неприятна и оскорбительна потому, что это истина, а истину никто не желает знать».

Но понимание появляется лишь тогда, когда человек чувствует и ощущает всё, что с этим связано».

Вторым было то, что где-то глубоко внутри себя я понял эзотерический принцип невозможности насилия, т. е. бесполезности насильственных мер для достижения каких бы то ни было целей. С несомненной ясностью я увидел – и больше не утрачивал этого чувства – что насильственные меры в любом случае приведут к отрицательным результатам, противоположным тем целям, ради которых они были применены. То, к чему я пришёл, было похоже на толстовское непротивление; но это совсем не было непротивлением, так как я пришёл к нему не с этической, а с практической точки зрения, не с точки зрения благого или злого, а с точки зрения более успешного и целесообразного.

Наша цель, наоборот, состоит в том, чтобы научиться подключать нужный центр к большому аккумулятору. Пока мы не умеем этого делать, вся наша работа будет напрасной, потому что мы заснём до того, как наши усилия смогут принести какие-либо результаты

– Прежде чем говорить о психологии, мы должны выяснить, к кому она прилагается, а к кому нет, – сказал он. – Психология относится к людям, к человеку. Какая психология (он подчеркнул это слово) может относиться к машинам? Для изучения машин необходима механика, а не психология. Вот почему мы начинаем с механики. До психологии еще далеко.

«Внешние признаки человеческого бытия многосторонни: активность и пассивность, правдивость и лживость, искренность и неискренность, храбрость и трусливость, самоконтроль и распущенность, раздражительность, эгоизм, готовность к самопожертвованию, гордость, тщеславие, обман, усердие, леность, моральность, развращённость – это и многое другое составляет бытие человека».